Помоги проекту - поделись книгой:
Я нащупал плацами сонную артерию на худой шее Фруас Суара. Пульс частый, дыхание затруднено, температура тела явно повышена...
— Варежка! — я зыркнул на пацанёнка таким взглядом, что тот сразу позабыл обо всех страхах и вылез из своего угла. — Тащи ведро с водой и тряпку.
— А где мне их...
— Где хочешь, — я сразу же оборвал ненужные вопросы и обсуждения. — Найди, роди, укради. Вперёд!
Варежка всхлипнул, но, получив в качестве стимула ещё один не предвещавший ничего хорошего взгляд, помчался выполнять распоряжение. Я же перевернул тощее тело на бок, чтобы старик ненароком не задохнулся из-за запавшего языка или не захлебнулся рвотой, и обратился ко второму малышу:
— Клоп, зови сюда отца. И побыстрее.
— Бегу! — отрапортовал в ответ пацанёнок, рванув в сторону входа в трактир.
Что же, приказы отданы, и теперь пришло время определиться с ближайшими планами. Мне определённо стоило поискать книгу — если Фруас Суар не обманул, то в ней могло быть много новой информации. Не только о синей тьме, которая помогла расправиться с Кебером и легионерами, но и об остальных странностях, происходящих со мной...
Правда, при имеющихся вводных, поиски могли сильно затянуться.
Вполне возможно, слова старика о том, что книгу украли, это не более, чем бред. Кому нужен потрёпанный «учебник» по истории? Вряд ли среди городских воров много людей, увлекающихся этой наукой. Не исключено, что Фруас Суар банально потерял свой монументальный труд, а воспалённое сознание подкорректировало реальность в угоду обострившейся паранойе. И если всё действительно было так, то ситуация становилась очень непростой — как ни старайся, но обыскать целый город вряд ли удастся.
А вот если дедуля не врал, и книгу действительно спёрли, то найти похитителя было вполне реально. Пусть розыск преступников не совсем мой профиль, однако кое-какой опыт в этой сфере тоже имелся. Хотя, конечно, тратить бесценное время на подобные мероприятия не хотелось — особенно, учитывая полное отсутствие реальных зацепок. Ну, не считать же за таковые бред про премерзкого жука и навозных червей.
— Феликс...
Я выпрямился, поправил оружие и взглянул на окликнувшего меня Марка. На его лице застыла странная гримаса — такая, будто он очень не хотел говорить о чём-то, но и промолчать при этом тоже не мог. Никогда раньше не замечал за бравым разведчиком подобной нерешительности.
— Ты собираешься искать книгу этого болтливого безумца? — спросил он.
— Собираюсь, — коротко ответил я.
— Даже если она у тех людей, к которым лезть не стоит?
— Особенно если она у тех людей, к которым лезть не стоит, — хмыкнул я.
— Кто бы сомневался, — поморщившись проворчал разведчик.
Он скривился, словно от боли. Выглядело всё так, будто чувства Марка вступили в противоречие с долгом: эмоции требовали молчать, а вот честь, наоборот, призывала рассказать о чём-то. Лезть в эту «схватку» не имело смысл — нужно было просто немного подождать. На самом деле в глубине души мой товарищ уже всё решил, иначе он бы вообще не стал затевать этот разговор.
Помявшись ещё четверть минуты, Марк наконец произнёс:
— Я знаю, кто забрал у старика его книгу.
Не могу сказать, что я сильно удивился — это было вполне ожидаемо. Немного напрягало другое: что же это за навозный червь и премерзкий жук такой, о котором не хотел говорить даже решительный командир разведчиков?
— Рад, что ты перестал строить из себя робкого новобранца, — усмехнулся я. Нужно было немного подбодрить Марка, и небольшая колкость подходила для этого лучше всего. — И кто же забрал книгу?
— Старик назвал его нищенским королём, — разведчик тяжело вздохнул. — Но обычно здесь говорят «Король нищих»...
Что ещё за очередная «высокопоставленная» особа на мою голову?
— И? — спросил я. — Кто это?
Марк хотело было ответить, но не успел — в разговор вступил трактирщик, которого привёл Клоп и который уже некоторое время стоял у входа в конюшню.
— Повелитель всего дерьма, которое есть в нашем городе, — сообщил здоровяк. — Шлюхи, грабители, контрабандисты — все работают под ним. Он подмял под себя треть города, и если ты решил поиметь его, то лучше не трать время и сам отрежь себе башку тупым ножом. Будет хотя бы не так больно.
Глава 11
Марк кивнул, подтверждая слова трактирщика. Похоже, Король нищих был весьма серьёзным мужчиной, если даже отставной раскаявшийся и бывший легионер относились к нему с некоторой опаской. Что же, недооценивать местного преступного авторитета явно не стоило.
Впрочем, впадать в панику тоже не имело смысла. Там, где Марк и трактирщик видели угрозу, я видел очередную цель — одну из многих, и далеко не самую опасную из тех, с которыми мне доводилось работать.
В том, что Короля придётся валить, я не сомневался. И дело вовсе не в маниакальном желании пролить чужую кровь — нет, это всего лишь вопрос эффективности. Мне нужна книга, но не нужны лишние проблемы, которые наверняка появятся, если оставить влиятельного уголовника в живых. Подобные люди обычно трепетно относятся к собственным вещам и готовы удавиться даже за копейку. А точнее — готовы удавить за копейку других.
Раз «острой» операции не избежать, нужно начинать подготовку. Сбор и анализ информации, разработка основного и запасного плана, выход на местность и отработка действий в условиях, приближенных к боевым... Целый комплекс мероприятий, требующий уйму времени. Времени, которого и так не хватало.
Самонадеянность, подпитываемая фонтанирующим гормонами юным телом, предлагала относиться к Королю нищих не слишком серьёзно — мне ведь приходилось устранять куда более опасных людей. Оперативники, подготовленные в «лучших домах» Азии, Европы и Америки, крупные политики, высокопоставленные военные, главы транснациональных корпораций... Рядом с ними криминальный авторитет, властвующий в приграничном имперском городе, не казался достойной внимания фигурой.
Однако подобные мысли следовало гнать от себя подальше, поскольку они могли привести только к одному — к поражению. Если подойти к делу спустя рукава, то рядовая ликвидация станет для меня последней. Недооценка противника всегда заканчивалась кровавой круговертью — это аксиома, подтверждение которой мне не раз доводилось видеть в прошлой жизни...
В общем, расслабляться нельзя. Особенно когда имеешь дело с уголовниками. Они как дикие звери — свирепы, непредсказуемы и готовы вцепиться в горло любому, кто окажется слишком глуп, чтобы приблизиться на расстояние удара.
— Король очень опасен, — словно в подтверждение моим мыслям сказал Марк. — И он жестоко расправляется со своими врагами. У меня есть сведения, что только за последние полгода по его приказу прикончили семерых...
Для человека с Земли семь трупов — это не самая впечатляющая цифра. Один мой знакомый мексиканский «капос», возглавлявший не очень крупный наркокартель, за ночь мог спокойно прикончить вдовое больше народу. Однако здешняя жизнь и здешние реалии пока что сильно отличались от земных.
Вообще, моё внимание больше привлёк другой момент. Марк, который нечасто бывал в городе, успел обзавестись кое-какой агентурной сетью, и эта сеть успешно сливала ему расклады в преступной среде. Тщательность подхода вызывала уважение — разведчик собирал полезную информацию не только вблизи лагеря, но и всюду, куда мог дотянуться. Как ни крути, а профессионал оставался профессионалом даже на пенсии.
— Семерых? — цыкнул трактирщик. — Ты ошибаешься, ветеран. За это время старая паскуда загубила куда больше народу...
— Никакой ошибки нет, — возразил Марк. — Просто я говорю только о том, в чём уверен. Без домыслов, без предположений и без сплетен, которые рассказывают друг другу горожане.
— Сплетни, говоришь? Седмицу назад какой-то деревенский увалень не заплатил одной из уличных девок. Когда добрые люди подсказали ему, что он ведёт себя неправильно, остолоп только отмахнулся. Когда ему напомнили, под кем ходит обиженная им девка, он показал кулак и ляпнул, что порвёт задницу любому: хоть Королю, хоть самому Императору... Этим же вечером его нашли в канаве рядом со старой крепостной стеной. Догадаешься, куда были засунуты его кулаки?
Марк промолчал. Вопрос явно не требовал ответа.
— За три дня до того, — продолжил трактирщик, — полудурок Марлон залил глаза и спьяну назвал сына Короля ублюдком. Глупые слова слышали всего несколько человек, но уже на следующее утро Марлонову башку нашли на рыночной площади... Башку нашли, а вот Марлонову жопу ищут до сих пор.
Я не спешил встревать в разговор — зачастую самую интересную информацию можно получить, если просто держать уши открытыми. Именно так произошло и на этот раз.
Разумеется, речь шла не об утраченной заднице болтливого алкаша, и не о жестокости уголовников — в ней для меня не было ничего удивительного. Настоящую ценность представляли сведения о том, что у Короля нищих есть сын.
Наличие у цели столь близкого родственника открывало широкие просторы для творчества. Похищение и пытки, шантаж и вымогательство, вербовка или банальный подкуп — для достижения результата годились любые методы, а выбор тактики зависел от взаимоотношений между членами семьи. Иногда детишки так сильно торопились получить родительское наследство, что оставалось только показать им, откуда из пистолета вылетает пуля...
— И таких «сплетен» у меня в избытке, — здоровяк, усмехнувшись, почесал бороду. — Могу до рассвета рассказывать. Десятки разорванных на части тел... Заезжий торговец специями, взявший с собой слишком мало охраны... Смазливая актриска из балагана, которая сказала «нет» там, где надо было орать «да»... Бывший легионер, просравший в кости целый золотой и сдуру взявшийся за меч, когда пришло время отдавать монеты...
Последние слова трактирщика заставили Марка напрячься.
— Спурий разбился, когда упал с лестницы, — нахмурившись произнёс он.
Разведчик сразу понял, о каком легионере шла речь, что в общем-то было неудивительно. Это после моего визита в замок образовалось сразу два трупа, а в остальное время гибель ветеранов наверняка происходила очень нечасто.
— Ага, упал, — хмыкнул здоровяк. — А пока падал, потерял по дороге кишки, глаза, язык и пальцы.
— Ты хочешь сказать, — процедил Марк, — что люди Короля нищих убили ветерана из-за долга?
— Я хочу сказать, что твоих дружков, просиживающих зады в замке, обманули, чтобы они не слишком бузили. Проблемы в городе не нужны никому.
— Мои братья узнают о твоих словах сегодня же!
Голос разведчика звенел сталью, что не сулило Королю нищих ничего хорошего. Однако сейчас было не лучшее время, чтобы затевать месть за товарища, который не сумел договориться с коллекторами.
Трактирщик прав — проблемы в городе никому не нужны, и особенно сильно они не нужны мне. Работа ликвидатора любит тишину.
Мало того что разборки между ветеранами и уголовниками наверняка затруднят наём отряда, так ещё и добраться до Короля нищих станет куда сложнее. Я не сомневался в умениях Марка и ветеранов, но их атака вряд ли бы увенчалась успехом. Импульсивные и жаждущие мести, они могли только разворошить улей и разозлить пчёл... Эмоции — плохой советчик, когда речь идёт об устранении опасного противника.
Поэтому, как это ни парадоксально, сейчас мне было выгоднее защитить Короля нищих от гнева бывших легионеров.
— Твои братья ничего не узнают, — спокойно произнёс я. — По крайней мере, не сегодня.
— Почему ты так решил? — Марк, который судя по лицу уже предвкушал грядущую битву, посмотрел на меня с недоумением.
— Потому что ты им ничего не расскажешь.
Во взгляде разведчика читалась неприкрытая угроза и злость. Не удивительно, ведь у него имелись вполне понятные причины для таких чувств.
Марку пришлось не только смириться с кончиной Красного и Спицы, но и продолжить сотрудничество со мной, их убийцей. Для человека, чтущего боевое братство, это было весьма непростое решение. В такой ситуации весть о расправе над незнакомым мне Спурием стала последней каплей — закрыть глаза на убийство ещё одного сослуживца разведчик уже не мог.
Марку хотелось ощутить простоту боя, когда хорошо понятно, где друг, а где враг. Он надеялся забыть о сомнениях, бросившись в атаку с шашкой наголо... Жаль, конечно, но пока время для подобных мероприятий ещё не пришло.
— С чего ты взял, что не расскажу? — прищурившись спросил разведчик.
— С того, что ты вроде не сильно похож на идиота, — криво усмехнувшись произнёс я. — В тебе кипят эмоции, но пройдёт немного времени, и ты поймёшь, что атаковать Короля сейчас — это чистой воды самоубийство. Сколько ветеранов сможет пойти с тобой, учитывая, что граф вернулся? Пять человек? Десять? Ты один стоишь сотни, но даже этого будет мало... Вас просто убьют, трупы изуродуют и живописно раскидают по городу, а у горожан появится повод для новых сплетен.
Сейчас мой товарищ застыл на той грани, за которой нередко следовали необдуманные поступки, поэтому играть с ним словами, хитрить и манипулировать не только не имело смысла, но и было попросту опасно. Максимальная честность — вот единственный способ образумить Марка.
Грубая прямота, приправленная капелькой лести, не могла не подействовать на разведчика. Пусть сейчас его обуревали эмоции, но профессионал способен взять чувства под контроль, услышав голос разума. А Марк, безо всяких сомнений, был профессионалом.
— И что ты предлагаешь? — скривился разведчик. Его ноздри всё ещё раздувались от гнева, но взгляд слегка прояснился. — Оставить Спурия неотомщённым?
— Вряд ли твоему покойному товарищу станет легче, если ты к нему присоединишься.
— Погибнуть в бою — честь для легионера.
— Возможно, — согласился я. — А сдохнуть, не добившись цели — это глупость. И у тебя нет на неё права, ведь ты уже не простой солдат — теперь от тебя зависит вся твоя центурия.
Напоминание о долге стало той соломинкой, которая переломила хребет верблюду. Разведчик скривил губы в подобие улыбки. В глубине души он признал мою правоту, однако сказать об этом вслух было выше его сил.
— Не дури, ветеран, — произнёс вдруг трактирщик. — Гнилой паскудник сидит под древними сводами. Сидит давно и крепко. Чтобы вытащит гниду из его норы, понадобится целое войско.
Я не знал, о каких «древних сводах» говорил здоровяк, но, видимо, речь шла о неких старых укреплениях. И это, с одной стороны, здорово всё усложняло, а с другой только подтверждало верность моих слов. Бездумно переть на Короля в лоб было совершено бесперспективным занятием — нужно действовать иначе: осторожно, обдуманно и наверняка. Увлекательные осады и отчаянные штурмы придётся оставить на другой раз...
А вообще, ситуация начинала раздражать уже меня самого. Вместо того чтобы действовать, я был вынужден заниматься какой-то ерундой. Сперва пришлось обламывать малолетнего вампира, затем общаться с безумным стариком, который даже не понимал, с кем разговаривает, а в итоге успокаивать разошедшегося разведчика.
Вот они минусы работы в коллективе — именно из-за них в прошлой жизни я предпочитал действовать в одиночку и очень не любил, когда в операциях участвовали сразу несколько оперативников. В памяти на мгновение всплыли не самые приятные воспоминания — Центральная Африка, жара, влажность, змеи и мой отряд, бредущий через джунгли...
Я поморщился — ненавижу зависеть от других, а ещё больше ненавижу за других отвечать. Однако командир, в отличие от подчинённых, не имеет права на эмоции. Поэтому я погасил раздражение усилием воли и негромко произнёс:
— Я не предлагаю тебе забыть о мести, но хочу сделать всё правильно. А для этого требуется время. Дай мне его, и получишь то, что тебе нужно.
Марк кивнул. Из его взгляда ушла злость, но зато появился холодный, расчётливый огонёк. Таким разведчик нравился мне гораздо больше.
— Когда? — единственное, что спросил он.
— Скоро, — лаконично ответил я.
Не то чтобы я не доверял трактирщику или опасался того, что Клоп или Варежка расскажут о моих планах людям Короля, но осторожность и конспирация уже давно вошли в привычку. Не нужно болтать лишнего, когда находящиеся рядом люди ловят каждое твоё слово. Да и не о чем пока было говорить — слишком уж мало я знал о цели, чтобы строить планы. Это стоило исправить как можно быстрее, но сначала требовалось закончить другие дела.
Первый на очереди — Фруас Суар. Я подхватил старика подмышки и оттащил в сторону, положив тощее тело на жидкую кучу соломы. Здесь ему будет куда лучше, чем на голой земле. Можно было, конечно, занести дедулю в трактир, но тамошний спёртый воздух вряд ли пошёл бы ему на пользу.
Стянув с безумца плащ, я заметил на его подкладке какую-то странную вышивку. Грубые стежки складывались в непонятный и несимметричный узор, отдалённо похожий на изображение корявенькой электрической схемы. Что это? «Лейбл» производителя или такое неказистое украшение?
Не знаю почему, но вышивка напомнила мне, как солдаты в армии подписывали все свои вещи — от тапочек до фуражки. Делалось это не только для того, чтобы не спутать собственные пожитки с чужими, но и чтобы снизить риск кражи. Правда, если бывший владелец плаща руководствовался теми же мотивами, когда наносил этот узор, то его задумка не увенчалась успехом — Фруас Суар стащил одёжку, и наличие вышивки его не остановило.
Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Тем более Варежка наконец притащил тряпку и ведро с водой.
Я скатал плащ в рулон и сунул получившуюся «подушку» под голову старика. Распрямить его сведённые судорогой конечности оказалось весьма непросто, но это нужно было сделать, чтобы улучшить кровоток. Затем повернуть голову набок, чтобы не задохнулся, положить на лоб смоченный водой компресс, чтобы сбить жар, и... И всё. Чем ещё можно было помочь страдальцу я, к сожалению, не знал.
— Клоп! — гаркнул я, закончив со стариком. Теперь настало время заняться воспитанием личного состава.
Пацанёнок, который жался к отцу, стараясь лишний раз не отсвечивать, вздрогнул.
— Чего? — настороженно спросил он.
— Как чего? Думаешь, Заноза сама себя распряжёт, а телега сама по себе разберётся?
— Нет... — поморщился мальчуган.
— Тогда чего замер? Вперёд!
Клоп пару раз тяжело вздохнул и поплёлся к лошади. Он рассчитывал, что происшествие со стариком освободит его от не самого интересного занятия и надеялся погреть уши, но не угадал. Пусть привыкает — на службе часто (если не сказать — всегда) приходится заниматься совсем не тем, чем хотелось бы.
— Варежка!
Избавившийся от ведра мальчуган замер. Он осторожно, по шажочку, шёл мимо меня к выходу из конюшни, намереваясь покинуть нашу славную компанию. Однако мой окрик разрушил этот блестящий план.
— Куда собрался? — ласково спросил я, крепко ухватив хитреца за рукав.
— А-а-а? — Варежка сделал круглые глаза. — Так, это, меня ж мамка ждёт... Лихорадка у неё сильная... Говорят, отходит она...
Поделиться книгой: