Помоги проекту - поделись книгой:
— Я ничего не могу обещать, — продолжила она. — Но прошу, если будет происходить что-то неординарное, ничему не удивляйся.
Лицо Грега стало напряженным. Он явно пытался понять скрытый смысл ее слов.
— Больше я ничего не могу сказать, — закончила она.
Грег ясно глянул на Ренату и кивнул.
— Нам пора! — сказала она. — И вот еще что… Хочу найти эту тварь Маришку и прокусить ей горло. К своему стыду должна сознаться, что ее желание нашло в моей душе самый живой отклик.
Я бы даже понаблюдала, как «эта тварь» будет выть от ужаса при виде клыков Ренаты.
— Нет! — резко произнес Грег.
Его лицо потемнело.
— Почему? — удивилась Рената. — Она должна понести наказание.
— Нет! — повторил он. — Прошу тебя, не делай этого! Пусть она идет своим путем. Я не хочу быть причиной чьей-то смерти. Все это не проходит просто так, все остается во вселенной, а потом к нам возвращается. Я много думал об этом, сидя в заключении. И не хочу больше никому причинять зло.
— Хорошо, — после паузы согласилась Рената. — Будь по-твоему! Лада, ты сейчас исчезнешь, я вижу, как твой силуэт начинает смазываться. Нам пора!
— Лада! — вскрикнул Грег.
— Люблю тебя! — ответила я.
Но уже его не видела. Картинка смазалась, все заволокло туманом…
… Я открыла глаза и увидела, что сижу в мастерской в кресле. Прямо передо мной находилась картина. Но «паука» с восседающей на нем Лилой уже не было. Я вздохнула с облегчением. Рената тоже отсутствовала. Я сидела, не шевелясь, и вспоминала лицо Грега, каким его сейчас увидела.
— Милый, — шептала я, — любимый! Мы вытащим тебя оттуда! Я готова на все! Минут через десять возле кресла возникла Рената. Она бросила мне на колени что-то, завернутое в тетрадный листок.
— Зло взяло, что такая чудесная вещица, тем более которую Грег сделал для тебя, достанется жене или любовнице какого-нибудь чиновника. Никогда не любила это время!
Я развернула бумагу и увидела свою брошь. Погладив сапфировые крылышки бабочки, я улыбнулась и спросила:
— Где ты ее взяла?
— В кабинете следователя, вернее, в его сейфе, — ответила Рената.
— Надеюсь, попутно ты никого не покусала?
— Нет, кабинет был пуст, а сейф я даже пробивать не стала. Просто открыла замок, достала брошь, а потом все аккуратно закрыла. Пусть теперь разбираются, кто ее взял!
И она злобно расхохоталась.
Я обратила внимание, что на листке, в которую была завернута брошь, что-то написано, и торопливо расправила его на коленях.
Прочитав, я оцепенела. Я хорошо помнила, что в первом письме Грега, которое он написал мне из прошлого, были отрывки именно этого стихотворения. Но сейчас тайный смысл этих строк поразил меня. Неужели Грег предвидел свой расстрел? Я знала, что поэты пишут по какому-то даже им не всегда понятному внутреннему наитию. Грег не раз говорил мне об этом. В памяти пронеслись материалы его дела, странная справка об исчезновении приговоренного с места расстрела. Кусочки мозаики начали складываться в понятную картину. И я мгновенно приободрилась, забрезжила надежда, что у нас все получится.
— Хочу явлюсь вам, хочу — исчезну, — пробормотала я и впервые за этот долгий день улыбнулась.
— Вижу, тебе легче, — заметила Рената и подошла к мольберту. — Но будет лучше, если ты оставишь меня наедине с картиной.
— Конечно! — торопливо согласилась я. — Пойду в гостиную.
Рената не ответила. Она взяла кисть и остановилась перед полотном. Я на цыпочках вышла из мастерской.
Сама не понимаю, как я могла уснуть. Очнулась оттого, что ощутила, как затекла рука. Я с трудом пошевелила ею, окончательно проснулась и испугалась, так как не могла сразу сообразить, который теперь час. Я вскочила и бросилась из гостиной. И в коридоре столкнулась с Ренатой.
— Отлично! — сказала она. — А я как раз за тобой! Все готово. Сейчас все зависит от тебя!
Сердце начало бешено колотиться. Я взяла себя в руки и постаралась максимально собраться. Мы вошли в мастерскую. Я увидела две картины. На одной был все тот же серый забор с колючей проволокой поверху. Только сбоку я заметила маленькую калитку.
— Это с другой стороны, — пояснила Рената, внимательно наблюдая за мной. — И там есть калитка. Узнаешь себя?
Действительно, возле калитки находился полупрозрачный силуэт девушки, стоящей спиной к зрителю.
— Ты сейчас окутаешь себя энергией крови Грега, — продолжила Рената — Советую использовать ее всю. Мало ли что может произойти. Мы ведь не хотим, чтобы ты исчезла в самый неподходящий момент! Затем ты, когда придет время, откроешь калитку. Твоя задача всего лишь показать Грегу, где выход из его реальности. Ваш последний с Дино вояж в монастырь через образовавшийся проход в картинах натолкнул меня на мысль. Видишь?
И Рената показала на вторую картину, стоящую на стуле. На ней я увидела внутренний дворик и все ту же калитку в углу.
— Ты сейчас находишься за ней, — пояснила Рената. — А Грега выведут именно сюда.
— Но ведь ты его не нарисовала! — испуганно сказала я. — А Ганс ожил именно когда был нарисованной копией себя.
— Во-первых, Ганс был вампиром, — ответила она, — а в этом случае действуют совсем другие законы, во-вторых, я заплатила хорошую цену, чтобы Грегу дали возможность просто пройти по этому коридору между реальностями и оказаться у нас! Надеюсь, все сработает, и проход там имеется. Ты это сразу поймешь! Доставай кулон!
Трясущимися руками я вынула кулон и с трудом его открыла.
— Успокойся! — строго произнесла Рената. — Сейчас все зависит лишь от тебя!
Ее слова привели меня в чувство. Я использовала всю кровь и окружила себя энергетической спиралью.
— Входи в картину! Не медли! Соединись с собой, нарисованной! — приказала Рената.
Просить меня об этом было не нужно, я уже ощущала себя призраком и видела калитку.
В этот момент услышала голоса. Я приблизилась к калитке и заметила, что замок снят. Рената предусмотрела и это. Но я была бесплотна и не могла сама себе открыть. Об этом Рената не подумала. Тогда я взлетела над калиткой и увидела Грега. Он стоял во дворике, его лицо выглядело серым и осунувшимся. И в то же время я заметила, как он постоянно что-то ищет глазами. Видимо, он надеялся до последнего.
«Он должен меня увидеть и понять! — подумала я. — «Если сможешь, беги вслед за мной!» — вдруг зазвучала в голове строка из песни. И я начала плясать в воздухе над калиткой. Грег поднял голову. Я убыстрила движения. Представляю, как это выглядело со стороны. Наверняка я походила на безумное привидение. Но Грег узнал меня. Я поняла это по изменившемуся выражению его лица и тут же опустилась на калитку. Он еле заметно кивнул. Дальше все произошло мгновенно. Солдаты уже встали на изготовку и ждали лишь команду. Грег резко бросился к калитке, она распахнулась от его толчка, я даже услышала звуки выстрелов, но они были затихающими. Мы вылетели из туманного прохода и оказались в мастерской Ренаты. Грег упал от стремительного движения, но тут же вскочил на ноги. Он выглядел потрясенным и озирался по сторонам.
— Любимый! — закричала я и бросилась ему на шею.
Он вздрогнул, отстранился и глубоко заглянул мне в глаза, все еще не веря в происходящее.
— Лада? Лада! — воскликнул он и прижался ко мне. Его тело тряслось. Я гладила его по спине, плечам, шептала, что все позади, что мы уже вместе и ничего больше не случится. Мы забыли в этот миг обо всем на свете и даже о Ренате.
Но вдруг раздался какой-то треск и запахло дымом. Мы разжали объятия. Зрелище было устрашающим. Все картины Ренаты медленно выгорали. Рамы огонь не тронул, исчезали лишь сами холсты. Рената стояла в углу с расширившимися глазами и ничего не предпринимала.
— Воды! — закричала я. — Все же сгорит!
Но она только скрестила руки на груди и отошла к двери. Я вцепилась в Грега. Меня поразило страдание на его лице.
— Рената, нет слов, чтобы выразить то, что я сейчас чувствую! — сказал он и бросился к ней.
Но она отступила в проем двери.
— Что происходит? — взволнованно спросила я.
— Это цена, — тихо сказал Грег. — Не думал, что тебе придется заплатить именно этим!
— Мой дар оказался намного дороже, чем я думала, — ответила она. — Но сейчас у меня его больше нет.
— Что?! — не поверила я. — Ты заплатила своим бесценным талантом?
— Повелителя, как оказалось, давно раздражал мой дар, — тихо проговорила Рената. — Он забрал его в обмен на возвращение Грега.
— Никогда этого не забуду! — тихо сказал Грег и взял меня за руку. — Я рада, что ты вернулся! — улыбнулась она. — Но мне пора!
— Рената! — одновременно крикнули мы и бросились к ней.
Но влетели в пустоту. Рената исчезла. Я не смогла сдержать слез. Грег стоял рядом с опущенной головой.
— Разве такое возможно забыть? — прошептал он. Я уткнулась ему в плечо. — Мы еще встретимся! — сказала я. — Мы еще увидим Ренату!
— Я надеюсь на это, — ответил он и крепко меня обнял.
Счастье эгоистично, и скоро я начала улыбаться, глядя в лицо любимого.
— Ладушка, — зашептал Грег. — Мы вместе! Я дома! Я снова могу видеть тебя, говорить с тобой! И я в нашем городе!
Я обхватила его шею и прильнула к губам. Я задыхалась от волнения и счастья, все слова, которые я хотела сказать ему, куда-то пропали, я ощущала лишь все заполняющую меня нежность и горячую любовь…
Грег жаждал скорее оказаться дома. Ему не терпелось прогуляться по московским улицам. Вначале мы зашли и его квартиру, которая находилась напротив жилья Ренаты. Грег принял душ, привел себя и порядок, переоделся. И когда появился передо мной с зачесанными назад волосами, в темных брюках из тонкой шерсти и белой рубашке, я даже вздрогнула, так как на миг показалось, что передо мной снова вампир, прекрасный, высокомерный и загадочный. Но вот он широко улыбнулся и протянул ко мне руки. И я увидела обычного парня с ясным взглядом и открытым лицом. И обняла его. Мы начали целоваться, но скоро оторвались друг от друга.
— Так мы никогда отсюда не уйдем, — пробормотал Грег, глядя мне в глаза.
Я кивнула, чмокнула его в нос и пошла одеваться.
Мы вышли из дома. Грег вдохнул полной грудью морозный воздух и огляделся.
— Тут все по-прежнему, — удовлетворенно заметил он и обнял меня за плечи. — Господи, как же я счастлив! Хочется упасть на колени и целовать землю! И я преклоняюсь перед тобой, Лада! Если бы не твой характер…
Он замолчал. Я обняла его за талию. Мы медленно двинулись по переулку в сторону нашего дома. Одной рукой я обнимала Грега, другую засунула в карман. Мои пальцы нащупали брошь, которую я туда машинально засунула, когда собиралась. Я остановилась. Грег с тревогой посмотрел на меня. Но когда я достала брошь, он замер, будто не веря своим глазам.
— Она все-таки вернулась к нам! — сказала я с улыбкой.
— Но как? Как?! Ведь ее забрали при обыске! — взволнованно заговорил он. — Я тогда шел на завод. Ничего не замечал вокруг. Все мучился над одним стихотворением. Я написал его еще до моего превращения в… вампира, — еле слышно добавил Грег. — А когда снова стал человеком, то начал переделывать многие свои старые стихи. Мне они казались несовершенными. И я все переписывал и переписывал, как одержимый.
— «Стою пред вами, раскрыты руки, опущены глаза…» — продекламировала я.
И Грег вздрогнул.
— Да, именно над этим стихотворением я бился в тот день, — потерянно произнес он. — Я понимал, что в нем какой-то глубокий и ускользающий от меня смысл. И ломал голову над этими странными строчками. Я даже взял листок с собой на завод, думал, во время обеденного перерыва смогу поработать. И когда меня арестовали, то при обыске нашли и брошь, и листок с этим стихотворением.
— И все это Рената забрала из сейфа в кабинете следователя, — объяснила я. — Брошь была завернута в этот листок.
Я достала его из кармана и протянула Грегу. Он взял его дрожащими руками. Лицо любимого исказилось.
— Не хочу! — нервно произнес он и скомкал лист.
Испугавшись, что он сейчас разорвет стихотворение, я осторожно вытащила бумажный комок из его пальцев и спрятала в карман. Но Грег уже пришел в себя.
— Я напишу много других стихотворений, — пробормотал он. — И они будут прекрасны — Я и не сомневаюсь, — ласково ответила я.
— Лучше не вспоминать, что было, — сказал он. — Иначе мы оба сойдем с ума!
— Да, любимый, тут ты прав! — охотно согласилась я. — Должно пройти время. Лиза выходит замуж! — решила я сменить тему.
И мы оба приглашены на свадьбу! Да-да, не удивляйся! Я ведь всем сказала, что ты в отъезде по семейным делам и сейчас находишься в Лондоне. И своим родителям тоже. Кстати, я с ними помирилась!
И я начала рассказывать последние новости.
Грег слушал внимательно. На его губах то и дело появлялась улыбка. И это меня успокоило. Я заметила, что он избегает говорить о вампирах. Хотя его не могло не интересовать, где Атанас, что стало с Дино, куда отправилась Рената. Однако я понимала, что сейчас, в эти первые часы эйфории, ему просто не хочется вспоминать обо всем этом. Грег явно наслаждался и нашей прогулкой, и видами Замоскворечья, и моим присутствием рядом.
Я же пребывала в состоянии абсолютного счастья.
Следующие три дня мы не отрывались друг от друга и почти не выходили из квартиры. Правда, когда оказались в гостиной, наше настроение все-таки омрачилось. Мы сразу увидели, что и наши картины полностью выгорели. Остались лишь пустые рамы.
— Исчезли, — констатировал Грег, снимая раму со стены. — И в Сохо, и в деревенском особняке, по всей видимости, нас ждет такое же зрелище. Как жаль! Я любил картины Ренаты! Они были живые! И вот они исчезли навсегда…
— Постой! — перебила я его и взяла диск. — Сейчас проверим, так ли безвозвратно они пропали.
Грег с любопытством наблюдал за мной. Он уселся на диван, а я включила DVD-проигрыватель. Когда Грег увидел ролик, он заулыбался.
— Какая же ты умница! — сказал он и обнял меня. — Как тебе только в голову пришло отснять все наши картины! Это была гениальная идея!
— Тоска толкнула, — тихо ответила я и тут же ощутила его поцелуй.
Все эти дни я без конца его снимала. Я вновь ощутила тягу к фотографированию, которая пропала у меня за последний год. К тому же Грег был отличной моделью. Мы просматривали снимки на компьютере, отбирали лучшие.
Родители звонили несколько раз. Вначале я умалчивала о Греге — так не хотелось покидать, наше уютное гнездышко, но он сам настоял, чтобы я сообщила о его приезде из Лондона».
— Все равно придется сказать, — заметил Грег, когда я как-то вечером разговаривала с мамой. — У меня серьезные намерения на твой счет, — добавил он и сделал непроницаемое лицо. Я улыбнулась, хотя ощутила смущение. Я то же думала о том, что нам нужно пожениться. Сейчас к этому не было никаких препятствий.
На следующий день у мамы был выходной, и я решила, что сообщу ей о «прибытии жениха». Грег не возражал. В первую секунду она онемела от такой новости. Затем взволнованно сказала, что мы должны приехать в гости. И вечером мы отправились к ним. Грег надел костюм, белую рубашку и выглядел официально. Он купил роскошный букет для мамы. Отца не было, он задерживался на встрече, но меня это даже обрадовало. Я боялась, как они поладят с Грегом, ведь до этого их отношения были сильно натянутыми. Но я видела, насколько Грег изменился, что он принял и понял то, что я забыла все разногласия и помирилась с родителями. И это не могло не обнадеживать. Грег преподнес букет маме, поцеловал ей руку и заметил, что она отлично выглядит. Она залилась краской. Мы прошли в гостиную. Я увидела накрытый стол. Мама основательно подготовилась к встрече. Но мы дождались прихода отца. Когда он появился, я сразу поняла, насколько он взвинчен. К тому же от него слегка пахло алкоголем. Видимо, отец уже выпил для храбрости. Но Грег вел себя безупречно. Он пожал отцу руку, про бывшие недоразумения не было сказано ни слова. Когда мы уселись за стол, то довольно скоро беседа потекла непринужденно. А после нескольких бокалов вина и отец и мама окончательно пришли в себя и развеселились. То, что мы с Грегом не пили, их уже не смущало. Разговор переключался с одной темы на другую, и я окончательно успокоилась. Но когда дело дошло до десерта, Грег вдруг встал. Его вид был настолько серьезным и одновременно смущенным, что мы замерли. Мое сердце вдруг куда-то ухнуло.
Поделиться книгой: