Помоги проекту - поделись книгой:
Спрятав твёрдый комочек в рукаве, Гунь поднялся на палубу и приказал немедля развернуть парус. К вечеру он уже сходил на берег своего маленького удела. Магический барьер, воздвигнутый князем, всё так же успешно удерживал воду, но кто знает, что будет завтра?
Солдаты сбрасывали в море, вынесенные на берег волнами тела тех несчастных, которые имели неосторожность слишком настойчиво просить убежища, подплывая к острову на лодках. Лучники отлично знали своё дело. Это было жестоко, но в противном случае удел князя не просуществовал бы и дня, погребённый потоком обезумевших беженцев. Небо требовало новых жертв, и оно их исправно получало. Вот только, скоро ли насытится Небесный Правитель?
Гунь не стал дожидаться утра, решив испытать сижан, как только спустится на родной берег.
Став спиной к морю, князь бережно достал из рукава твёрдый комок земли. Немного помедлил и бросил его через левое плечо. Тут же раздался раскат оглушительного грома. Встревожено закричали воины, отчаянно жестикулируя, они указывали куда-то за спину Гуня.
Гунь обернулся. У самого берега прямо из моря торчала серая гигантская скала. Волны с яростью разбивались об неё и покорно отступали перед непоколебимой монолитной мощью.
Князь улыбнулся и снова нащупал в рукаве заветный твёрдый комочек. На этот раз он швырнул сижан через правое плечо и сразу же оглянулся. Земля у берега закипела, напомнив бушующее неподалёку море. Огромная земляная волна поднялась к небу и застыла рядом с родившейся по прихоти Гуня скалой.
Древние маги и тут ему не соврали.
В рукаве снова лежал заветный сижан.
Родившуюся у берегов своего удела скалу Гунь торжественно нарёк Горой Птичьих Перьев. За короткий срок на этой горе был возведён новый прекрасный дворец, не уступающий своей красотой дворцу владыки Шан-ди.
Князь предусмотрительно обнёс свой новый дом неприступными земляными валами и спускался сверху на гигантской, специально прирученной птице.
На протяжении девяти лет при помощи сижана усмирял Гунь взбесившуюся стихию. Много мест он облетел на своём пернатом коне. Во многих ещё недоступных воде местах он побывал. И везде Гуня поджидала неудача. Видно раньше времени узнал о пропаже Небесный Правитель и стал мстить похитившему сижан наглецу. По-другому объяснить свои неудачи князь не мог.
Там, где создавал он земляные дамбы, вода поднималась ещё выше. Обрушивал Гунь на стихию чёрные скалы, но море ухитрялось и в них находить скрытые лазейки, снова затопляя стонущую землю.
С печалью и тревогой следил за отчаянными попытками князя владыка Шан-ди. Всё меньше и меньше оставалось суши, бесценное время безудержно уходило, а с ним прибывала всё новая и новая вода.
Страшным проклятием, а не спасением явился чудесный сижан для несчастного Гуня. Окончательно отчаявшись, князь снова пытался позвать древних магов. Но хитрые старички ни разу не явились на его зов.
И вот в один ужасный день терпение Небесного Правителя истекло. Много людей видело, как в облаке огня спустился прямо с расколовшегося неба на верхушку Горы Птичьих Перьев сам бог Чжу-жун.
Страшная буря обрушилась в тот день на землю. Разбуженная стихия бушевала всю ночь и утихла только на следующее утро.
А утром, когда люди выбрались из своих укрытий, то увидели, что нет больше на верхушке Горы Птичьих Перьев прекрасного дворца князя Гуня. Нет сижана, нет последней надежды на спасение.
Но никто из смертных не подозревал тогда, что долгожданное спасение придёт вместе с наследником Гуня, Сыном Неба Юем.
Старый владыка Шан-ди неспешно обходил покои своего дворца.
Вокруг было тихо, словно в древнем, заброшенном склепе. Последние слуги владыки уплыли спасать свои семьи полгода назад. Шан-ди сам отпустил их, но никто так и не вернулся. Лишь верный Ванг, самый старый слуга владыки остался во дворце, ибо не имел, бедняга, семьи, и беспокоиться Вангу было не за кого.
Вот уже год прошёл с того ужасного дня, когда небо забрало князя Гуня и волшебный сижан.
Гунь ничего не говорил владыке, но Шан-ди догадывался, что обманом завладел князь драгоценным магическим предметом, принадлежащим самому Небесному Правителю.
Всё случилось довольно странно. Очевидцы рассказывали, что с неба спустился бог огня Чжу-жун, который убил Гуня и отнял у него волшебный сижан. Владыка был слишком стар, чтобы верить глупым россказням. На самом деле солдаты и крестьяне, конечно же, не видели никакого бога огня. Они видели всего лишь пылающий шар, опустившийся с небес.
Покойный отец Шан-ди, владыка Поднебесной Ван Чунг Ли, много раз рассказывал сыну о Небесном Дворце, и о тех диковинных механизмах, которые время от времени с него спускались. Отец говорил о высокой горе, с которой в безоблачную погоду можно было увидеть, висящий в небе дворец, но Шан-ди, к сожалению, забыл название этой горы. Так же Ван Чунг Ли утверждал, что собственными глазами видел, как с Небесного Дворца спускались в огненных шарах боги. Именно они и подарили владыке Железный Камень, при помощи которого можно было говорить с небом. Но сейчас этот камень оказался бесполезным. Что-то случилось там, наверху. Небесный Правитель был глух к мольбам смертных.
В последнее время Шан-ди часто думал о смерти Гуня. Почему-то ему казалось, что боги не стали убивать князя, забрав его живым прямо в Небесный Дворец. Владыка понял, что не обретет спокойный сон, пока не выяснит, что случилось с неудачливым героем.
Вернувшись в главные покои дворца, Шан-ди позвонил в маленький золотой колокольчик, вызывая Ванга.
Когда Ванг семенящей походкой зашёл в опочивальню, владыка окончательно уверился в правильности только что принятого решения.
– Скажи мне, Ванг, у нас ещё остались вещие соколы? – тихо спросил Шан-ди, удобно устраиваясь на шёлковых подушках.
– Да, владыка, – слуга учтиво поклонился, – серый Тай готов лететь с вашим посланием в любую минуту.
– Это хорошо, – владыка благосклонно кивнул, – немедленно вызови ко мне во дворец Ин-луна. Моё дело к нему не терпит отлагательства…
Ин-лун был могущественным волшебником. Никто не знал, сколько ему лет, но по слухам он нянчил ещё самого отца Шан-ди, владыку Ван Чунг Ли. Ин-лун всегда старался советом или делом помогать владыке. Но с началом потопа волшебник куда-то исчез и Шан-ди мысленно отругал себя за то, что не догадался обратиться к Ин-луну раньше. Может быть, князь Гунь был бы сейчас жив.
Стрелою взвился в небо вещий сокол, устремившись на север к тем горам, что успел воздвигнуть, проигравший битву со стихией, Гунь.
Ин-лун прибыл во дворец на следующий день, приплыв на спине гигантской чёрной черепахи. За все эти годы волшебник совсем не изменился. Он был, как и десятки лет назад, по-прежнему седобород и добродушен. Время не властно было над Ин-луном, по слухам, давно разгадавшим его секрет.
– Почему ты не позвал меня раньше, маленький По? – с укоризной спросил волшебник, присаживаясь на расшитые золотом подушки рядом с владыкой.
Шан-ди мысленно улыбнулся. Ин-лун назвал его детским прозвищем, волшебник всё помнил.
– Время убивает мой разум, – с сожалением развёл руками владыка. – Я чувствую, что приближается час, когда придётся мне спускаться на рисовые поля царства мёртвых.
– Боюсь тебя огорчить, – возразил Ин-лун, – но твоё время
– И, может быть, ты знаешь, почему начался потоп? – оживился Шан-ди.
Волшебник покачал головой.
– Я не имею права рассказывать об этом даже тебе. Шёлковые покрывала тайны слишком плотны. Скажу лишь, что не смертные в этом виноваты. Обитатели Небесного Дворца чего-то не учли, но разве смеем мы придавать их помыслы сомнению?
– Скажи мне, Ин-лун, – владыка нервно теребил золотой перстень, – может, ты знаешь и о том, как остановить беду? Князь Гунь потерпел неудачу, на него была единственная надежда.
Волшебник лукаво прищурился:
– Эти ответы я оставил среди звёзд. Думаю, вода не вечно будет разливаться по земле. Можешь быть спокоен, спасение придёт оттуда, откуда ты меньше всего будешь его ожидать. Но ведь не за этим ты позвал меня. Я чувствую, что тревожит тебя что-то ещё.
Шан-ди кивнул:
– Мне всё время кажется, что князь Гунь вовсе не погиб. Слуги Небесного Правителя забрали его на небо. Я виноват перед Гунем. Это я обратился к нему за помощью. Я настоял на
– Вижу, не безразлична тебе судьба этого князя, – ответил волшебник. – Гунь был глуп и недальновиден. Он понапрасну тратил сижан в тех местах, где строить платины бесполезно. В его действиях не было порядка, не было последовательности, а где нет порядка, там царит Хаос. Хаос восседает на троне огненной земли мёртвых Юду. Извини меня за эти слова, но я должен был их произнести. Гунь был совсем не тот человек, который способен укротить потоп. Да, он увлекался магией и смог кое-чего достичь, но никакая магия не может прибавить человеку ума, если тот отсутствует у него изначально.
Ин-лун грустно вздохнул.
– Я помогу тебе, маленький По. Я поднимусь в Небесный Дворец и всё разузнаю. Этот Гунь не достоин твоего беспокойства. Воистину ты столь же благороден и чистосердечен, как и твой покойный отец…
И, сказав это, волшебник исчез.
Однако Ин-лун отправился в Небесный Дворец не тотчас после разговора с владыкой Шан-ди. Волшебнику требовались особые приготовления, кои он и проделал в маленьком домике, на спине своей гигантской черепахи.
Для начала Ин-лун облачился в лёгкие белые одежды и белые сандалии. Взяв магическую трость из тысячелетнего древа Ин, волшебник уселся у небольшого плетёного столика, на котором был разложен полупрозрачный кусочек шёлка с нанесённой чёрной тушью картой звёздного неба. Небесный Дворец был обозначен на карте чёрной орхидеей. Ин-лун что-то долго сверял, водя указательным пальцем по мягкой поверхности карты. Сначала положение звёзд и чёрной орхидеи немного не совпадало, но волшебник сложил кусочек ткани пополам и лишь затем удовлетворённо кивнул.
Подождав, пока зайдёт солнце, Ин-лун взошел на спину медленно перебирающей плавниками черепахи и, забравшись к ней на голову, тростью нарисовал в воздухе замысловатый иероглиф.
В следующую секунду волшебник уже стоял в коридоре Небесного Дворца.
Последний раз Ин-лун был здесь больше двух столетий назад. С тех пор во дворце мало что изменилось. Он был всё таким же холодным и пустым, чужим и отталкивающим своей непостижимой сущностью.
Волшебник знал, что встретить здесь кого-нибудь из слуг или даже самого Небесного Правителя невозможно. Обитатели дворца и жители Поднебесной существовали в по-разному текущем времени. Они никак не могли встретиться. Лишь дворец был незыблем и неизменяем в любом восприятии вечности. Правда Ин-лун допускал мысль, что если кто-то из жителей дворца сильно захочет, то он может по желанию
Пройдя несколькими коридорами, Ин-лун безошибочно вошёл в небольшой сводчатый зал, посередине которого на каменных постаментах стояли два прозрачных саркофага.
В том, что был побольше лежал обнажённый князь Гунь. Глаза его были закрыты, на лице разлилась мертвенная бледность, но волшебник догадывался, что князь жив. Он просто очень глубоко и крепко спал, о чём свидетельствовал светящийся зелёный глаз у кромки каменного постамента.
Во втором саркофаге Ин-лун с удивлением обнаружил розового младенца. Ребёнок шевелился, держа в маленьких ручках деревянную погремушку. К его пуповине из стенки саркофага тянулась чёрная рубчатая змея, которая едва заметно пульсировала.
– Сегодня ты попал сюда отнюдь не случайно, – громко произнёс кто-то за спиной волшебника.
Ин-лун не испугался.
Он уже давно ничего не боялся, его седые брови лишь поднялись чуть-чуть выше обычного.
Волшебник обернулся.
С ним говорил невысокий полупрозрачный незнакомец в ниспадающей блестящей одежде. Ин-лун понял, что видит не живого человека, а одушевлённую неведомой магией картинку. Что ж, подобные штучки были вполне в духе обитателей Небесного Дворца.
– Случайность – это лишь цепь былых предопределенностей, – спокойно ответил волшебник. – Меня поразил этот младенец, кто он?
– Ты всегда сразу задаёшь самые важные вопросы? – удивился полупрозрачный незнакомец. – Что ж, я отвечу. Тебе придется забрать его. Это сын князя Гуня по имени Юй.
– Но?..
– Я понимаю, у тебя сразу возникает масса новых вопросов, но, боюсь, на ответы отведено не так уж много времени, поэтому я буду краток. Этого ребёнка создал сам Небесный Правитель. Он просто взял часть Гуня и зародил новую жизнь. Именно ему, этому семимесячному малышу, предстоит спасти Поднебесную от потопа.
– А что случилось с князем?
– Гуню был дан шанс, которым он так и не сумел воспользоваться, – ответил полупрозрачный незнакомец. – Он думал, что похитил сижан у самого Небесного Правителя, но это далеко не так. Ничто в Поднебесной не происходит без ведома Владыки этого дворца. Смешно полагать, что можно его перехитрить. Когда стало ясно, что Гунь не оправдал возложенные на него надежды, мы решили его забрать. В конце концов, он был всего лишь обыкновенный человек.
– А это? – Ин-лун медленно повернулся к младенцу. – Ты хочешь сказать, что это уже не…
– Нет, ты меня неверно понял, – перебил волшебника незнакомец, – это тоже человек, человеческий ребёнок. Он совершенно такой же, как и его отец, но лишь с небольшим отличием. Это отличие кроется в миссии, которую понесёт Юй, страдающим от потопа людям. Он всё исправит. Исправит и наши ошибки и ошибки своего отца. Вот долгожданное спасение, которого вы все так страстно желали.
Прозрачный купол над ребёнком исчез, извивающаяся змея уползла в маленькую круглую норку, и волшебник смог взять голого малыша на руки.
– Он станет очень быстро расти, – добавил незнакомец, – у нас слишком мало времени. Через месяц это уже будет сильный взрослый мужчина. Его не надо ничему учить. Всё, что нужно он уже знает заранее, об этом побеспокоился сам Небесный Правитель. Отнеси младенца в безопасное место, проследи, чтобы за этот месяц с ним ничего не случилось, и твои заслуги вознаградятся.
Ин-лун почтительно поклонился:
– Уже осознание одного того, что потоп будет скоро прекращен, является для меня неоценимой наградой.
Когда волшебник поднял глаза, полупрозрачный человек уже исчез. Ин-лун так и не узнал, кто это был: один из слуг или сам Небесный Правитель. Вместе с бесценным подарком волшебник поспешно спустился обратно на спину гигантской черепахи, укрыв ребёнка в уютном плавучем домике.
Роковой месяц пролетел, словно холодный порыв осеннего ветра.
Обещанное чудо произошло.
Ровно через месяц Юй превратился в прекрасного юношу. Ин-лун был поражён этой неведомой ему могущественной магией. Воистину Небесный Правитель был самым сильным чародеем во всей Поднебесной. Наверное, так оно и должно было быть.
Радовался старый волшебник столь быстрому преображению Юя. Как только юноша стал говорить, Ин-лун тут же повёз его во дворец томящегося в ожидании новостей Шан-ди.
Сначала владыка отказывался верить в историю с сыном Гуня. Но волшебник всё-таки сумел убедить его и вот Юй, наконец, предстал перед Шан-ди во всей своей красе.
Да, именно такой человек и должен был победить неукротимую стихию. В юноше чувствовалась скрытая сила, словно он нёс в себе частицу Небесного Правителя, след его непостижимой магии.
– Если не возражаешь, я буду звать тебя Сыном Неба, – торжественно произнёс Шан-ди, обнимая растерявшегося юношу.
– Это большая честь для меня, Владыка, – смущённо ответил Юй, и щёки его залились румянцем.
– Разве он не прекрасен? – в сердечном порыве воскликнул Ин-лун. – Вот кто спасёт нас от потопа. Скажи нам, Юй, готов ли ты совершить этот подвиг?
– Я чувствую себя очень странно, – осторожно ответил юноша, – с каждой минутой во мне крепнет уверенность, что я действительно могу сделать это. Я ощущаю в себе скрытую силу, но, к сожалению, пока не знаю, как ею воспользоваться.
– Думаю, с этим не стоит спешить, мой мальчик, – ласково заметил владыка, – всему своё время. Твоё предназначение слишком велико, чтобы осуществиться немедленно.
– Порой я не понимаю сам себя, – продолжил Юй. – Когда вы задаёте мне какие-то вопросы, я уже заранее знаю готовые ответы на них. Но откуда они берутся, сказать не могу. Я знаю много того, что пока не способен объяснить и это пугает меня.
Владыка и волшебник тревожно переглянулись.
– Ты помнишь своего отца? – осторожно спросил Шан-ди.
Юноша нахмурился.
– Я знаю лишь то, что он проиграл и не смог укротить потоп. Отец заплатил за сижан своей душой и, когда отведённый ему срок истёк, огненный демон Чжу-жун забрал его душу, ввергнув её в пылающий хаос царства мёртвых Юду.
– Ты послан на землю закончить дело своего отца, – кивнул Ин-лун, – и я буду помогать тебе во всем, ибо так хочет сам Небесный Правитель.
– Прежде, чем ты приступишь к осуществлению возложенной на тебя богами миссии, я хотел бы тебе кое о чём рассказать, – поспешно добавил владыка Шан-ди. – Ты, наверное, не знаешь, но перед тем как твой отец начал усмирять потоп, я дал ему одно обещание. Я сказал, что если он остановит стихию, я уступлю ему свой дворец, и он станет полноправным правителем Поднебесной. Так вот…
Владыка сделал паузу.
– Сын Неба Юй, то, что я обещал твоему отцу, распространяется и на тебя. Усмири потоп и правь спасёнными землями так, как посчитаешь нужным.
– Спасибо, Владыка, – юноша почтительно преклонил колено, – о лучшей награде я не смел и мечтать. Пусть всё так и будет и пусть в случае неудачи я буду низвергнут в самые страшные пустоты царства мёртвых Юду.
Поделиться книгой: