Он пришёл. Как же сладко оказалось осознавать эту простую до дрожи где-то внутри истину: он — пришёл. Вернулся, а всё остальное, право, такая мелочь и ерунда!

— Тимка… простишь ли ты меня когда-нибудь? — а руки сами собой нашли и притянули себя к этому единственному в мире парню, от которого сладко ныло сердце и затвердевала в ожидании грудь.

— Женька… я был такой дурак… — ох дьявол, как же сладко пылает лицо под этими лёгкими и будоражащими поцелуями! — Мне даже и в голову не пришло подумать, что ведь ты из другого мира и попросту не знаешь…

Дальнейшие слова стали попросту невозможными. Да и ненужными, пожалуй, когда говорят два неистово стучащих друг навстречу другу сердца. Что ж, тогда оставим на время этих двоих, эту сладкую парочку — ведь нам более приличествует скромность и деликатность?

И перенесёмся, пожалуй, в чуть другое место на второй галерее…

Королева хохотала так отчаянно, так заразительно, что сейчас больше казалась просто весёлой девчонкой. Впрочем, почему казалась? Она и была ею — сногсшибательной голубоглазой блондинкой в парче и атласе, на глазах у которой от восторга блистали слёзы.

И хотя Наталья Сергеевна старательно хмурилась и даже втихомолку обозвала скромно обретавшегося в комнате Маршала отчего-то Иродом, на её красивые губы тоже выплыла улыбка.

— Ну, развеселили, госпожа Императрисса! — Королева попыталась успокоиться и даже принялась было утирать клочком белоснежно-воздушного батиста свои прекрасные глаза, но снова прыснула со смеху. — Знатно вы все купились, ничего не скажешь!

Заслышав последние слова, обе принцессы — Сью и Принцесса — с ногами валявшиеся на тоже не страдавшей малыми размерами Женькиной кровати и от нечего делать старательно осваиваившие игру в подкидного, разом насторожились.

— Ну-ка, августейшая наша маменька, а вот с этого момента подробнее, пожалуйста. Ибо ситуацию твоё величество запутало знатно…

Кому ж ещё пришла в голову идея дожидаться провалившуюся из Башни Магов словно сквозь землю леди Джейн именно здесь, как не её маменьке, Наталии-свет-Сергеевне? Но вот кого посетила несомненно гениальная мысль заодно устроить здесь то ли посиделки, то ли полежалки, а то и вовсе повалюшки, уже как-то и не припоминалось.

Принцессы азартно резались в карты, старательно и неумело плюясь при том семечками. Маршал потягивал лёгонькое винцо и шептался с доном Ривейрой о возможных ответных ходах орков — а обе блиставшие красотой августейшие особы расположились в притащенных Хуанитой и её служанками креслах. Два вернувшихся с передовой принца запросто оккупировали пушистый ковёр в углу и перед тем, как уснуть, пригрозили самыми страшными карами, если их разбудят раньше срока…

— Вся комбинация держалась на Маршале — и право, даже у меня нет достойной для него награды, — её Величество жестом руки притянуло к себе вышеозначенного, наклонило поближе и неожиданно целомудренно чмокнуло того в щёку.

Прямо-таки слышалось в этой тишине, как во всех головах что-то звонко щёлкнуло. Понимание, наверное…

— Ты хочешь убедить меня, что тут всё было сплошной обман и надувательство? — недоверчиво склонив голову, поинтересовалась Принцесса.

Голубые глаза королевы сияли от восторга.

— Дочь моя, когда ж ты наконец сообразишь, что трон и прилагающаяся к нему корона вовсе не шутки? А такая тяжкая и грязная работёнка, что впору иногда позавидовать даже и каторжникам на королевских галерах.

И всё-таки, Наталья Сергеевна, в своё время прочёвшая всего Дюма и Дрюона, а потому в иных вопросах куда как подкованная, со снедающими её сомнениями рассталась самой первой.

— Короли умеют хранить свои секреты…

— Хорошо сказано, госпожа Императрисса, — согласно кивнула Королева, и по лицу её скользнула тень угрюмой гримассы.

Бокал в точёной руке шевельнулся, бросив пару искр с резных граней, наклонился и послушно одарил свою обладателницу глотком ароматного и божественного напитка с королевских виноградников. И остальные люди, затаившие в ожидании дыхание, в это время старательно дожидались слова её величества.

— Дочь моя, не ревнуй и вообще забудь эти глупости — Маршал хоть и ночевал иной раз в моей постели, но меж нами всегда лежал или клинок твоего деда, или бешеная кошка леди Джейн. А один раз даже ты сама. Но уж я-то знаю, что пошептать над своей дочерью, чтоб ты спала, как убитая — и при том видела весьма нескромные, показавшиеся наутро реальностью, сны…

Может быть, кое-каким недалёким личностям Принцесса иногда и казалась величественной представительницей правящей династии — но по сравнению с искушённой в интригах августейшей маменькой сейчас выглядела просто милым котёнком с розовым бантиком.

— Мне нужно было убедить всех в притязаниях на трон Маршала, отвлечь внимание — и по договорённости с этим Воином мы блестяще разыграли нашу партию. Помните судьбу графа де Вилль? Он купился первым и выдал себя с уже потом отлетевшей на плахе головой…

Кто-то из разметавшихся на ковре принцев сквозь сон проворчал из угла, что отрывать кому-то одно место всё же повременит, после чего перевернулся на другой бок, сладко причмокнул и столь же безмятежно засопел дальше. В его сторону обратились понимающие и сочувственные взгляды, после чего вернулись к мягко и чуточку таинственно улыбающейся чему-то Королеве.

— А меж тем, меры пришлось принимать самые экстренные и жёсткие, — Королева внезапно поморщилась, а бокал в её ладони так задрожал, что она поспешила опустить его на столик. — Дочь моя, а ну-ка вспомни тот вечер, когда ты с будущей леди Джейн отправилась на переговоры…

С переменившимся лицом Принцесса выронила карты, а вся её принявшая сидячее положение фигура так и излучала вопрос. Но тем не менее, сверкнувший зелёным огнём взгляд столь полыхнул ненавистью, что у Королевы растрепалась её изумительная, волосок к волоску уложенная причёска.

— Полегче, дочь моя, держи себя в руках, — проворчала маменька и стряхнула с себя несколько быстро погасших искорок.

— Прости, мам… кажется, я начинаю догадываться — тот кристалл на самом деле просто пустышка? И на самом деле оркам нужно было заманить в засаду меня? — по мере этих слов голос её избавлялся от дрожи и креп.

Королева отозвалась далеко не сразу. И только боги знают, где всё это время бродили её мысли, но вот безмятежно расслабленное лицо снова на миг сделалось жёстким.

— Поначалу я тоже было так подумала… однако нет, не тебя — Тима.

— Что? Что они хотели сделать с моим братом? Да я их… — принцесса запнулась. Но не от недостачи воздуха, а от нехватки слов. И всё же, она безошибочно выдала одну из смело почёрпнутых у подруги идиом: — Да я им всем пасть порву!

И хотелось бы тут рассмеяться над этой девчонкой — да только, каждый не понаслышке знал или знала, что Принцесса не из тех, кто просто так слова произносит. И что за нею непременно увяжется десяток-другой жаждущих прославиться волшебников и Воинов, а там и пара-тройка полков тяжёлой баронской конницы. Да и сами они пойдут за этой девицей хоть бы и на штурм Небесной Твердыни…

— Не просто хотели, а уже делали, — угрюмо отозвался Маршал. Он выждал, пока маменька его не прекратит по старой привычке хвататься за сердце, а пока залил в себя полный бокал старого вина. Он вздохнул и поморщился.

— Ваши величества и высочества, дозвольте солдату покурить? Уж очень муторно.

В ответном ворчании королевы удалось разобрать, что этому Воину теперь отказа не будет ни в чём. И лишь когда после некоторой суеты среди Женькиных вещей нашли полураздавленную попой морковной Сью пачку сигарет и Маршал пустил в воздух первый дымок, он нехотя процедил:

— Хотя, надо признать, я подоспел как раз вовремя.

В голосе продолжившей срывать покровы Королевы сейчас отчётливо звучал весь мерзкий хлад ледяных арктических пустынь.

— Эти твари, эти нелюди насиловали наложницами моего сына, наследного принца — чтобы имеющаяся в нём капля крови Первого Дракона оказалась и в распоряжении орков.

Бледная как полотно Сью подхватилась с придушенным воем и старательно зажимаемым ладонью ртом. Но умница, умница Хуанита уже выскользнула бесшумно из соседней комнатки. Служанка проворно перехватила согнувшуюся в спазмах принцессу, довернула в сторону двери — и уже за нею склонила ту над тазиком для умывания.

— Да-да, друзья и подруги мои — спасибо Тиму и Маршалу, они всё же сообразили сразу отправить весточку моему величеству. Кому ж ещё расхлёбывать неприятности, как не королеве-матери?

Разъярённая настолько, что сейчас неуловимо походила и на леди Джейн своей неукротимостью, и одновременно на её рысь, азартно учинившую драку со здоровенным догом с королевской псарни, Принцесса раздумывала недолго — миг-другой, и вместо неистовой валькирии в обитой зелёным штофом комнате снова оказался милый домашний котёнок. Она скользнула к матери, села у её ног и непритворно ласково погладила обессиленно обмякшую ладонь. Прижалась к ней щекой — и всё же, голос её оказался острым, как бритва.

— Кто… резал тех сучек? Вов, дай и мне ту дрянь.

Озаботившись сигаретой, принцесса пустила чуть в сторонку дымок и пристально всмотрелась в лицо королевы. Но затем бровка принцессы поползла вверх, когда в своём кресле пошевелилась и отозвалась мрачно задумавшаяся о чём-то своём тётушка Наталья Сергеевна.

— Так вот чья кровь пару раз была на тебе, мой дон…

Да-да, опытная целительница оказалась на поверку даже лучше, чем предполагали и без того певшие ей осанну королевские маги. Отличить кровь человека от орка ей не особо и трудно. Но признать в той женскую, да ещё и призадуматься — каким это образом благородный дон в чёрт знает каком поколении режет орочьих самок — воистину, задачка не для слабых духом. Потому и становилось понятным то радостное изумление, которое объявилось на лице подавшейся вперёд Королевы.

— Чуть не разоблачила ты меня раньше времени, Наталья-свет-Сергеевна! Всё верно — в стычках с орочьими воинами блистал младший брат дона Ривейры, очень на него похожий.

— А сам я садился на одного из принцев… в облике дракона, разумеется — и отправлялся туда. Выслеживал, сопоставлял факты и малейшие следочки, — сам дон ничуть не выглядел раскаивавшимся или обескураженным.

Уж лучшему и опытнейшему охотнику своих краёв то было бы непростительно, дрогнуть рукой или сердцем в годину тяжких испытаний. Чуть замаскированные магическими личинами, они рыскали по землям орков и тихо делали своё грязное дело.

— Не знаю, какой дрянью орочьи шаманы опоили привязанного к пыточному станку принца — но они успели пропустить через него пятерых тщательно отобранных кандидаток. И всем им пришлось не просто перерезать горло, а и сжечь целиком тело…

Чуть поморщившаяся Наталья Сергеевна сделала ладонью отстраняющий жест — избавьте, мол, меня от дальнейших подробностей. Уж как опытный врач, она прекрасно представляла, что там к чему.

— Если я верно поняла, когда у орков оказалась бы кровь вашего рода, вы все очутились бы у них вот где? — она с горечью продемонстрировала сжавшиеся в кулак пальцы.

Королева медленно и печально покивала. Всё верно — мерзавцы рассчитали почти безошибочно. Почти!

— Но им всё напрочь спутала одна твоя случайная, дочь моя, встреча на загородном шоссе далёкого мира…

Да уж, иной раз судьбы тронов и государств висят на таком вот тонком волоске прихотливого каприза Фортуны. Мало кто догадывается о том, ещё меньше знают наверняка. И как обычно, все эти авгиевы конюшни приходится разгребать одной бесконечно усталой и загнанной, как призовая кобыла, Королеве. Спасибо хоть, с подмогой горстки сильных, а главное, верных людей. Но что самое мерзкое, похоже, что война только начинается.

Ну что ж — кто предупреждён, тот вооружён?

Часть одиннадцатая. Эхо возвращается

Губы наконец благополуно проскользнули меж двух вполне расцветших холмиков, и их неторопливое движение, закончившееся неспешным, вдумчивым и исследующим блужданием вокруг интересной впадинки, заставило всё тело затрепетать и легонько выгнуться вперёд.

— Тимка, змей… оставь мой пупочек в покое, — кое-как простонала Женька, всё же не найдя в себе сил раскрыть так и смежившиеся от блаженства веки.

Её рука ласково взъерошила шелковистые волосы принца. И неизвестно (вернее, как раз известно), к чему бы снова привели эти почти невинные шалости и забавы, когда за дверью предупреждающе взвыла Кысь, а в опочивальню без стука и даже смущения ворвалась неприлично взволнованная Принцесса.

В другое время Женька и заинтересовалась бы столь интересным зрелищем, но сейчас над нею самой властвовал совсем другой, куда более сладостный и заманчивый интерес.

А нахалка бесцеремонно швырнула не очень-то и смутившейся парочке шёлковую простыню. Прелестями братца она ничуть не интересовалась, по Женькиным скользнула взглядом с чисто эстетически-сравнительным вялым интересом, но вот принесённое ею сообщение живо стряхнуло с уютно устроившихся лакомок сладкий любовный дурман.

— Всё милуетесь, кролики? А там, между прочим, на Гнездо Серой Ласточки орки напали… мне сейчас с Маршалом и Сью отправляться в намеченный рейд к излучине Тарнца, так что для контратаки остаётесь только вы.

У-у, злыдня, таки обломала весь кайф… Женька ещё миг-другой боролась с охватившей её истомой, но Принцесса истолковала все колебания верно. Её рука ухватила со столика кувшин с чистейшей ключевой водой, которую парочка по взаимному уговору предпочла вину, и безо всякого снисхождения вылила сверху. Чтоб сохранять разум и чувства незатуманенными и более свежими для иных соблазнов… вот и сейчас, холодная вода живо возымела своё действие.

— Да идём, идём, — Женька вяло замахала руками, безуспешно разбрызгивая этот маленький водопад, и всё же открыла мокрые глаза.

В лицо уже летела брошенная Тимкой блузка. И хотя этот очаровательный нахал на прощанье таки легонько цапнул зубками за не скажу какое место — да так, что по всему телу сладким морозцем сыпануло — радостно взвизгнувшая Женька всё же поймала одежду и принялась споро облачаться. Всё же, повернувшись к принцу спиной… абсолютно бесстыжая и раскованная в иные моменты, вместе с одеждой она словно надевала на себя и другие принципы.

Вот и сейчас, напоследок привычно притопнув ногами в неизменных сапожках-казачках, Женька встряхнула ещё хранившими его запах локонами и защёлкнула на талии свой столь полюбившийся пояс из стальных колец. Коль скоро шпагу пришлось вернуть немало тому обрадовавшейся Принцессе, то слева на нём сегодня висел отремонтированный магиками клинок, а справа волшебная палочка, которую по здравом размышлении всё же побоялась взять в руки одуванчиковая Сью — в общем, порядок!

С постели с демонстративным ворчанием вальяжно слез тоже полностью облачившийся принц. И когда только ленью и прочими мужскими ухватками обзавестись успел? Зато Принцесса заинтересованно повела в воздухе носопыркой, а затем пристально обнюхала Женьку.

— Слушай, Джейн, это что за запах? Холодноватый, не приторный — и удержался на тебе даже после того-как… Придётся нашего дворцового парфюмера с её высочеством виселицей познакомить — у меня вот, таких духов нет.

Женька вынула из кармашка махонькую волшебную палочку-ароматичку и быстренько возобновила на себе давешний аромат, да заодно щедро окропила Принцессу — небось, Вовке потом не раз чихнётся. Вот тебе будет и привет от сестрицы, братишка!

— Ах вот как, магия? — оживилась было Принцесса, но энтузиазм её мгновенно увял. — Всё, помчались — у малого крыльца…

Как обычно, други мои, как обычно — на задворках королевского дворца, возле одного из совсем не парадных входов-выходов, маги обычно и составляли малый круг, через который можно было войти — а если повезёт, то и выйти совсем в иное место. И Женька, заполошной белкой скакавшая по галереям и лестницам, вдруг осознала, что такая жизнь ей нравится — ведь рядом, иногда обжигая случайными и ничуть не приевшимися прикосновениями, мчался Тим.

Её Тим. А она, стало быть — его? Уписаться от счастья можно, ей-богу!

И всё же, она всего лишь улыбнулась, когда принц просто взял её за руку.

— Кстати, Жень, дашь мне свою боевую волшебную палочку поюзать? — ввинтился в ухо его отчётливо отдающий надеждой голос.

— Попользоваться! И забудь то дрянное словечко, мон шер, принцу оно не подобает, — она безо всякого чванства сняла с колец и всучила Тиму запрошенное.

Во-во, как раз по нём! Не меч же ему — ещё порежется, мой милый мальчик… Женька смущённо улыбнулась, ощутив, как приятно согрели её свои же мысли.

— Вперёд?

В самом деле, семеро волшебников-подмастерьев под руководством осунувшегося от усталости мастера высокого ранга уже разожгли прямо в брусчатке недобро полыхающий лиловый круг. Портал, хотя выглядящий и совсем не так, как у их орочьих коллег-соперников. Впрочем, на этот раз прыгать недалеко, магикам вроде разминки сойдёт!

— Раз, два… — на счёт три оба взявшиеся за руки легонько перепрыгнули через взволновавшийся край…

И приземлились на ноги совсем в другом месте.

— Блин-гоблин! — негромко ругнулся принц, за что немедленно получил по шее. Впрочем, легонько и даже как-то ласково, без чрезмерности.

Женька спокойно огляделась по сторонам, и неспешно потянула с пояса меч. Ну и что? Бывает иногда, что магики ошибаются в своих расчётах — хотя возможно, они сами тут как раз и ни при чём. Какая-нибудь козявка, невовремя забрёвшая по булыжнику в круг, или даже занесённый ветром листок могли выбросить переправляющихся далеко в стороне от нужного места.

В самом деле, на замок Серой Ласточки это походило не очень-то. Да и ни на что другое, кстати, не походило тоже. Туман, густой и серый, какого никогда не бывает ближе к полудню — лишь где-то сверху брезжило что-то мутно-желтоватое. Хотя, дымом тоже не пахло. Однозначно, колдовство — тут и к попу ходить не надо. Да и все звуки вязнут слишком уж сильно. А, нет — воздух-то солоноватый и определённо пахнет морем!

— Тс-с! Прислушайся… — разумеется, умник Тимка перед этим прошептал какое-то заклятье.

Женька старательно прислушалась и тотчас же завертела головой в поисках нужного направления. Определённо, где-то в той стороне шумели волны. Уж море-то зачаровать или перешибить волшбой трудновато, это только в сказках — море волнуется раз…

Они оба одновременно кивнули и зачем-то на цыпочках направились туда. Женька в правой держала наготове клинок, зато левой ладошкой доверила владеть его высочеству Тиму (ах, как звучит!) Ну, а уж тот и с левой руки мог волшебной палочкой шарахнуть так, что никому мало не покажется.

Путь оказался недолог. Сначала под ногами обнаружилась редкая пожелтевшая трава, потом что-то коротко зазвенело впереди. В разгорячённые лица мягко ткнулся ветерок, повертелся чуть и опять унёсся. Туман начал быстро редеть, и через несколько шагов Женька предупреждающе пожала ладонь принца.

В самом деле, весьма полезно оказалось посмотреть наружу, самим ещё скрываясь в этом туманном недоразумении. И в том числе — полезно для здоровья…

Направлявшие вектор портала магики ошились не сильно, так что с этого места оказалось всё прекрасно видно. Орки лезли на стены замка такими толпами, что тут даже и далёкому от военных дел становилось понятно — отчаянно отмахивавшиеся защитники долго не продержатся. Со всех сторон горизонт заменяла толстая серая полоса тумана, и лишь в огромном пузыре ясного воздуха оказалось само укрепление вместе со штурмующей его оравой.

Женька старательно выискивала взглядом центр. Вождя, шамана или хотя бы косматого знаменосца с его увешанным лисьими и куньими хвостами бунчуком. И откровенное отсутствие здесь такового заставило её в задумчивости прикусить губку.

— Быстро эти орки учатся, слишком уж быстро…

— Думаешь, засада? — Тим бросил на подругу взгляд искоса и обречённо вздохнул. — Согласен.

Да уж, одна только мысль о том, зачем это оркам атаковать не имеющий никакой стратегической или иной ценности замок в самой середине королевства людей, заставляла насторожиться. Должны же понимать, что обретающаяся вокруг недальней столицы армия быстро вышибет из них дух. Но маменька Наталья Сергеевна не зря не чаяла души в Тимке, потому что тот в своих рассуждениях пошёл ещё дальше.

— Если во дворце есть хотя бы один орочий шпион, то ждали… вернее, ждут именно нас?

Женька взглянула на него с неприкрытым восхищением, и даже наградила изысканно-целомудренным чмоком в щёку. В самом деле, стоило только внимательно приглядеться к обстановке, то становилось очевидно, что атаковали орки без их обычной ярости, с какой-то чуть ли даже не ленцой. И уж давно взяли бы этот замок с его всего-то горсткой защитников, если бы… если бы что?

— Ну что ж, горе той кошке, которой попадутся мышки вроде нас?

В ответном взгляде Тима уже готовая влезть в драку Женька не без радости прочла намёк на кое-что, имеющее отношение к совсем иным битвам. И всё же, стой, не стой тут — а тех парней в замке выручать след. Хоть присягали они и маменьке, но иные принципы блюсти надобно ой-ой как.

— Я попробую вызвать к замку корабль. Вдруг что, лучше иметь из мышиной норки запасной выход, — чуть смущённо признался точно так же улыбнувшийся и даже чуть зардевшийся принц.

Хотя Женьке и претила мысль о бегстве, но здравость суждений друга ей понравилась. Случаи, они ведь бывают разные, а голова на плечах всего одна — да и та своя, не казённая…