Помоги проекту - поделись книгой:
— Печень и почки раз, печень и почки два, продано! — заключил Сема, возвращаясь на стул.
— Твоя картина такая легкая и воздушная, она должна летать, — важно добавила Лада, и… картина медленно оторвалась от крепления.
Влада вздрогнула, Елена побледнела. Мольберт медленно поплыл по воздуху, зависнув над столом.
— Лада, не балуй! — Предупредил Сергей, наблюдая за потугами юного паранорма, готовый в любой момент перехватить картину над столом, если силы сестренки иссякнут.
Картина медленно поплыла обратно, плавно опустившись Владе в руки.
— Фу-у, — шумно выдохнула Ладушка, утирая пот со лба и поворачиваясь к Елене. — Мама, правда, я тоже молодец?
Потрясенной Елене еще не доводилось видеть тренировок младшей дочери, медленно закивала, увеличивая скорость кивков и поглядывая на Сергея.
— Лада, ты умница, но тренируйся только в моем или Семеном присутствии. И пока только с небьющимися предметами. Хорошо?
Лада улыбнулась, показывая ямочку на щеке. Кивнула и принялась допивать молоко.
Влада поставила картину на место и села доедать. Прежде ненароком заметила, как во время переезда младшая сестренка таким образом упаковывала в ящики свои игрушки.
Дмитрий обнял Елену за плечи, подбодрил:
— Мать, да не бери ты в голову. Ну, летают, ну пусть себе летают. Ну, в крайнем случае, вихрастого побреем, делов-то. Если не поможет, в цирк всей семьей работать пойдем. Да?
Елена выдохнула.
— Влада, отлично, продолжай творить.
Влада округлила глаза, кивнула.
— Не бойся, после Аркаима так же научу отвечать.
Владлена расцвела доброй улыбкой.
Завтрак продолжался.
Заточенная вилка, разрезав воздух, воткнулась в нетесаный столб. Следом за вилкой чуть выше первого попадания в столб воткнулся столовый ножик, тут же спица, охотничий нож. Чуть погодя — пара метательных ножей с балансиром и без. Снова в воздух взвилась вилка, спица, восьмиконечная звездочка, кунай[23], пятиконечная звездочка, шестиконечная, топорик, заостренный по всему периметру кругляш.
Арсенал был обширным. Со свистом или бесшумно, металл находил цель.
Оба боевых индиго собирали все, что только могло лететь в цель и поражать ее хотя бы с пяти шагов. Врытым столбам приходилось терпеть в себе куски заточенного металла, что швыряли с разного расстояния и положения двое длинноволосых парней. Порывы ветра никак не могли помешать правильному полету. Намеченная цель упорно попадала туда, куда метил глаз, твердые руки, воля и…
…Сергей снял повязку, разглядывая свои пораженные цели. Сема рядом хмыкнул, кидая с вращением пару разных по весу ножей с обеих рук.
— Какой смысл кидать ножи вслепую?
Сергей встал спиной к столбу, зажав в руке топорик. Резко повернулся, кидая еще до того, как увидит цель. Топорик провернулся три с половиной оборота и воткнулся в столб немного сбоку — при резком развороте метнул не по прямой линии.
— Сема, ты должен всегда видеть противника внутренним зрением. Вдруг внешнее по каким-то причинам отсутствует? Да и зря, что ли, над энергетической кольчугой полгода корпели?
Сема сложил три ножа между фалангами пальцем, швырнул правой рукой. Два точно в цель, третий ударил и отлетел, недостаточно зацепившись за поверхность — плечо еще окончательно не отошло.
— Ну, не знаю, — протянул блондин. — Кольчуги хватает для определения противника на огневом рубеже вслепую, этого часто достаточно. Пулю в лоб и все.
— А если нет огнестрельного?
— Тогда сближение и рукопашка. Нож-то тоже не часто в руках оказывается.
— Дело твое, — пожал плечами Сергей. — Сам знаешь, в бою все может пригодиться. Мне даже умение метать зубочистки в Японии пригодилось. Кто знает, что будет в следующий момент? — Сергей сделал загадочный взор, закатывая глаза к небу и вдыхая бодрящий ветер полной грудью.
— Я знаю, — обрубил Сема и побежал к дому, на бегу крича. — Бой на мечах!
Скорпион выдохнул, с огромной скоростью метая все, что осталось в ящике. За минуту столб покрылся железом. Затем так же соседний столб.
— Что завтра будет? Что сегодня будет? — прошептал сам себе Скорпион и добавил. — По идее, через шесть часов вечерний рейс до Урала, билеты забронированы. Наверное, завтра будет Аркаим.
За спиной вырос Сема, довольный, как нашкодивший кот. Голову скрывали груды железа, что нес в руках. Вытащил из дома весь боевой арсенал, кроме меча Славы. С ним тренировки не получается. Если меч просыпается, он жаждет боя и крови. Князь выковал его в лютые времена, когда враги терзали Русь со всех сторон.
— Пойдем, пойдем, на нашу полянку. Я даже кольчуги прихватил. Устроим сечу на прощание.
— Сеча, так сеча. — Сергей забрал часть вооружения и майки обоих — когда кольца от удара впиваются в голую кожу, ощущение не из приятных.
Едва выйдя на полянку, Сема скинул оружие и кольчуги в траву, напал сразу, сбивая с ног — о настоящей драке не предупреждают, явление всегда стихийное.
Скорпион вовремя поднял ногу, ускользнул с линии поражения, скидывая оружие в траву рядом. Пошел противнику навстречу контратакой.
Дрались без ступеней и темпа, не разогревая мышцы, не предупреждая об ударах и не сдерживая силу. Дрались ради самой драки, прыгали, уклонялись, падали, вставали и снова дрались. Это происходило не на пределе сил, а в состоянии какой-то просветленной одержимости. Последовал физический надлом, небольшая пауза, и разум ушел прочь, оставив после череды физического бессилия, когда уже перестаешь соображать, провал. Превратились в боевые машины. Стало легко, перестали ощущать тело, сливаясь в движении, в танце боя. Движения невесомы, самопроизвольны и точны, а действенность сбила бы с ног любого мастера боя.
Удары, дальнейшие движения угадывались сами собой. Все происходило в странном состоянии подавления сознания, когда исчезает чувство времени, пространства и реальности. Но главное — из всего многообразия движений выстраивалась упорядоченная, последовательная схема боя.
Это и была сеча.
Отскочив друг от друга, накинули кольчуги, похватав мечи и снова бросаясь в танец боя. Находясь в нем, не осознаешь присутствия в руке оружия, оно становится продолжением руки, частью тела.
Мечи менялись, шоркая о кольчуги и высекая искры встречавшимися лезвиями. То одного, то другого от смерти отделял сантиметр заточенного клинка, лишь в самый последний момент задерживали удар, не переступая последней грани. Но каждый знал, что умер бы, если противником был бы кто-то другой.
Не сразу заметили, как сгустился воздух. Замерли друг напротив друга, тяжело дыша, в предчувствии чего-то враждебного.
— Восемнадцать, — как всегда после битвы просипел Сема, уточняя, сколько раз он мог уничтожить противника.
— Девяносто два, — отмахнулся Сергей, откидывая затупленный зазубринами меч, что в Европе звался дирк[24].
Сема, оглядываясь по сторонам, перехватил умубари[25] и акинак[26] поплотнее. Глядя под ноги, прошептал:
— Скорп, беги за мечом, я его задержу.
Сергей с места сорвался в бег. Единственная возможность остановить Духа — пробудить меч Славы. Только бы успеть добежать до дома. В настоящей боевой тренировке снова выпили себя почти до дна. Совсем неплохое время выбрал Отшельник для мести за ставленника.
Сема остался на полянке, замерев на месте, ощущая нарастающее бессилие тела — адреналин медленно покидал кровь — и злобно бросая на ветер слова:
— У нас в дом без разрешения не вламываются. Тронешь кого-то из семьи и все мечи, что ты видишь здесь, будут торчать в твоей груди.
Это был не удар. Словно ветер подул из-за деревьев, и небо и земля поменялись местами. Умубари выскользнул из левой руки, воткнувшись в землю неподалеку. Лежа на траве, Сема явственно ощутил, как по спине побежали орды мурашек, а свет солнца загородила тощая лысая фигура без бровей, в просторном сером балахоне, на манер монашеского.
— Ты убил моего сына! — этот вскрик взлетел в небо.
— Он такой же некультурный, как ты. Вламывается на чужие территории, угрожает. Не люблю хамов. — Спокойно ответил Сема, не поднимаясь с травы.
— Это уже второй сын, которого вы убили! — Вновь разрезал крик небо.
— Первый был еще хуже, — вырос за спиной Скорпион, обнажая меч. — На старика напал. Убил. Смерть за смерть. У вас же уважают старшее поколение? Или с твоими реформами совсем о чести забыли? Это ты приказал убить моего деда?
Дух оскалился, обнажая акульи клыки.
Одно слово решило исход дела.
— Я! — ответил Дух.
Пелена закрыла глаза Скорпиона. Меч выпорхнул из ножен быстрее ветра и со скоростью молнии прорвал балахон в области сердца. В то же мгновение Сема вонзил акинак до половины лезвия снизу, под таз противника.
Дух рассмеялся, глядя на меч в сердце и ощущая сталь. Тот, снизу вверх прорезав диафрагму и прошив левое легкое, грозил человеку неминуемой смертью. Человеку…
Скорпион приблизился к лицу Духа:
— Я знаю, что никакая сталь не лишит тебя жизни. Но у меня есть маленький секрет.
Дух усмехнулся:
— Да?
Скорпион коснулся щекой рукояти меча, прошептав:
— Пробудись.
Снова крик Духа прорезал небо. Не было ни огня, ни пепла, он просто упал на колени, а в следующий миг его не стало. Исчез, словно и не было.
Акинак и русский меч на мгновенье задержались в пустоте и рухнули на землю, не находясь больше в теле.
Сема облегченно рассмеялся, растягиваясь в траве:
— Я думал, будет сложнее.
— Нет ничего сложнее жизни и проще смерти, — по-философски ответил Скорпион, прислушиваясь к себе. Вроде бы истратил все силы до дна, а ноги до сих пор держат. Что бы это значило?
— Все, хватит с меня этой мистики, — подскочил Сема. — Заносим оружие в дом, ты пакуешь вещи, и я отвожу тебя в аэропорт. С глаз долой, из сердца вон. А сам за учебники, книги, ммм…энциклопедии…
— То есть, проще говоря, сразу после аэропорта едешь к Маше? — Похлопал по плечу Сергей.
— Она для меня кладезь мудрости! — Поднял опаленный акинак Сема.
— Кто бы сомневался, — Скорпион вонзил меч Славы в ножны, ощущая вибрацию под пальцами. Меч не хотел так быстро засыпать, требовал продолжения.
«С собой его, что ли взять? В аэропорту со вчерашнего дня зеленый коридор. Контрольный пакет акций выкуплен».
Через полтора часа, попрощавшись с семей, Скорпион скрылся в салоне с небольшой спортивной сумкой и ножнами за плечами. Предстояло еще забрать Леру. Дмитрий вздохнул, развешивая наиболее уцелевшее оружие. В памяти воскрешал номер хорошо знакомого кузнеца. Без заказов старичок последние полгода не сидел.
«Кузню что ли открыть? Стоит Василию позвонить», — подумал Дмитрий, хватаясь за сотовый.
Белоголовый орлан резал небо, неспешно маша широкими крыльями над раскопанным городом-обсерваторией. Острый глаз выцедил из вереницы туристов длинноволосого парня, с цветом локонов, словно воронового крыло.
Все сходится. Именно так, как велел старец Седого вече.
Король неба сложил крылья, стремительно ринувшись на снижение, почти рухнул вниз. Почти у самой земли расправил крылья, замедляя падение.
Лера вскрикнула, упав. Немногочисленные туристы опешили, хватаясь за фотоаппараты. Скорпион молча вытянул правую руку, давая властелину неба опору для приземления.
Орел впился острыми когтями в руку, издал птичий клекот. Сергей перетерпел боль, молча выслушал и поднял руку вверх, давая птице дополнительный разгон.
Орел вновь взмыл в небо, оставив опешивших двуногих на скучной земле. Сергей скинул с плеч обе сумки — теперь не до них — поправил ножны за плечами — которые все принимали за сувенир — подхватил Леру под руку и поспешил за орлом.
— Куда мы? — обронила рыжая, поглядывая через плечо на оставленные сумки.
— Не знаю, но нас там ждут, — уверенно ответил Сергей.
— Кто ждет то? А сумки?
— Про сумки забудь, у тебя есть все, что тебе необходимо, остальное добудем, а орел сказал…
— Орел? — перебила потрясенная Лера. — Ты теперь и с птицами разговариваешь?
— Да, девятнадцатая ступень — «позвоночная жизнь в воздухе» — позволяет мне понимать птичий язык. — Скорпион резко остановился, обнимая и успокаивая опешившую Леру. — Да ты не бойся, он за мной давно наблюдает, еще с Кавказа. Вече волхвов ждет обрядов раскрытия и наречения.
Лера воздела глаза к небу, всплеснула руками:
— Сначала двое милиционеров перед зданием аэровокзала, спрашивая про холодное оружие у тебя за плечами, отказались от своих слов и забыли о чем речь, потом среди ночи нашлись желающие немедленно ехать с Челябинска с экскурсией в это место. Теперь тебе на плечо внезапно садится самая большая виденная мной в жизни птица, а ты спокойно так отвечаешь: «Да она давно за мной наблюдает» и мы стремглав бежим за ней на какое-то наречение. Я немного не так себе эту экскурсию представляла!
Поделиться книгой: