Наследник Темного Властелина

— Собирать армии. Едем со мной! Ты — мой спаситель, и я должен быть благодарен тебе за.»

— Нет,— Я отступил, пряча руки за спиной.— Премного благодарен, как-нибудь в другой раз! Сейчас дико занят, да и здоровье не то. Кашель, чесотка, да еще эти,., как их…припадки! Кроме того, я не могу отойти от замка.

— Ты под заклятием,— догадался потомок Айседора,— Он держит тебя в плену? My погоди! — Он опять погрозил кулаком стенам за моей спиной.— Доберусь я до тебя. Ты за все заплатишь. Слушай,— он посмотрел на меня как-то странно,— ты можешь мне помочь?

— Смотря что надо сделать,— осторожно ответил я и покосился на замок, Мне почудилось, или он прислушивался к нашему разговору?

— Меч вот.— Рыцарь вытащил из ножен свое оружие,— Как бы его того.1+ ну», сломать?

— А зачем?

— Понимаешь…— Шлем сидел на макушке потомка Айседора криво, так что я видел, как он покраснел от смущения,— Есть пророчество. Герой со сломанным мечом поведет войска в Последнюю Битву с Мировым Злом и одержит победу, А я того», ну», он у меня целый. Я же потомок Айседора Звездорождеиного, который должен сломать клинок… В общем, не подскажешь, как зто сделать?

Я почесал в затылке. Меня так и под мы пало расхохотать-

24

ся, и я отчаянно кусал губы, морщил лоб и прищуривался* притворяясь напряженно размышляющим. Рыцарь смотрел на меня с таким детским нетерпением, что я в конце концов сказал, просто чтобы отвязаться:

— Вообще-то есть один способ.» Но мне нужна твоя помощь!

— И я, и мой меч — оба в твоем распоряжении J — с пафосом воскликнул он, протягивая мне свое оружие.

Недолга думая я примерился и вонзил меч в трещину между камнями и навалился на него всем телом;

— Ну что ты встал? Помогай!.. Вот так, еще еще… Не идет, зар-раза! Давай в другую сторону… Ай, ты мне руку отдавил! Навались! Р-разом! Еще! (Сопение, пыхтение, ругань скво1ь зубын) Блин, опять!,. Давай снова…

Короче, через час мы оба были потные, пыльные, изрядно помятые и местами порванные, в синяках и ссадинах, а противная железяка так и осталась целой. Правда, мы ухитрились согнуть меч в дугу и слегка закрутить em кончик вокруг своей оси, как штопор, но на этом наши успехи закончились. Мы использовали старый способ — заклинить меч между камней и потом, повиснув на нем, сломать под действием силы тяжести. Но меч, повторяю, либо гнулся, либо выскакивал из трещин, всякий раз обдавая нас фонтаном гравия. Тяжело дыша, мы стояли над ним и синхронно чесали затылки,

— Что же делать? — бормотал Айдор (так звали потомка Айседора 3вездорождеиного). — Если он не будет сломан, пророчество не исполнится и через восемьсот восемьдесят пять дней наш мир поглотит тьма!

— А заменить его никаким другим мечом нельзя? — осторожно поинтересовался я

ю колдовства.

35

Я еще раз почесал в затылке, Дело в том, что из боевых заклинаний я хорошо усвоил только три — мгновенное обугливание^ * превращение в фарш* и * мумификациям Интересно, какое из них нейтрализует это оружие?

— М-да, знатная железка,– признал я.— Твой предок…

— Да будь он проклят, этот Айседор Звезд орожден-ный! — внезапно взорвался Айдор*— Насовершал подвигов, насочинял пророчеств,а мне расхлебывать! Ну что за жизнь такая! Все от тебя требуют — давай, мол, происходи @ герои! А если у меня мозги не под это заточены? Да я…

— Успокойся, тихо-тихо,— попытался я как-то нейтрализовать рыцарскую истерику,— не все так плохо, как тебе кажется! Я вот, например, вообще…

— Да что ты понимаешь в подвигах? — почти завизжал он и, сорвав шлем, грянул им об камни так, что ведро для защиты головы превратилось в мятый газик.— Что ты знаешь о рыцарской доле?

— Ничего,— признался я.— Зато я кое-что понимаю н преступлениях и..,

— Вот и совершай свои преступления,— огрызнулся Айдор.^ А в мою жизнь не лезь! И вообще! Достали меня эти подвиги и пророчества! Пропали оно все пропадом! Не хочу!

И прежде чем я успел его остановить, он бросился к мечу и принялся яростно пинать его ногами.

И тут раздалось звонкое «хрусть^ — и клинок сломался.

— Получилось! — Я подпрыгнул и повис на разбушевавшемся Айдоре, обхватив его сзади за шею.— Он сломался! Сломался?

Рыцарь остановился, хлопая глазами и глядя себе под ноги, Я осторожно сполз с его спины и похлопал его но плечу, но он даже этого не заметил. Мне показалось, что он в ступоре.

— Он сломан! — На всякий случай я сунул обломки ему под нос.— У нас все получилось!

— Не понимаю, чему ты радуешься,— проворчал Айдор,— Теперь конец света наступит обязательно.,.

— Через восемьсот восемьдесят пять дней, я помню,— за-

26

торопился я-Но это еще не значит, что надо все бросить и послепшть выкопать могилу. Я вот, например, этому даже рад. Есть чем заняться на досуге! — пояснил я нзумлеиному рыцарю.— И тебе советую не сидеть сложа руки, а». »

— Я соберу армию,— мрачно пообещал тот и взял у меня обломки меча.— Мы вернемся и разорим это средоточие мрака. Зло будет у ничтожен о и изгнано раз и навсегда из нашего мира! Жди меня, и я вернусь! Только очень жди!

Он свистнул коня и пешком направился прочь, прижимая обломки меча к груди. Я долго смотрел ему вслед. И чем дольше смотрел, тем больше подозревал, что мне все это начинает не нравиться. Про разрушение замка он серьезно?

ГЛАВА 3

Пыль осела за хвостом рыцарского коня, и я остался один, И с ужасом понял, что скучаю! Пока не явились один да другим тетя Кассия и этот ненормальный Айдор, я как-то обходился без человеческого общества, но теперь, после их посещений, на меня навалилась тоска. Напрасно я пытался занять себя приведением замка в порядок — стоило убрать последний осколок, как на меня опять накатила тоска, вылившаяся в Залой.

Скажу сразу — в прошлой жизни я не замечал в себе склонности к обильным возлияниям: моя * научная работав предполагала наличие трезвого ума и быстрой реакции, нужной, главным образом, для того, чтобы вовремя отскочить в сторонку от ил о до в св о их тру до в. Но туг я н еожи дан-но обнаружил себя сидящим за столом, заваленным огрызками, обглоданными костями и корками. Вокруг валялись пустые бутыли, еще две оставались полными. То есть полной была только одна, из другой я как раз только что вытряхнул в кубок последние капли и заглянул внутрь, чтобы определить, пора вскрывать оставшуюся бутыль или пусть подождет.

— Размышляем о смысле жизни? — нарушил мое одиночество скрипучий голос.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить,

27

где я его уже слышал. Ну конечно! Это мое отражение в зеркале. К слову сказать, одном-единственном зеркале замка. Оно сидело точно так же за точно таким же столом, но рассматривало отнюдь не кубок, а меня.

Я ужасно обрадовался его появлению — настолько, что как-то ухитрился вытащить свой организм из-за стола и переместить его к зеркалу. Мое отражение сделало то же самое, после чего мы оба сели на пол, каждый со своей стороны, и чокнулись кубками в стекло,

— Твое здоровье,— пробормотал я, прикладываясь к кубку.

— Напиваешься? — поинтересовалосьотраженне.

— А чего еще делать? Помирать со скуки?

— Ну положим, помирать можно от чего угодно,— философски рассудило отражение и понюхало свой кубок с таким видом, словно в него вчера наливали помои, а сегодня забыли помыть,— От цирроза печени например,

— Ой, какие мы слова-то умные знаем,— пробулькал я.

— Или от сквозного ранения в живот,— как ни в чем не бывало продолжал мой двойник,— А еще есть такая миленькая смерть, как отравление, удушье, множественные ранения, несовместимые с жизнью…

— Достаточно! — взмолился я. — Чего тебе надо? Пришел посмеяться над моим положением?

— Мне надо, чтобы ты трезво посмотрел на некоторые вещи,— заявило отражение,

— Трезво? — хихикнул д.— Сильно сказано! Особенно после того, как,»

— После того, как тебя торжественно пообещали прикончить! — перебили меня.

— Кто? — Я даже поперхнулся вином,

— Твой приятель,,, этот, как его.., Айдор!

— А вот этого не тронь! — Я помахал кубком перед зеркалом, оросив его дождем красных винных капель.— Айдор — мой… мой,., э-э… В общем, мы знакомы! Он, можно сказать, единственный мой знакомый в этом мире, и я не желаю, чтобы о нем говорили в таком тоне всякие там…

— Всякие твои внутренние голоса.— Отражение с покой-

28

но отстав и л о свой кубок, хотя я со своим не собирался этого делать,— Я — твое отражение не только в зеркале, но и в жизни,

— А я, получается, разговариваю с самим собой, — подытожил я.

— В яблочко! Не напомнить тебе, зачем он приезжал?

Я заглянул в кубок. Он был пуст, и только на дне еще уцелело несколько капель. Слишком мало для того, чтобы продолжить разговор. Последняя полная бутыль стояла на столе, и я, прищурившись, пролевитировал ее ко мне, По левитации у меня всегда стояло * отлично*, но эта бутылка явно этого не знала. Она вела себя крайне вызывающе, так что большую часть энергии пришлось потратить не на то, чтобы сдвинуть ее с места, а чтобы помешать ей а пути исполнять фиту ры высшего пилотажа и не давать выходить из штопора только для того, чтобы сделать «мертвую петлю». Но человеческий разум победил глупую стекляшку, и бутыль в конце концов оказалась у меня в руках, Я весь взмок от этого упражнения и> как ни странно, слегка протрезвел. Ровно настолько, чтобы вспомнить:

— Айдор приезжал, чтобы набить морду Темному Властелину,

— Правильно,™ кивнуло отражением А с какого перепуга он искал его в твоем замке?

— Ну тут всегда обитало Мировое Зло, и, насколько я понял, время от времени местное население собиралось и коллективно его било, А на днях должна состояться очередная Последняя Битва, во время которой замок будет разрушен и.„

— ТВОЙ замок! — воскликнуло отражение,— Они придут разрушать твой замок! Ты что* не понял?

— Они придут разрушать мою тюрьму ^ oi рь^нулся я.— Этот замок — место моего заключения, если ты не понял!

— А ты думаешь, им это интересно? Они явятся, обнаружат в замке тебя и…

Отражение замолкло очень вовремя — в голове у меня словно что-то щелкнуло. Возможно, оно и в самом деле

29

было моим внутренним голосом, и я просто-напросто сложил два и два, И результат мне очень не понравился.

Оставив у зеркала бутылку, я встал и направился прочь,

— Ты куда? — окликнуло меня отражение,

— Па разведку

— Погоди! Есть же более простой способ!1

— Какой? — Я обернулся уже от дверей.

— Бот этот.— Отражение стояло в проеме, раскинув руки — Чему тебя в школе учили?

К своей чести, намек я понял с первого раза и вернулся к зеркалу, попутно прихватив с собой кресло.

— Ну — сказал я, устраиваясь в нем напротив,—давай показывай J

Мое отражение тотчас исчезло, а по поверхности побежала рябь, как всегда бывает, если прибор почему-то внезапно перестает работать. Но вскоре она исчезла, уступив место довольно заурядной картинке.

На берегу широкой реки — или это был морской залив? — стоял белокаменный город, такой красивый и чистенький, что у меня прямо-таки зачесались руки что-нибудь накалякать иа его гладких стенах. Ну или хотя бы набросать на мостовую бумажек и прочего мусора. К массивным порогам из бело-розового мрамора во весь опор мчался всадник. Приглядевшись, я узнал старого знакомого Айдора, потомка этого.,, как его,+т Айседора Звездорождеиного. Привстав на стременах, он одной рукой погонял коня, а другой размахивал обломком меча и орал что-то изо всех сил. Даже не настраивая звука, я догадался, что это было что-то о пророчестве, конце света и армии гьмы, которая уже собирается возле моего замка.

На стенах не было ни души, и на первый взгляд казалось, что никого вопли рынаря не воодушевили, но, едва Айдор подскакал достаточно близко, как гладенькие створки стали сами собой расходиться, открывая проход ровно настолько, чтобы пропустить одинокого всадника, и гуг же снова сомкнулись за его спнной.

Изображение мигом переместилось внутрь. Замелькали ддиЕШые изогнутые улицы, стиснутые каменными строени-

з*)

ями, которые от фундамента до крыш были покрыты причудливой резьбой. Тут и там торчали статуи и раскидистые деревья, под которыми били фонтаны в мраморных чашах. На карнизах и крышах некоторых домов были устроены настоящие висячие сады, а отдельные фасады прямо-таки утопали в зелени. В противовес цветам и зелени, наряды женщин и Доспехи мужчин — а они там все ходили в доспехах, кроме сопливых мальчишек,— были выдержаны в строгой серо-голубой гамме, иногда с белой отделкой. Женщины ншрахались от летящего во весь опор по улицам всадника, мальчишки что-то кричали вслед, а мужчины, как по команде, бросали все и спешили за ним по пятам. Так чта когда Айдор осадил измотанного скачкой коня перед воротами, ведущими в величественный замок, за ним по пятам двигалась изрядная толпа.

Я понял, что все прочее было просто прологом, и приготовился подсматривать за своим условным противником, когда странный звук заставил меня подпрыгнуть в кресле. Изображение сбилось и пошло пятнами.

Это был утробный рев, похожий на вопль быка, который пытается вылезти из своей шкуры задом наперед.

— Кажется, это к тебе,— вместо картинки замка появилось мое отражение.

— Сделай остановку.— Я вскочил.™ Потом приду досмотреть…

— Я тебе что — развлекательный центр? — Мой двойник покрутил пальцем у виска.— Это все происходит здесь и сейчас в режиме реального времени. Пропустишь — потом.,.

Что «потому, я опять не услышал. Рев раздался снова. Было ясно, что его источник находится снаружи.

— Ладно. Я вернусь! Надеюсь успеть до финальных титров.

С этими словами я направился к выходу.« Гостей^ следовало встретить.

Но, поднявшись на над в ратную башню, я почувствовал, что у меня слегка заходит ум за разум. По ту сторону рва опять метался и орал во всю силу легких один-единственный всадник. Но зато какой!

31

Скотина под ним весьма напоминала помесь быка и лошади – голова, шея, плечи бычьи, а остальное — конское. Сам всадник был конебыку под стать. Он был наполовину об f гажен и сверкал такими мускулами, по с равнению с которыми любой из наших боевых магов-культуристов казался всего-навсего подростком. Из-под рогатого шлема спереди торчал волевой подбородок размером с полтора моих кулака. На затылке из-под шлема выбивалась спутанная грива у сольно-черных волос. Всадник орал и размахивал топором, врашал им с такой скоростью, что я никак не успевал заметить хотя бы форму его лезвия.

— Выходи, элодей) — Слегка сосредоточившись, разобрал я — Выходи на смертный бой и ответь за свои злодеяния f Ты разрушил мою страну, сжег мой замок, уничтожил мой народ и изнасиловал мою любовницу! И ты должен…

— Про страну — согласен, что-то припоминаю! — крикнул я в ответ просто, чтобы поддержать разговор.— Про народ — тоже, но не конкретно, Но чтобы кого-то насиловать… Как ее звали?