Дарт и агенты Рассадура

— Да… — еле слышно просвистел он. — Трюфон и Гибби — гнусные подонки…

Дарт приподнял его.

— Я отомщу за тебя, если скажешь, где их логово!

Из горла пленника исторглось что-то вроде стона, тело согнулось дугой, щупальца конвульсивно задрожали.

— Они охотятся за тобой, — говорил Дарт, приникнув к его голове. — Но у тебя есть шанс выкарабкаться из передряги. Притворись мёртвым, и Трюфон уберётся отсюда. Всё будет отлично. В ближайшем госпитале тебя заштопают…

Над оврагом зарокотал флайер. Похоже, Гибби догадался, что "гриб" ещё жив. Бандит провопил что-то и, когда через пару минут флайер снова показался над оврагом, на его дно обрушилось с десяток гранат. Но прежде Дарт успел выдернуть своего пленника из завала и отбросить в сторону. Всё же осколки долетели до гуманоида. Комиссар видел, как крупным осколком ему срезало сразу два щупальца.

Дарт подобрался к "грибу". Тот лежал неподвижно.

— Где их логово? — закричал комиссар в какое-то отверстие в его голове, решив, что это ухо. — Куда Трюфон должен доставить дискету? Ответь мне! Это твой последний шанс отомстить подонкам!

Гуманоид судорожно раскрыл рот, и в свисте, который исторгся из него, комиссару послышалось:

— Трюфон и Гибби — гнусные ублюдки… Я их ненавижу… Но я дал клятву на верность Рассадуру. Ещё никто из моего племени не запятнал себя как клятвопреступник… И я тебе… ничего не скажу…

Из отверстий в теле гуманоида стала выдавливаться какая-то вязкая бледно-коричневая жидкость, свист перешёл в хрип, грибовидное тело несколько раз дёрнулось и застыло.

Над оврагом снова пролетел флайер. Дарт вовремя отпрыгнул в сторону — гранаты взорвались там, где лежал мертвец, разметав останки.

Дарт со всех ног побежал по дну оврага. Дно постепенно поднималось, и вскоре он оказался на равнине. Флайер тотчас спикировал на него — бандиты не могли отказать себе в удовольствии дать по полицейскому залп. Дарт только этого и ждал. Когда его отшвырнуло взрывной волной, он остался лежать не шевелясь. Тело его в клочьях мундира было измазано грязью и гарью. В таком виде его всякий принял бы за покойника, и Гибби с Трюфоном не стали исключением.

Флайер сел метрах в пятидесяти от комиссара, ближе к тому месту, где на дне оврага лежал изувеченный труп грибоподобного. Гибби вылез и первым делом побежал к оврагу — удостовериться в гибели сообщника. Дарт, скосив глаза, видел, как он поливает труп бластерным огнём. Затем бандит направился к нему. Дарт не двигался. Гибби, приблизившись, на всякий случай полоснул по нему из бластера. Дарт и бровью не повёл. Гибби подошёл ещё на несколько шагов.

Видимо поверив, что "проклятый коп" мёртв, бандит победно поставил ногу ему на грудь. Трюфон, наблюдавший за ним из флайера, захлопал в ладоши.

В этот миг Дарт, извернувшись, схватил Гибби за ногу и резко дёрнул. Бандит повалился с испуганным воплем. В ярости заревел Трюфон. В мгновение ока Дарт вскочил и, как кошка, прыгнул на Гибби. Напуганный внезапным воскрешением "мертвеца", бандит даже не помышлял о сопротивлении.

Прежде всего Дарт обхлопал карманы его облегающего комбинезона и отобрал бластерный пистолет. Затем с силой заломил ему руку.

— Кому и когда вы должны передать дискету? — произнёс он металлическим голосом.

— А-а-а-а! — вопил Гибби. — Отпустите! Больно!

— Кому и когда?

— Не знаю, клянусь! Это знает только Трюфон, он у нас босс…

Дарт кинул взгляд на флайер. Физиономии Трюфона в иллюминаторе уже не было. Аппарат загудел и оторвался от земли.

Комиссар чертыхался от досады.

— Ладно, поймаем и его. Далеко не уйдёт, — он снова обернулся к "серому". — Где ваше логово? Говори правду. Солжёшь — достану тебя из любой тюрьмы и расправлюсь с тобой, глазастая кукла!

— Мы обосновались на Брельте, в Регеборских скалах, — торопливо ответил Гибби. — Ой-ой-ой… Отпустите мою руку, господин полицейский… У вас не руки, а стальные клещи…

— Продолжай, — сурово сказал Дарт, ослабляя хватку.

— В этих скалах, у южного подножия горы Мабор, есть древняя башня. Наше жилище находится на её верхушке. Трюфон и Шшшеа — резиденты имперской разведки, с кем они связаны — я не знаю, но думаю, что в руках Трюфона вся агентурная сеть на Карриоре и Брельте…

— Трюфона я уже видел. Кто такой Шшшеа?

— Напарник Трюфона. Он остался на Брельте. Возможно, он-то и есть первое лицо всей резидентуры…

— Что за оружие было применено для уничтожения боевых звездолётов?

— А никакого оружия не было. Это Шшшеа. Он плазмоид, человек-огонь. Он может принимать какой угодно облик. Может принять облик антропоморфного существа и с виду не отличаться от карриорца, а может сделаться факелом, огненным шаром, лучом, даже маленькой искрой. Это он, превращаясь в тончайший луч, просачивается в реакторы звездолётов, из-за чего возникает пожар и корабли взрываются…

На Дарта и его пленника упала тень пролетавшего флайера. Гибби испуганно взвизгнул, оборвав себя на полуфразе.

— Трюфон убьёт меня… — прошептал он, в ужасе глядя на флайер, — как убивал всех, кто вызывал у него хоть малейшее подозрение…

— Не трусь, я прикрою тебя своим телом, — сказал Дарт. — Меня не так-то легко прожечь бластером или разорвать гранатой. Итак, Шшшеа должен уничтожить весь союзный флот?

— Нет. Плазмоиду это не под силу. Сдаётся мне, что он поджигает корабли скорее для собственного развлечения, чем по приказу начальства. В отношении флота у них есть другой план… Флот должны уничтожить сразу, одним махом, ещё до того, как он стартует к Деке…

— В чём заключается этот план?

Граната взорвалась в трёх метрах от них. Дарт и Гибби покатились, отброшенные взрывной волной.

Трюфону было неудобно управлять флайером и одновременно швырять гранаты. Его броски не отличались меткостью. Ещё несколько гранат взорвались, не причинив особого вреда Дарту и его глазастому пленнику.

Гибби бормотал, трясясь от ужаса:

— Меня не посвятили во все детали, я слишком мелкая сошка в группе. Единственное, что я знаю — это то, что из Империи должны прислать мину громадной разрушительной силы… Возможно, она уже доставлена на Брельт и находится в каком-то тайнике, из которого её надо извлечь…

— Что она из себя представляет? Кто и как её будет устанавливать?

— Ничего этого я не знаю, но я слышал из разговора Трюфона, что её и не надо устанавливать… Просто её нужно включить, пустить механизм, а всё остальное мина сделает сама — доберётся до космодрома и взорвётся, вызвав ужасающее землетрясение…

Гранаты, непрерывно швыряемые Трюфоном, разрывались уже совсем близко. Дарта и Гибби вновь отбросило, а когда комиссар подбежал к бандиту, его тело, прошитое осколками, не подавало признаков жизни. Гибби оказался куда менее живучим, чем его грибоподобный сообщник.

Трюфон ещё несколько минут кружил над Дартом, расходуя гранаты, а потом, поняв, что связываться с неубиваемым копом бесполезно, счёл за лучшее убраться. Сделав над комиссаром последний круг, флайер взмыл ввысь и исчез в небесной голубизне.

Глава 4. Перелёт на Брельт

Дарта занесло в глухие места к северо-западу от Эллеруэйна, которые издавна были объявлены заповедными и где почти не встречалось никакого жилья. Вспоминая карту этого района, которую видел когда-то очень давно, комиссар долго не мог сообразить, куда направиться. Насколько он помнил, населённые пункты в этих местах находятся на берегах рек, и он, разыскав ручей, пошёл вниз по его течению — ручьи ведь всегда впадают в реки.

Весь остаток дня, не чувствуя усталости, Дарт шёл сначала берегом ручья, протекавшего большей частью лесами и перелесками, а потом берегом какой-то говорливой речушки. По пути он искупался, смыв с себя копоть и грязь и содрав налипшие к телу клочья мундира. А вместо одежды, чтобы не идти голым, надел гирлянду из широких листьев. В таком экзотическом виде, с листьями на бёдрах, он и направился дальше в поисках населённого пункта.

Солнечный диск склонился к закату и пропал за горами. В бледном безоблачном небе осталась гореть лишь его багряная корона. Дарт всё шёл и шёл. Поход был ему не в тягость. Он поймал себя на мысли, что уже много лет — пожалуй, с ранней юности, — он не ходил вот так, как сейчас, по заповедным уголкам родной планеты, вдыхая запахи трав и полевых цветов. Стремление к природе, к зелени деревьев и голубизне неба было у комиссара, как у всякого карриорца, заложено где-то на генетическом уровне. Когда-то давно, четыре тысячи лет назад, сюда прибыли переселенцы с невероятно далёкой планеты, которая называется Земля, и основали здесь колонию. Однако с течением времени колония на Карриоре почти утратила связи с прародиной и продолжала развиваться самостоятельно, превратившись в один из мощнейших миров в своей галактике. Даже язык современных карриорцев, испытавший влияния других инопланетных языков, сильно отличался от земного. Звездолёты с Земли наведывались на Карриор сравнительно редко, и большинство карриорцев мало что знало об этой планете — кроме того, что там такое же голубое небо, зелёная растительность и её люди похожи на них самих. Земля уже не играла той роли, которую играла прежде, когда её астронавты бесстрашно бороздили Вселенную, осваивая новые миры. То время осталось в прошлом. Пожалуй, Карриор сейчас был похож на Землю, какой она была много лет назад, в период расцвета своей природы, ещё не загрязнённой промышленными выбросами, тем более что многие виды флоры и фауны были завезены сюда именно оттуда.

На меркнущем небе показались звёзды. Поднялся ущербный Брельт и озарил лес и речные струи белым призрачным сиянием. Дарт продолжал идти тем же размеренным шагом, не чувствуя никаких неудобств из-за сгустившейся темноты. В его глазах, видимо, включился какой-то механизм, позволявший ему различать предметы в темноте так же хорошо, как и при свете дня. Во мраке леса он замечал шмыгающих лисиц и бесшумно порхающих сов.

Под утро Дарт вошёл в какой-то городок. Улицы были тихи и пустынны. Городок ещё спал или только-только просыпался. Дарт подумал, что это даже к лучшему. Зрелище синекожего человека, почти голого, вызвало бы в городе переполох.

Первым делом он разыскал будку видеофона, которые в таких городках стоят, как правило, на главных улицах. Зайдя в неё, он через спутниковую связь соединился с Брельтом.

На экране появилось лицо дежурного оператора.

— Доброе утро, — сказал Дарт. — Соедините меня с Главным Полицейским Управлением.

— Секунду, сударь.

Оператор на экране сменился дежурным офицером в красно-синем мундире внутренней полиции Брельта. Офицер рассматривал Дарта с нескрываемым удивлением.

— Дежурный диспетчер лейтенант Старов, — представился он. — К вашим услугам, сударь.

— Комиссар космической полиции Дарт. Мне надо срочно связаться с кем-нибудь из следственной бригады по делу о диверсиях на военном космодроме. Лучше всего с майором Феннет.

— Соединяю вас с майором Феннет, — отозвался дежурный.

Его лицо на экране сменилось другим — женским, довольно молодым и миловидным, обрамлённым вьющимися тёмными волосами. Девушка точно так же, как только что дежурный, удивлённо уставилась на Дарта.

Он украдкой оглядел свой голый торс и хмыкнул.

— Так могу я видеть майора Феннет? — повторил он без тени смущения.

— Я майор Феннет, а вы — комиссар Дарт, я вас узнала, — сказала она и, не дожидаясь ответа, продолжала деловито: — Я только что получила приказ о вашем назначении. Когда ожидать вас на Брельте?

— Сегодня, если обстоятельства не задержат меня в Эллеруэйне.

Он никак не ожидал, что ему в помощники дадут совсем молоденькую девушку. Впрочем, возможно, она не так уж и молода — звание майора в войсках и в полиции Конфедерации было довольно высоким.

— Мы знаем, что вы пытались преследовать диверсантов и что с вами потеряна связь, — продолжала она. — За вами были отправлены поисковые экспедиции в юго-восточные провинции…

— Считайте, что меня уже нашли, — перебил её комиссар, не желая распространяться о своих приключениях. — У меня есть для вас несколько срочных распоряжений.

— Слушаю вас.

— Во-первых, постарайтесь узнать всё, что можно, о некоем Трюфоне, гуманоиде с Гартигаса. Вообще, вам что-нибудь говорит это имя?

— Да, сударь. Трюфон — иммигрант, беженец из Сумеречной зоны, проживает на Брельте. Взят нами под негласное наблюдение с той ночи, когда на космодроме был самый первый взрыв. Он находился поблизости от места происшествия и его поведение вызвало у охраны подозрение. Но прямых улик против него у нас нет.

— Где он живёт?

— Довольно далеко от космодрома, в очень пустынном и уединённом месте — в Регеборских скалах. С ним проживают ещё несколько человек. На всякий случай мы их тоже взяли под наблюдение.

— Нет ли среди сожителей Трюфона некоего плазмоида по имени Шшшеа?

— Наши наблюдатели о таком не сообщают.

— Скажите, майор, — продолжал Дарт после короткого раздумья, — где, по-вашему, этот Трюфон находился вчера?

Собеседница Дарта помедлила с ответом.

— Должна признаться, господин комиссар, — сказала она, — что двое суток назад наши люди, следившие за ним, дали промах. Трюфон со своей компанией погрузились на флайер и вылетели в неизвестном направлении.

— Не далее как вчера утром Трюфон участвовал в дерзком налёте на Главное Управление космической полиции, — сурово проговорил Дарт. — Он и его сообщники убили нескольких высших офицеров союзного флота и похитили план военной кампании.

— Но, сударь, мы не предполагали, что Трюфон так опасен… Мы и под наблюдение-то его взяли, как говорится, на всякий случай, для очистки совести…

— После об этом поговорим, — сказал Дарт, смягчившись. — А теперь слушайте внимательно. Из всех участвовавших во вчерашнем налёте в живых остался только Трюфон. Ему удалось уйти. Не исключено, что он вернётся в своё регеборское логово. Пока не трогайте его, но не спускайте с него глаз. Фиксируйте всех прибывающих к нему и сразу берите их под наблюдение. Я должен быть в курсе каждого шага Трюфона и всех, с кем он перекинулся хотя бы одним словом.

— Но это станет возможным только в том случае, если он вернётся, — заметила миловидная собеседница Дарта.

— Вернётся, — уверенно сказал он. — Главное дело у него ещё впереди.

— Больше никаких поручений не будет?

— Постарайтесь найти плазмоида. Это очень важно. Он должен быть где-то на Брельте.

— Мы примем все меры для его розыска.

— Отлично, Феннет… Кстати, как вас зовут?

— Констанция.

Дарт улыбнулся.

— Кажется, это земное имя?

— Да, у меня дедушка — переселенец с Земли, — тоже с улыбкой ответила она…

— Надеюсь через несколько часов пожать вашу руку, Констанция, — сказал он.

— Желаю вам счастливо добраться до нас, — откликнулась Феннет.

Дарт выключил связь и взглянул на висевшее перед ним расписание аэробусов, которые делали в городке короткие остановки. До прибытия ближайшего аэробуса на Эллеруэйн оставалось ещё двадцать шесть минут, и Дарт из этой же будки позвонил жене.

Елена, зная о его неубиваемости, не слишком беспокоилась, её лишь волновало, когда он вернётся, зато подошёдший к видеофону сын засыпал его вопросами о погоне за диверсантами. СМИ уже успели раструбить об этом по всей планете. Дарт обещал рассказать всё в подробностях, как только появится дома.

Однако по прибытии в Эллеруэйн ему стало ясно, что времени заехать домой у него не будет. Даже ванну ему пришлось принимать в Управлении. Разговор с преемником покойного Ленделерфа — генералом Эно, был коротким. Генерал одобрил действия Дарта и велел ему незамедлительно лететь на Брельт. По поступившим сведениям, Трюфон уже вернулся на свою башню в Регеборских скалах.

Через четверть часа гравилёт — дисковидный летательный аппарат, работавший на гравитонной тяге, мягко оторвался от плоской крыши Главного Управления и взял курс почти вертикально вверх, унося Дарта на Брельт.

На этой небольшой планете, которую карриорцы использовали главным образом как перевалочный пункт для космических полётов, Дарту доводилось бывать бессчётное количество раз. На её полюсах было немного воды в виде льда и сохранились жалкие остатки искусственной атмосферы, которую некогда пытались создать первые поселенцы с Карриора. Но атмосфера на Брельте не удержалась. Планета была мёртвой с самого начала, такой она и осталась, несмотря на все усилия карриорцев. Дарт почти не глядел в иллюминатор, когда гравилёт, преодолев притяжение Карриора, начал приближаться к бледно-серому пятнистому диску естественного спутника. Комиссар до мельчайших подробностей знал его унылый ландшафт с каменистыми равнинами, горами, нагромождениями скал, многочисленными кратерами и редкими городами в экваториальной зоне.

Издали казалось, что города стоят прямо под открытым космосом. И лишь приглядевшись внимательней, можно было различить над каждым городом купол атмосферной дымки. Благодаря этим куполам, удерживаемым мощными силовыми установками, обитатели городов разгуливали по улицам без специальной защиты и дышали свободно, как на Карриоре. Атмосферные купола служили также отличной преградой для мелких метеоритов — часто можно было видеть, как, попадая в такой купол, они сгорали, описывая над крышами домов эффектные светящиеся дуги.

Дарт повернулся к иллюминатору только когда гравилёт пролетал над Большим космодромом. Никогда ещё Дарт не видел здесь такого скопления звездолётов! На Брельт привели свои боевые корабли почти все основные миры — учредители Межгалактической Конфедерации. Их правительства были настроены весьма решительно и намеревались покончить с Империей одним ударом.

Гравилёт опустился в Гарселе — городке, где находилось Главное Полицейское Управление Брельта.

— Вы видели боевую армаду? — был первый вопрос Феннет, когда Дарт появился в её кабинете. — Впечатляет, не правда ли?