Помоги проекту - поделись книгой:
Тео опять кивнул.
– Тогда как же?..
– Как я остался жив? – Тео сокрушенно покачал опущенной головой. – Потому что я трус! Я струсил, вот как!
«Погребальный гром» рыскал сквозь завесу дыма и пепла, повисшую над побережьем. Внизу, в гуще многочисленных движущихся городов и поселков, началась паника. Все решили, что воздушное соединение Зеленой Грозы прибыло, чтобы уничтожить их. Некоторые спасались бегством в пустыне; другие бросились в море, держась на поверхности с помощью надувных понтонов; третьи воспользовались суматохой, чтобы сожрать своих соседей. С Бенгази и Ком-Омбо взлетели тучи воздушных истребителей, но не сумели противостоять более быстрым и хорошо вооруженным Лисицам-оборотням и стаям птиц-Сталкеров.
На «Погребальном громе» взорвался один из кормовых газовых отсеков, и паукообразные Сталкеры модели «Марк-IV» выползли на отвесные стенки оболочки, поливая пламя из огнетушителей. Рулевые плоскости тоже получили повреждения, а по переговорному устройству чей-то голос истерически кричал, что кормовая гондола уничтожена.
Однаждырожденные стояли на мостике бледные и напряженные. Шрайк видел, как их лица блестели от пота в свете смертоносных огней за стеклами иллюминаторов. Энона Зеро под своим стальным шлемом всхлипывала от страха. По радио с других кораблей трескучими голосами просили помощи и докладывали о полученных повреждениях. «Взмах рассерженного меча» получил пробоину в середине корпуса и падал, объятый пламенем. «Осенний дождь с поднебесных вершин» потерял рули, и его сносило ветром прямо в бок Бенгази. В динамиках было слышно, как на корвете кто-то нечеловечески кричал и кричал без передышки, потом связь с ними внезапно оборвалась.
Сталкер Фанг словно не замечала ничего вокруг. Невозмутимо стояла возле штурвального и не отрывала глаз от Облака-9, которое медленно удалялось от родного города.
– Следуйте за тем зданием, – приказала она.
Корабли, атаковавшие Брайтон, быстро переключились на другие цели, но беды плавучего курорта на этом не закончились. В машинном отделении бушевал пожар, половина гребных колес была разрушена. Во время налета город сорвало с якорей, и теперь он дрейфовал, оставляя за собой след из черного дыма и шафранового пламени. Вокруг него на поверхности моря образовалась пленка горящего топлива. Все, кто мог бы организовать спасательные и восстановительные работы, либо погибли, либо находились на Облаке-9 в числе приглашенных на бал мэра.
В неразберихе никто не обратил внимания на сигнал тревоги в здании Перечницы, пока Пропащие Мальчишки не расправились с последним охранником и не высыпали на улицы города, горя желанием отвести душу после продолжительного заточения. Остальные рабы Брайтона тоже не хотели упускать такую возможность. Обитатели трюмов – рабочие машинных отсеков, канализационных сооружений и зловонных фильтровальных установок Морского бассейна – вооружались гаечными ключами, скребками для чистки бассейна и молотками для отбивания мяса, вылезали на верхнюю палубу через городские люки и вместе с Пропащими Мальчишками грабили антикварные магазины и поджигали картинные галереи. Добропорядочные брайтонские артисты и художники, которые столько раз на совместных вечеринках во всеуслышание говорили о нечеловеческих условиях жизни рабов и организовывали творческие вечера, демонстрируя свою солидарность с угнетенными, теперь уносили ноги, разбегаясь из города на перегруженных воздушных кораблях и черпающих бортами воду моторных катерах.
Во всей этой сумятице, за плотной пеленой грязного дыма, повисшей над многострадальным Брайтоном, мало кто заметил, что Облака-9 больше нет на привычном месте.
Глава 29
Невзорвавшийся пилот
Рен и Тео сидели в темноте под большой скульптурой, опершись спинами о постамент, и ждали, когда все закончится. Здесь же, на постаменте, с вечера остались несколько полных стаканов с пуншем, и Рен выпила один. Сколько времени продолжается этот кошмар? Пять минут? Десять? А кажется, всю жизнь! Рен уже научилась различать высокий, с подвыванием голос автоматических пушек Летучих Хорьков и басовитую трескотню орудий Зеленой Грозы. Ракетные залпы с той и с другой стороны звучали похоже, зато она всегда знала, когда взрывался стакан, потому что Тео каждый раз вздрагивал, зябко обхватывал себя за плечи и зажмуривал глаза.
– Хочешь поговорить об этом? – предложила Рен. – Об этих штуках, стаканах?
– Нет.
– Да ладно тебе! Все равно делать нечего.
Тео опять весь сжался при звуках очередной серии взрывов на окраинах Ком-Омбо. Потом, очень тихо, так что Рен едва слышала его за грохотом боя, стал рассказывать о своей карьере пилота летающей бомбы.
– Это было в самом начале сражения на Ржавых болотах. Пригороды противника прорвались по всей линии фронта, и наше воздушное соединение получило приказ отступать к западным границам Шань-Го. Мы все расслабились, поскольку в ближайшее время никаких бомбометаний не ожидалось. Вдруг пришел новый приказ – удерживать несколько часов район под названием Черный остров, потому что какой-то хирург-механик из корпуса Воскрешенных людей откапывал там ценное изделие Древних, которое не должно попасть в руки городских…
Тео до сих пор преследовало тошнотворное ощущение внезапно взлетающего бомбоносца и паники среди пилотов стаканов, когда по тревоге они стали торопливо карабкаться в свои стаканы.
– Ждать – хуже всего, – продолжал Тео. – Мы сидели в кабинах в полной боевой готовности, пристегнутые, с открытыми бомболюками под стаканами. Сидели и смотрели на орудийную перестрелку внизу. Потом команда: «Стаканы – к бою!» И мы пошли…
И они пошли; разомкнули подвесные захваты, потом долгое падение, все ниже и ниже, лавируя между красивыми и смертельными разрывами вражеских ракет. Раньше конструировали беспилотные стаканы, со Сталкерскими мозгами, но они не могли уклоняться от наземного огня так же эффективно, как это делал человек. Да и зачем попусту расходовать дорогостоящее оборудование, если есть молодые, горячие головы вроде Тео, готовые на смерть ради того, чтобы Мир Снова Стал Зеленым?
– Целью бомбометания был город под названием Ягдштадт-Магдебург, – рассказывал Тео. – Я попал куда-то в средние ярусы. Думал, передо мной какое-то фортификационное сооружение, а оказалось, просто тонкий пластиковый навес и под ним что-то вроде крестьянского хозяйства. Приземлился прямо в огромной скирде сена, поэтому и не разбился, просто отключился на пару минут. Очевидно, из-за мягкой посадки и стакан не взорвался. Взрыватель срабатывает автоматически при ударе, но предусмотрен и ручной детонатор, как раз на такой случай. Я хотел нажать, когда очнулся, и не смог… Не смог заставить себя…
– Конечно нет, – тихо, но убежденно сказала Рен. – Ты же промахнулся. Не мог же ты подорвать крестьян, мирных граждан! Это означало бы убийство!
– Да, убийство, – как эхо, отозвался Тео. – Только не это остановило меня. Я просто не хотел умирать!
– Сейчас уже слишком поздно судить.
Тео неопределенно пожал плечами:
– Я сидел, не вылезая, и ревел. А через некоторое время они пришли, сняли взрыватель со стакана, выволокли меня наружу и увели с собой. Думал, сейчас расстреляют, и правильно сделали бы. Но не расстреляли. Сколько я слышал историй о жестокости варваров, о том, как они пытают пленных, и, наверное, есть среди них и такие. Но ко мне относились как к собственному сыну. Накормили, долго извинялись за то, что вынуждены продать меня в рабство. Они не имели возможности держать на борту пленных Зеленой Грозы, а кроме того, боялись, что мы можем сговориться и устроить бунт. Но я бы уже никогда не пошел против них. Они открыли мне глаза на то, как не правы грозовики. Как глупо воевать…
Тео поднял глаза на Рен:
– Вот почему я порвал с Зеленой Грозой. И если теперь они поймают меня, узнают, кто я и что сделал, то обязательно убьют!
– Не убьют! – возразила Рен. – Потому что никогда не поймают. Мы что-нибудь придумаем!
Грохот двигателей заглушил ее голос. Рен осторожно привстала и выглянула из-за скульптуры. Огромный белый корабль с рубцами от участия во многих сражениях медленно протискивался между стропами Облака-9.
– Великие боги! – воскликнул Тео, выглядывая через плечо Рен. – Это же «Погребальный гром»! Это ее корабль!
Смонтированные на моторных консолях колосса короткоствольные пусковые установки поворачивались во все стороны, без труда сбивая любой аппарат Летучих Хорьков, стоило ему появиться в зоне поражения. От попаданий ракет погибли «Стыдно, у кого видно» и «Маленький, удаленький в оранжевом купальнике»[13]; обломки бальзового дерева и обгорелые клочья полотна полетели на гостей, залегших на газоне Шатра. Орнитоптер «И это все, что ли?»[14] некоторое время порхал вокруг воздушного корабля, как комар, пытающийся укусить динозавра, но так и не смог повредить армированную оболочку, и в итоге стая рапторов настигла его и расщепила на лучинки. «Долой тяготение!» в отчаянном броске пошел на таран необъятной гондолы, но ракетным залпом его отбросило прямо в бок одного из аэростатов, на которых висело Облако-9. От гигантской вспышки и грома Шатер содрогнулся, и вся летающая палуба круто накренилась. Крики ужаса на лужайке стали еще громче.
«Комбат Вомбат» Орлы Дубблин и прочие уцелевшие Хорьки, осознав, что дальнейшее сопротивление бесполезно, обратились в бегство.
Рен прикрыла лицо ладонью от вихря пыли и дыма, поднявшегося, когда «Погребальный гром» повернул сопла двигателей под углом посадки и опустился на газон Облака-9. Гости, ранее покинувшие Шатер, теперь устремились обратно, пробегая мимо укрытия Рен и Тео, либо оставались на месте, мастеря из подручного материала – манишек и салфеток – белые флаги. Стражники зайцами разбежались по кустам, побросав оружие и стягивая с себя нарядную красную форму. Между развесистыми пальмами прогремели пулеметные очереди. Из открытых люков корабельной гондолы высыпали угловатые фигуры в доспехах.
– Сталкеры! – вырвалось у Рен.
Она никогда раньше не видела Сталкеров и, честно говоря, не верила в их существование, но что-то в движениях этих бронированных существ убедительно свидетельствовало – это не люди! Ей захотелось оказаться как можно дальше от них.
Рен вскочила на ноги, готовая к бегству, и позвала Тео:
– Бежим скорее! Бежим к ангару «Чибиса» – проскочим через Шатер!
Лестницы Шатра совершенно обезлюдели. Рен и Тео бежали вверх по ступенькам, спотыкаясь о карнавальные шляпы и распростертые неживые тела. На открытой веранде, где Шкин продал ее Пеннироялу, кто-то уронил на пол бисквитное пирожное; Рен, не заметив, поскользнулась и с разбегу упала. Жестяная Книга, засунутая за шаровары, оцарапала ей спину и больно врезалась в ягодицы. Рен казалось, что кровь стекает в шаровары, когда подбежавший Тео помогал ей подняться. Может, надо отделаться от этой книги, пока не поздно? Отдать ее Зеленой Грозе и попросить пощады. Но ведь Гроза не знает пощады, разве не так? В Брайтоне Рен часто видела листовки и плакаты, а также заголовки в разделе международных новостей «Палимпсеста», кричащие: «Новые жестокости варваров!», «Нескончаемые зверства Зеленой Грозы!». И если у Рен обнаружат Жестяную Книгу…
У дверей бального зала они оглянулись. Бой закончился, Сталкеры шли по саду цепью, гоня впереди себя пленных людей.
– Интересно, Шкина взяли? – с надеждой сказала Рен.
– И что стало с Фифи? – добавил Тео, и они снова побежали через зал, где погасли праздничные огни на стенах и потолке, а под ногами хрустело разбитое стекло. – И где Пеннироял?
– О-о-о, за него можно не беспокоиться, – заверила его Рен. – Могу поспорить, это он привел их сюда.
Шкин говорил, что искал покупателя на Жестяную Книгу. Вот и Пеннироял сделал то же самое – выгодно продал свой родной город!
Они прошли через кинозал, где до сих пор стрекотал проектор. В его свете Рен померещился кто-то на винтовой лестнице.
– Синтия! – воскликнул Тео.
Их подруга и товарищ по несчастью бегом ринулась вниз по лестнице в своем праздничном костюме, мягко мерцающем в свете цветных кадров на экране. «Что ей понадобилось там, наверху? Может быть, растерялась с перепугу и, когда все побежали прочь из бального зала, ринулась совсем в другую сторону? – размышляла Рен. – Или миссис Пеннироял послала ее за чем-нибудь; вон у нее блестит что-то в руке!»
– Синтия, – заговорила Рен, – не бойся! Мы с Тео улетаем отсюда и возьмем тебя с собой. Правда, Тео?
– Где она, Рен? – злым голосом спросила Синтия.
– О чем ты? – удивилась Рен.
– О Жестяной Книге, конечно!
Рен никогда не видела у Синтии такого лица – холодного, жестокого и расчетливого, словно оно принадлежало другому человеку.
– Я уже посмотрела в сейфе у Пеннирояла, – продолжала Синтия, – и знаю, что ты взяла ее. С момента твоего появления я подозревала, что ты здесь неспроста! На кого работаешь? На «Тракционштадтсгезельшафт»? Или на африканцев?
– Ни на кого! – обиделась Рен.
– А вот ты работаешь, Синтия Туайт! – сказал Тео. – Ты подослана Зеленой Грозой, так? Ты убила Пловери и остальных и оборвала крепежные тросы Облака-девять!
Синтия рассмеялась:
– А ты не дурак, африканец! – Паясничая, она сделала реверанс. – Позвольте представиться: Агент двадцать восемь из личной разведгруппы Сталкера Фанг. А ведь я была неплоха, правда? Милая глупышка Синтия! Сколько вы все потешались надо мной, вы, и Фифи, и все остальные! Но все это время я служила другой госпоже, той, что Снова Сделает Мир Зеленым!
Синтия медленно вытянула руку в сторону Рен. Блестящая штука, которую она несла, оказалась пистолетом.
Словно чужими руками Рен извлекла Жестяную Книгу из-под блузки и протянула Синтии. Та схватила ее и отступила назад.
– Спасибо тебе, – произнесла она прежним сладким голоском. – Сталкер Фанг будет довольна.
– Это она послала тебя сюда? – растерянно спросила Рен. – Но как ей удалось разузнать…
Синтия засияла от самодовольства:
– О нет! Госпожа думала, книга все еще в Анкоридже. Даже снарядила экспедицию к месту, где, по словам Пеннирояла, затонул город, но там ничего не было. Поэтому меня прислали на борт Облака-девять – следить за мэром на случай, если он знает, что на самом деле случилось с книгой. Я сначала даже не поверила своей удаче, когда услышала, что ты привезла Жестяную Книгу с собой! Сразу же отправила донесение в Нефритовую пагоду, а в ответ получила приказ оставить книгу в сейфе Пеннирояла до прибытия помощи. Она представляет слишком большую ценность и может иметь ключевое значение для нашей победы в войне. Госпожа не желала, чтобы с книги сделали копию или пересылали оригинал по обычным каналам. Сталкер Фанг лично прибудет за ней. Это ее корабль приземлился в парке. – Синтия с умилением посмотрела на Жестяную Книгу. – Она хорошо наградит меня за выполненное задание.
Стрельба в парке прекратилась. Снаружи слышались голоса, выкрикивающие команды на незнакомом Рен языке. Она сделала маленький шаг к Синтии, не забывая о пистолете у нее в руке.
– Синтия, послушай, – проговорила Рен, – теперь Жестяная Книга у тебя. Отпусти нас, пожалуйста, а? Если Зеленая Гроза схватит Тео…
– То казнит его за трусость, – невозмутимо продолжила за нее Синтия. – Я бы и сама сделала это с удовольствием, но уверена, что моя госпожа захочет допросить вас обоих и узнать, насколько вы осведомлены о Жестяной Книге.
– Мы не знаем ничего! – выкрикнул Тео.
– Можешь говорить что угодно, африканец. Посмотрим, что ты скажешь, когда за тебя примутся механические следователи.
– Но, Синтия… – Рен беспомощно покачала головой. Она до сих пор не могла прийти в себя, потрясенная предательством подруги. – Послушай, тебя же, наверное, и зовут по-другому, не Синтия?
У той от удивления округлились глаза:
– С какой стати?
– Ну, у всех шпионов должны быть вымышленные имена!
– Да? А чем мое собственное не годится?
– Нет-нет, я просто…
Огромный, туго набитый чемодан, падая с галереи, ударил Синтию по голове и раскрылся, рассыпав по полу деньги, драгоценности и дорогостоящие по виду изделия олд-тека. Девочка успела только охнуть и, упав, лежала без движения. Пистолет выстрелил, пуля пробила дырку в потолке где-то над головой Рен. Тео схватил Рен в охапку и оттащил в сторону, на случай если за чемоданом последует еще какой-то багаж, но, взглянув вверх, они увидели лишь круглое бледное лицо Нимрода Пеннирояла, выглядывающее через перила.
– Она не двигается? – спросил он тревожно.
Рен сделала шаг и склонилась над Синтией. На волосах девочки была кровь, а когда Рен прикоснулась к ее шее, то пульса не почувствовала (впрочем, она не знала точно, в том ли месте щупает).
– Кажется, мертвая…
Пеннироял поспешил вниз по лестнице.
– Чепуха, от ласкового подзатыльника не умирают! Но если и так, она ведь вражеский лазутчик, не правда ли? Запросто убила бы вас двоих, не будь я таким быстрым на принятие решений! Услышал, как вы беседуете, пока собирал наверху кое-что из вещей. – Он издал довольный смешок, извлекая Жестяную Книгу из пальцев Синтии. – Ну и везучий же я! А уж было расстроился, думал, потерял навсегда! А теперь за дело, помогайте все собирать!
Рен и Тео нехотя повиновались. Пеннироял, очевидно опасаясь, что они могут попытаться ограбить его, поднял пистолет Синтии и не выпускал, держа его в одной руке, а другой запихивая монеты, статуэтки, старинные изделия обратно в чемодан, и потом сел сверху, чтобы защелкнулись замки. Доносящиеся снаружи крики становились громче, так как солдаты Зеленой Грозы, привлеченные звуком выстрела, со всех сторон устремились к бальному залу.
– Ну вот! – подытожил Пеннироял. – А теперь – быстро к ангару! Если поможете мне дотащить это, обещаю, увезу отсюда обоих! Ну, быстрее, торопитесь!
– Вы не можете улететь просто так, – возразила Рен, поспешая за ним по извилистым коридорам, а Тео, тужась изо всех сил, волок сзади чемодан. – А как же ваши граждане, избиратели?
– Ах, они… – пренебрежительно бросил мэр.
– А ваша жена? Ее, может быть, уже взяли в плен…
– Да-да, несчастная Фифи! – Пеннироял распахнул дверь и выпустил их в парк позади Шатра. – Какая потеря! Конечно, мне будет не хватать ее. Но время – лучший лекарь. Так или иначе, я не имею права подставлять собственную шею, чтобы спасти ее. Моя жизнь принадлежит читающей публике, я должен спастись и поведать миру о Брайтонском сражении и моей героической схватке с Зеленой Грозой!
И они поспешили через парк – Пеннироял впереди, Рен и Тео за ним, по очереди волоча огромный чемодан. Грозовики сюда еще не добрались, ничто не двигалось в кипарисовых рощах и на покрытых перголой дорожках. Над изрытым воронками аэродромом Летучих Хорьков поднимался дымок, но ангар с «Чибисом» стоял целехонький. Видимо, артиллеристы Грозы пожалели снарядов на нелепое пузатое сооружение с дурацкими медными плавниками, на которых сейчас мерцали отблески пожаров.
– Я слышу звук работающих двигателей, – насторожился Тео, когда они выбрались из рощи на посадочную площадку перед ангаром. – Смотрите, двери открыты!
– Великий и всемогущий Поскитт! – воскликнул Пеннироял.
Через раздвинутые створки виднелся «Чибис» в полной готовности, а его двигатели гудели, разогреваясь для взлета. В гондоле горел свет, за пультом управления сидел Набиско Шкин. Очевидно, он потерял надежду дождаться Рен и получить от нее Жестяную Книгу, поэтому решил сократить убытки за счет спасения собственной шкуры. Боясь его, девочка остановилась, но Пеннироял, наоборот, прибавил ходу и бегом припустился к яхте.
– Шкин! – закричал он. – Это я, ваш старый друг Пеннироял!
Шкин высунулся из люка в гладком боку гондолы «Чибиса», достал из складок мантии пистолет и дважды выстрелил в мэра. В свете огней яхты кровь восклицательным знаком выплеснулась вверх из головы Пеннирояла. Мэр по инерции сделал неуклюжий кувырок, упал на мотки тросов и затих.
– О боги! – прошептала Рен. С детства слыша истории о Пеннирояле, она воспринимала его как часть своей жизни, как бессмертного сказочного персонажа.
Шкин вышел из гондолы и приблизился к Рен, держа пистолет на изготовку.
– Моя книга у тебя? – спросил он.
– Нет! – сказал Тео, прежде чем Рен успела ответить. – Ее забрали грозовики!
– Что в чемодане? – спросил Шкин, и Тео открыл перед ним крышку. Работорговец улыбнулся своей холодной серой улыбкой. – Ну что ж, с паршивой овцы хоть шерсти клок, а? Закрой чемодан и отдай мне.
Поделиться книгой: