Футуристическое насилие и вычурные костюмы

— Оу. Оу! — Это сделал хренов человек. Зои почувствовала, как у неё закрутило в животе. Внезапно она ощутила, что это опасно, стоять вот так впятером в открытом месте. — Господи.

— Теперь понимаете? — спросил Уилл.

— Не совсем.

— Это угроза. Для нас. Или, точнее, для вас, учитывая, что теперь это ваш грузовик. Она от Молека.

— Опять это имя. Что с этим парнем не так?

Уилл достал телефон и включил видео трансляцию.

— Это с дрона, прямо над нами. Взгляните.

Камера была на высоте птичьего полета. Она показывала чёрный круг кратера от взрыва, и приближалась до тех пора, пока Зои не смогла рассмотреть шесть стоящих фигур. Разбитый грузовик был, как она теперь могла увидеть, частью послания, которое можно было разглядеть только с неба. Грузовик, который они изучали, был закручен в форму большой буквы "Л". Вокруг кратера были разбросаны разные части других разбитых машин, и вместе они составляли одно слово: З О Л О Т О.

Зои сказала:

— Он хочет золото Артура? Так пускай забирает. Скажите Молеку, что он может сам его подобрать или мы его доставим, как ему удобнее. Закиньте его в багажник, отвезём прямо сейчас. Мне плевать.

Уилл покачал головой.

— Это бессмысленно.

— Хочешь сказать, у нас нет золота?

Андре ответил:

— О, я уверен у Артура оно где-то есть. Золото, платина и несколько сотен других штук, за которыми даже он не успевал следить. Если кто-то умудрился бы украсть всё золота Артура, он бы даже не заметил. Может, оно у него где-нибудь в ящике для сигар в подвале.

— Это как будто кто-то похитил вашу семью и потребовал взамен только банку майонеза, — сказал Бадд.

Зои сказала:

— Ладно, и почему у этих людей есть суперсилы? Они используют магию?

— Нет, но реальность не мене тревожная, — ответил Уилл.

— Рассказывай.

— Информация, вроде этой, Мисс Эш, как раз та часть моей работы в качестве председателя Ливингстон Энтерпрайзес. К сожалению, как вы знаете, сейчас у меня нет этой должности,

— Ах. Вот в чём дело. Ты хочешь свою долю.

— Я хочу, чтобы меня не разорвали на части карнавальные уроды Молека. Несмотря на наши различия, в этом мы схожи. И если вы посмотрите на грузовик позади меня, вы поймете, почему я начинаю переживать. Простите, но у нас нет времени на вежливый подход.

— Ах, и это как раз тот момент, когда ты убедишь меня, что ты на самом деле хороший парень.

— Я не хороший парень. Но я на вашей стороне. Не путайте. Вы ненавидите меня, потому что я прямолинеен и не терплю потраченные зря время и слова. Потому что я не хороший. Что ж, многие пытаются быть хорошими как раз потому, что хотят от вас что-либо. Одни из самых гадких змей, которых я встречал, представлялись остальным хорошими. Так что позвольте сказать: если когда-нибудь увидите, что я с вами мил, бегите.

— Прости, что я не гениальный переговорщик, вроде тебя, но мой слабенький женский мозг подсказывает мне: если остальные ребята - монстры, это не значит, что ты не такой же.

— Вы передумаете, как только услышите, что я хочу сказать.

Армандо нервно сканировал кратер и небо, как будто в любой момент здесь могло появиться нечто, что начнёт плеваться в них огнём.

— Зои, теперь я не уверен, что это безопасное место для встречи. Я рассчитывал на пушки, а не на... что бы ни вытворяло подобное.

Уилл сказал:

— Согласен. В Башне Ливингстона отличная комната для встреч. Там есть стены, кресла и алкоголь. Чёрт, да мы проводим вас к крыше, и вы сможете полетать на своём вертолёте.

— Знаешь, где это? — спросила Зои у Армандо.

Он ухмыльнулся.

— Люди на высоте в тысячи километров могут увидеть Башню Ливингстона. Её сложно пропустить.

— Там безопасно?

— Это людное здание, полное вооруженной охраны. Так что, полагаю, вопрос в том, безопасно от чего?

СЕМНАДЦАТАЯ

Башня Ливингстона была самым большим и самым странным зданием, которое Зои когда-либо видела. Конструкция, которую она разглядывала через лобовое стекло седана, была в форме банана, полностью чёрного (хотя Армандо уточнил, что здание может быть любого цвета, а чёрное оно только из-за траура). Из-за изгиба банан чуть наклонялся в сторону улицы под ним, словно на него дул сильный ветер. Во всём это было что-то неясно вульгарное. Точнее, нет. Это как раз было ясно.

Как только они подъехали, Зои спросила Армандо:

— И это моё здание? Оно полностью принадлежит мне?

— И в нём полно ваших работников.

— Странно, — она ведь могла заявиться туда и поувольнять всех. Разрушить их жизни по щелчку пальцев.

Они прибыли к круговой дороге с рядами кружащихся дверей.

— Не останавливайся. Выруливай на дорогу. Уезжаем, — сказала Зои.

— Куда?

— Подальше отсюда. Если они хотят встретиться здесь, нужно ехать куда-нибудь... в противоположном направлении.

Они завернули на углу, и Зои увидела, как два автомобиля, за рулем которых был Уилл и Андре, последовали за ними. Она выискивала какой-нибудь бар, может, какой-нибудь ресторанчик типа Chuck E. Cheese или вроде того. Они проехали массажный салон, трёхэтажный магазин, продающий оружие и очередной фастфуд, название которого ей было незнакомо. Он назывался "Улицы Кореи", и в нём подавали блюда под названием бидадук и манду. Над их окнами волной двигалась надпись "ВЕЧЕРИНКА В ПАМЯТЬ ЛИВИНГСТОНА ЗАВТРА! С ПЯТИ ВЕЧЕРА И ДО ОТКЛЮЧКИ".

Затем она увидела его.

Ветхое, законченное лишь наполовину здание, которое выглядело как сорок этажей спрессованного мусора: брезента, простыней, картона и фанеры.

Зои сказала:

— Фу. Что случилось с этим местом? — Из десятка мест, где должны быть окна, вырывался дым. — Оно горит?

— Люди просто пытаются согреться. И мне кажется, что это место принадлежит вам. Вся эта площадь ваша, если я не ошибаюсь. — ответил Армандо.

— Что с ним случилось? Выглядит так, будто рядом с ним взорвали бомбу.

— Это всё, что успели построить. Тут должны были быть целые жилые дома. Стройка началась лет пять назад, они успели установить бетон, но потом их остановили какие-то проблемы с законом. Спустя время, бездомные начали заселяться и просто... заполнили место. Все называют это Бомжевиль.

— Сворачивай. Здесь мы и встретимся.

Армандо взволнованно взглянул на неё.

—Настоятельно советую этого не делать, по причинам, которые не стоит произносить вслух.

— Мы едем на танке, который выдержит взрыв ракеты, так что, думаю, можно рискнуть оказаться в пятнадцати метрах от бедняков.

Армандо неохотно подчинился, и Зои вспомнила, что у него на самом деле не было выбора. Эта ситуация с начальником/подчиненным ей не нравилась. Машина остановилась на бетоне с прорывающимися сорняками, в тени разбитой постройки. Зои поглядела на неё. Выглядела она постапокалиптично.

Бентли Андре и спортивная машина Уилла остановились за ними.

Армандо кивнул в сторону транспорта Уилла и сказал:

— Это Aston Martin Vanquish. 2023 года выпуска, по-моему.

Зои и Армандо вышли из машины. Зои поглядела наверх и встретилась со взглядами людей на каждом этаже разрушенного здания. Слухи о роскошных машинах с затемнёнными стёклами добрались даже до крыши. У этого места сеть передавала информацию быстрее, чем вайфай. Первый этаж был практически голым, даже каркас незаконченных стен кое-где был вырван, вероятно, сдан в пункты приёма.

Толпа людей собралась между непрочными бетонными колоннами, которые, думала Зои, готовы развалиться с минуты на минуту, но все эти люди собирались вокруг стола, наполненного едой. Если Зои и была знаменита в Табула Ра$а, её слава не достигла этой группы людей: всё, что она получала от них, это раздражённые взгляды людей, готовых напасть на неё, если она вдруг залезет в очередь. Она двинулась к толпе, но почувствовала твёрдую руку на своем плече прежде, чем успела войти внутрь.

— Давайте сохранять дистанцию, — сказал Армандо.

Другие, более осторожные шаги послышались позади. Зои обернулась и увидела, что только Уилл вышел из машины, возможно, чтобы спросить, какого хрена они тут делают. Прежде чем он подошёл к ним, к нему пристал какой-то громадный мужик с тату вместо волос: кучей змей, как у Медузы. Мужчина, кажется, выплюнул целую серию требований и угроз проходящему мимо Уиллу. Уилл, не глядя, достал свой кошелёк из кармана и отдал его мужчине, всё ещё продолжая топать вперёд.

Когда Уилл подошёл к Зои, она спросила:

— Тебя только что ограбили?

— Что мы здесь делаем?

— Я передумала. Встреча пройдёт здесь.

Уилл взглянул на дымящееся здание и раздражённо вздохнул.

— Армандо говорит, оно моё, — сказала Зои.

— Это, — сказал Уилл. — Одна из тысячи головных болей, которая у вас появится, если вы всё же решите остаться в Табула Раса.

На пять этажей выше стоял грязный голый мужчина, прямо за открытой частью стены, и мыл свою мошонку бутылкой с водой. Уилл обернулся и жестом сказал Андре, Бадду и Эко присоединиться к ним. Все трое выглядели недовольными. Рядом ходили рабочие, вытаскивающие контейнеры из грузовиков, после чего доставляющие их к столу.

— Кто все эти люди? — спросила Зои.

— Вы им платите. Вся эта ситуация началась из-за спора с людьми, которые решили построить парковку неподалеку. Суды закончились в их пользу, а это значило, что здание придётся подвинуть на тридцать метров в ту сторону. А для этого следует выгнать всех этих бездомных, но вашему отцу это не очень понравилось. Так что он использовал Ливингстон Фаундейшн, чтобы им варили супы и предоставляли еду трижды в день, ежедневно, до тех пор, пока он тормозил исполнение постановления суда.

Зои смотрела, как грязные люди продолжали собираться перед столом, начинали толпиться. Второй стадией этого процесса была бы "неконтролируемая толпа", а третьей - "восстание". Половину из этих людей составляли дети, большую часть остальных — женщины. Чудовищно толстый мужчина с бородой спорил со стеной. Младенец поднимал куски своего сендвича и скармливал их костлявой собаке. Повсюду были курильщики.

Уилл сказал:

— Видите ту женщину? Ту, с засохшими следами диареи на штанах? Вы можете взять её в поместье и нанять слуг, которые будут за ней ухаживать до конца её дней. Или можете оставить её здесь, чтобы она напилась вусмерть в своих же отходах. Та же ситуация с любым человеком в этом здании. С любым человеком в городе. У вас есть власть над жизнью и смертью. Как вам это чувство?

Зои посмотрела на еду на столе. Насколько она могла заметить, выбор был не очень. Какая-то густая овощная похлёбка, куски хлеба, колбасы и сыра, из которых можно было сделать сендвич. Пластиковые контейнеры с яблоками, которые никто не трогал, пластиковые контейнеры с бананами и апельсинами, которые расходились быстрее. Бутылки с водой, соком и газировкой.

Зои сказала:

— Может, я просто отдам всё поместье. Продам все земли этим людям. Что тогда об этом скажешь?

Уилл приподнял бровь и сказал:

— Потому что вы хороший человек, да? В отличие от меня? Но почему вы решили, что вы хороший человек? Будучи в трейлерном парке, как часто вы думали, что будь у вас деньги, вы накормите всех этих больных детей? Легко сказать, верно? Но потом, когда у вас действительно есть деньги, вы узнаёте о себе кое-что новое. Вы понимаете, что то, что вы считали моралью, на самом деле оказалось беспомощностью. Вы наслаждались комфортом от осознания того, что ваши решения не могут навредить никому за вашими стенами. И тогда, Зои, вы и поймёте жестокую правду, как и любой человек, который поднялся с низов: оказавшись на месте угнетателей, вы ничуть не лучше них. Или даже хуже.

— Боже, ты, наверное, обожаешь слушать свой голос.

— Оглянитесь вокруг. Вы хотите принять финальное решение об этом месте? Скоро это придётся сделать, здание вскоре станет небезоспасным. Так что же случится с семьями, если вы примете решение о сносе? Что случится, если гравитация примет это решение за вас?

Остальные, наконец, подошли, и все собрались в плотную группу, словно это создаст купол, защищающий их от бедности. Пьяный старик тоже решил присоединиться, выкрикивая что-то об их матерях. Армандо спокойно раскрыл пиджак, продемонстрировав мужчине оружие, и он плавно двинулся в другую сторону.

Зои сказала:

— Первое на повестке дня. Уилл Блэкуотер должен за тридцать секунд заставить меня почувствовать себя лучше на счёт отрубленной руки в моём доме.

— О, это была рука Санзенбачера? — спросил Бадд.

Уилл кивнул и сказал:

— Ковальски умудрился забрать её из офиса коронера после аутопсии. Но они вряд ли собирались оставлять её у себя.

— Чья? — спросила Зои.

— Брендона Сандзенбахера. Того психанутого мужика с кукольными головами, прибор которого вы подожгли насмерть. Собирателя душ.

— Кто отрубил ему руку?

Андре сказал:

— Никто. Всё само собой получилось. Вы что, не смотрели новости о своём же пленении?

— А зачем? Я же была там.

Бадд сказал: