Котёнок на тропе войны

И снова дохлым червячком противные мысли сверлят мою больную голову. Зачем я здесь? Для чего? Мир спасать?

Чушь! Спасение мира — вещь бесполезная и опасная. Опасная для себя и для окружающих.

Спасать СССР? А от чего его спасать? От распада? Распад любой империи неизбежен. Сначала, конечно империи развиваются и укрупняются… А потом… При достижении критической массы… Буу-ум! Взрыв. Революция, война или что ещё там? Глядишь… И нет империи.

Сколько их было, империй-то? Римская, Византийская, Османская, империя майя и инков… Где они все?

Итальянцы — жалкое подобие гордых римлян. На месте Византии муллы поют молебны совсем другому богу. Османы с турками уже не сотрясают мир своими набегами, а заглядывают в рот европейским либерастам. В какой заднице сейчас инки и майя, я промолчу.

Точно также в огненной геенне Первой мировой войны исчезли Австро-Венгерская, Германская и Российская империи. Австрияки и венгры — уже давно ничего не решают. Немцы уже покаялись во всех грехах и не претендуют на мировое господство.

Российская империя, правда, устояла на ногах, но слегка так сказать… перестроилась. Потеряв несколько крупных кусков в виде Польши и Финляндии, превратилась в СССР. Правда СССР тоже позднее стал империей. Снова забрал к себе часть Польши и Финляндии. Вернул Прибалтику. Отщипнул приличный кусок Средней Азии. А у Германии подрезал кусок Пруссии в виде Кёнигсберга. Потом, снова в 90-х Советская империя распалась, и при этом потеряла Прибалтику, Среднюю Азию, почти весь Кавказ, Украину и Беларусь… Осталась одна Российская Федерация. Но вот проходит какое-то время… И снова Беларусь с нами. Правда, автономно, но с нами. Ну а после как всегда: Кусочек там, кусочек сям. Два кусочка у Грузии, кусочек у Молдавии, и у Украины тоже есть чего отщипнуть. Не считая, конечно Крыма, который Никитка с барского плеча ни с того, ни с сего оторвал у РСФСР и насильно приклеил к УССР. Вот в две тысячи четырнадцатом его обратно вернули и ладно.

А… вот ещё вспомнил. Была такая великая империя, которой правил беспощадный и могучий Чингисхан. Ау-у! Где та империя? Осталась лишь Монголия. Самая независимая страна в мире. Потому что в современном мире от Монголии, ну совсем ничего не зависит.

Британская империя пока ещё трепыхается помаленьку. Строит свои козни. Как правильно говаривал наш знаменитый генералиссимус… Нет, не тот, что с усами, а Александр Васильевич Суворов-Рымникский. Так вот. Говорят, что он однажды сказал про мерзких наглов: «Англичанка гадит». И мало что изменилось с тех пор. Гадила, гадит и будет гадить. Такая уж натура у этих англосаксов, будь они неладны. Но и они тоже свою империю мягко так сказать профукали. Империя, над которой никогда не заходит солнце. Три ха-ха. Что осталось в двадцать первом веке у бриттов? Видимость одна, да и только. Ладно. Я чего-то увлёкся…

Иду себе… Иду…

Глава 7

Со стороны я выгляжу, наверное, странно. Рюкзак за спиной, набитый, круглый как колобок. Из рюкзака торчит рукоятка топора. В руке авоська с котелком. А уже в котелке насыпана картошка с луком. Рюкзак тяжёлый. Давит на плечи. Даже можно сказать — режет. Да… Производители советских рюкзаков в последнюю очередь думали об удобстве их ношения. А может, и вообще не думали. С каждым шагом тяжёлый рюкзак становится всё тяжелее. А плечи режет всё сильнее. Зато не замёрз пока, несмотря на середину апреля. Ещё довольно холодно. К вечеру, так и вообще… Нет. Мне-то сейчас тепло. Даже жарковато порой. Попробуйте потаскать рюкзак весом почти в половину собственного веса. Лучшее средство, чтобы согреться. Но свежий ветерок в лицо, напоминает, что когда я дойду до нужного места потный и разгорячённый, то через некоторое время замёрзну. И простуда мне обеспечена на все сто.

Прикидываю про себя. Военных я видел примерно минут за пятнадцать-двадцать до Шуи. При средней скорости машины в 50–60 километров в час, получается примерно километров пятнадцать-двадцать. Скорость пешехода пять километров в час. Но это скорость взрослого пешехода налегке, а я ниже ростом, и значит шаг у меня короче. К тому же тяжёлый груз скорости движения не прибавляет, а как раз наоборот. Получается, что идти мне примерно часов шесть… Или больше. Вышел я из города около полвосьмого. Если идти шесть часов, то на месте я буду… Я буду… Короче сдохну по пути от голода и холода. И что мне делать в два часа ночи на дороге, и как искать то, что мне нужно? В два часа ночи…

Придётся искать любой ночлег примерно через пару часов пути. Иначе потом в полной темноте придётся ночевать в сугробе, как дикий медведь. Загвоздка лишь в том, что и сугробов нет, и я не медведь.

Дорога пустынна. Два раза проезжали грузовики. Один навстречу, гражданский. А один попутный, военный. И это ещё раз подтверждает теорию о нахождении где-то впереди воинской части. Вспоминая советские времена, много военных подразделений находилось в лесах. Подальше от глаз. А может и из-за соблюдения секретности. Но какой к чёрту секретности? Все местные жители прекрасно знали расположение секретных ракетных шахт и радаров. Хотя бы потому, что нарывались в лесу, собирая грибы на таблички типа: Запретная зона. Проход запрещён.

Ну а местные девушки низкой моральной ориентации, а может и просто в поисках потенциальных мужей из числа военнослужащих, тоже знали, как проникнуть за забор военной части. Где бы эта часть не располагалась. Хоть в лесу, хоть в пустыне.

Так что расположение военных и их секретных железяк в Советском союзе было для всех тайной Полишинеля. В том числе и для наших западных партнёров, как бывало говаривал Президент России из будущего. Может быть и были где-то супер-пупер секретные бункеры. Но их процент ничтожно мал.

— Инга! Ты где?

— Я сплю.

— Слушай, а разве ты не всё время со мной?

— Всё. Но когда я сплю, всё что ты делаешь… как во сне. А когда ты спишь… Я не знаю. Наверно. Я тоже сплю. Но без сновидений.

— А мои сны?

— Тебе снятся сны?

— Странно… Не помню. Чтобы снились. Нет. Наяву я иногда вспоминаю своё будущее… Но это… Не сон.

— Это я вижу. Иногда бывают странные вещи, которые я не понимаю. Но спрашивать о них не хочу. Раз ты всё знаешь. То мне-то зачем заморачиваться.

— Выходит, что ты лентяйка. Тебе даже лень, узнавать для себя что-то новое.

— Агась… Лень. Бесполезное знание. Ты же всё это знаешь. А это значит, что когда будет надо, и я буду всё это знать.

— Ясно. А если я буду спать, мы сможем идти дальше?

— Не знаю. Ты всё время главный. Я уже и не пытаюсь управлять телом. Можно попробовать. Спи!

— Прямо так? По команде? Я так не умею. Ладно. Пошли дальше! Если я устану, то попробуем, если получится…

Было совсем темно, когда я заметил перекрёсток. Нет. Не такой как в будущем, со светофором и знаками. Дорога и до этого напоминала заброшенную. Асфальт лежал с заплатками. Присутствовали и ямки, и щели в асфальте. Но и перекрёстка как такового не было. Просто влево от дороги уходил небольшой асфальтовый язычок, который метров через пять превращался в банальную грунтовку. Причём переход от плохого асфальта до грунтовки венчала большая лужа. Какой-то, указатель на перекрёстке когда-то был. Но сейчас лишь торчали ржавые металлические столбики, а знака не было. Что это было? Скорее всего, указатель на какую-то деревню. А может быть просто плакат типа «Слава КПСС». Сейчас неизвестно. Но мне это показалось, как перст указующий. Сворачиваю. Тщательно огибая лужу, топаю по грунтовке. Пол-луны в небе помогают не терять дорогу в темноте. Небо чистое. Тишина звонкая.

Иду себе, иду…

Ещё минут через десять вдали показались огоньки. Сравнивать с той иллюминацией, которую излучают в пространство населённые пункты будущего, не приходится. Просто несколько окошек светились впереди тусклым светом, и лишь кромешная ночь вокруг позволяла их узреть издалека.

Теперь надо бы прикинуть, что делать… Тупо стучаться в двери дома? Вызывает подозрение. Кто? Откуда? Зачем? Могут и не пустить. Кто их знает этих деревенских? Тогда что? Залезть в сарай, где животные и сено? Ну, во-первых собаки раньше на меня хай поднимут. То есть не хай, а лай. Разница невелика. Да и вряд ли в захудалой деревушке найдётся живность в виде крупного рогатого скота. Нынче это вроде в колхозах централизовано. Эх, зря я не интересовался подробностями организации сельского хозяйства.

А деревенька была всё ближе. Но я увидел не деревню. Деревня была где-то подальше, а сразу по курсу моего движения в ночной темноте при свете луны возвышалась чёрной глыбой церковь… Нет. Останки церкви… Руины… Но величественные руины… Высоко в небо устремлялась колокольня. Мне не было видно, венчает ли крест это сооружение. Скорее всего нет. Раз всё в руинах, то и кресты снесли. Это в будущем станут реконструировать полуразрушенные и заброшенные церковные приходы и монастыри. Это нормально. Ненормально, когда на месте бассейна «Москва» построили типа Храм Христа Спасителя. Ну не лежит у меня душа называть этот новодел, украшенный грузином Церетели храмом. Нет в нём святости. Не чувствуется намоленность места. Однажды я был в Сербии. Уже после войны начала двухтысячных годов. И там, в маленьком городке была свадьба. Храм был неказист и обшарпан. Видно было, что война его не пощадила. Но, когда внутри состоялось таинство венчания, то в воздухе чувствовалась такая благодать, что искренность тех, кто повторял за молодым батюшкой слова молитвы, была запредельная. Там в каждом тусклом лике на иконах был Бог. А в новопостроенном храме в Москве, я его не почувствовал. Может я и ошибаюсь. Но кто же знает, как на самом деле всё. Оставим это тем, кто решает, там наверху. Там, это гораздо выше церковных крестов и кремлёвских звёзд. Где-то там есть то, что забросило меня зачем-то сюда. Не спросив моего мнения даже на это. А я что? А я не против. Я даже рад, что я здесь. И теперь мне надо здесь всего лишь найти ночлег.

В деревню я не пошёл. Внутри толстых кирпичных стен полуразрушенной колокольни, я нашёл уютный уголок. Я неприхотлив. Есть крыша над головой, ну и ладно. Скинув рюкзак, я начал вынимать из него всё на расстеленную газету. Первым делом нащупал свечки. Зажёг одну, поставив чуть в стороне. Мне стало светлее. А если кто в деревне увидит огонёк в разрушенной колокольне, то вряд ли на ночь глядя попрётся сюда узнавать, что тут. Скорее спишет всё на мистику. Наш народ суеверен до мозга костей.

При свете свечи, я достал одежду и стал утепляться. Пригодились и колготки, купленные в Детском мире, и свитер подаренный Ириной. Одевшись потеплее, я сделал себе бутерброд с сыром и колбасой. Схомячил с удовольствием. Запил всё минералкой, и улёгся, положив голову на похудевший рюкзак. То, что я лежал на выровненной куче битого кирпича, меня не особо напрягало. Свечку я задул. Укладывался уже в полной темноте. Я устал. Меня просто вырубило. Заснул я сразу. Провалившись в темноту, я уплыл в чёрную глубину без всяких сновидений.

— Доброе утро!

— А… Что? — я подскочил озираясь. Вокруг было уже не темно. Слабый утренний свет проникал сквозь проломы в стенах.

— Проснулся?

— Это ты Инга?

— Ну а кто же ещё. Я просто проснулась раньше. Увидела, что светает уже. Почувствовала, что тебя нет и испугалась. Потом поняла, что ты спишь. Но я тоже всё чувствую. Стало холодно. Я разбудила тебя.

— Ясно. — я встал, потянулся и стал разминать затёкшее тело.

Надо бы оглядеться. Ночью я не видел что находится вокруг. В лёгкой туманной дымке я увидел деревенские дома, с другой стороны было старое кладбище. Ещё какие-то полуразрушенные постройки из красного кирпича. Да. Делать здесь было особенно нечего. Я наскоро позавтракал бутербродами, допил остаток минералки из первой бутылки. Собрав всё своё, я вновь закинул рюкзак за плечи. Даже котелок с картошкой умудрился упаковать в рюкзак. Груз за спиной стал тяжелее, зато руки свободны…

Утренний туалет, я оставил на потом. Ну не в церкви же это делать. Нехорошо. Ближайший лесок удовлетворил мои естественные надобности. И вновь возник вопрос: Куда дальше?

Глава 8

Что за фигня постоянная творится? С тех пор как я провалился сюда, в этот мир, всё время нахожусь на каком-то виртуальном перекрёстке. Всё как в далёкой древности. Направо пойдёшь, коня потеряешь, налево пойдёшь… Ну и так далее по тексту… Правда в тех сказках у главного героя всегда находился верный друг. Серый волк, Конёк-горбунок, Кот в сапогах… Кто там ещё? А… Не важно.

А у нас с Ингой нет никого. Всё сами. А сами мы пока не с усами… Так что же делать дальше? Искать воинскую часть, чтобы… Чтобы что? Чтобы обзавестись оружием. Как? На месте разберёмся. А дальше? А дальше пока туман…

Но… Сначала надо заземлиться. Найти какое-нибудь убежище. Там где тепло и сухо. Там, где можно оставлять свои вещи. Там…

Выйдя снова на дорогу, осмотрелся. Трудно ориентироваться без карты. А карты нет… Вдали по дороге показалась машина. Грузовая. На всякий случай отошёл в придорожные кусты. Проехала мимо. Иду дальше…

Ещё через полчаса снова машина. На этот раз военная. Едет из города. Пойду туда же. Машина скрылась за поворотом. Но я не отчаивался. Если что по следам найду куда свернула. Минут через пятнадцать-двадцать обнаружился съезд с асфальта на грунтовку налево. Отчётливые следы показывали, что именно туда свернула недавно проехавшая машина. И я сворачиваю туда же.

На этот раз иду долго. Уже совсем светло. Грунтовка вихляет через лес. Смешанный лес уже очнулся после зимы. И хотя большинство деревьев ещё стоят голые, но ели и сосны вечнозелёным цветом делали лес более живым. Не знаю, что меня подвигло на это, но я почему-то свернул в лес, и по едва заметной тропинке пошагал сам не понимая, куда и зачем. Тропинка иногда исчезала. И тогда мне приходилось продираться сквозь редкие кусты. А потом среди стволов деревьев снова появлялась малозаметная тропка. И снова ненадолго…

Что привлекло моё внимание? Сам не знаю. Может моё военное прошлое. Иногда в зелёнке трудно найти лёжку вражеского снайпера. И тогда приходится подмечать мелкие детали и несоответствия, которые выдают такие места. Куча поломанных ветвей собранных кем-то. Зачем? Возвышение на ровной полянке. Почему?

Вот так и привлёк мой взгляд странный завал возле корней старого дерева. Судя по пожухшей листве, дуб. Такое ощущение, что стоит этот дуб на этом месте лет сто, а может и двести. А вот завал явно не так давно появился. Не в этом году. Но…

Аккуратно, чтобы не оставлять лишних следов по дуге, подхожу к завалу. Неопытному наблюдателю со стороны вряд ли будет заметно, что завал рукотворный. Но мне в этом хаотичном нагромождении мелких и крупных веток была видна какая-то система. Сначала сдвигаю одну крупную лесину в сторону. А она поднимает вслед за собой несколько других, положенных поперёк. И вот передо мной уже новая загадочная часть завала — едва просматривающийся прямоугольник из веток… В природе мало прямых линий. А значит… Поддеваю за край и тяну наверх. Щит или люк из крепких досок. Сверху дёрн… А веточки к деревяшкам через дёрн… прикреплены… Посмотрел внимательно. Прибиты гвоздями. Это что за партизаны тут такое наворотили? Не важно…

Под открытым люком лежала ещё одна палка, более менее ровная и оструганная. Не долго раздумывая, подставляю под крышку люка. Теперь вход открыт. Достаю из рюкзака фонарик. Зажигаю и вперёд.

Землянку копали профессионалы. Внутри всё было сделано как «на века». Из мелких брёвнышек надёжный потолок. А подпирали его брёвнышки покрупнее. После узкого входа поворот влево. А там более широкое помещение. Землянка была невысокая, но мне в самый раз. Размер примерно два на два метра и полтора в высоту. Скамейка, она же лежанка из оструганных досок. Небольшой столик. Тоже деревянный. Что-то типа ящика приспособленного под табурет. В углу пустые бутылки из-под водки. Консервная банка на столе. А… Это пепельница. А на столе вырезаны буквы ДМБ-69.

Всё стало ясно. Солдатики сделали себе берлогу, чтобы вдали от командиров водку пьянствовать и беспорядки нарушать…

Под столом… О, чудо… Сапёрная лопатка прислонена к ножке стола. Не складная, как у десантников, а обычная пехотная. Малая сапёрная лопатка. Так она кажется по науке называется. Но мне и так сойдёт.

Так… Надо поискать дембельские нычки. Не может быть, что нет таких. Прошёлся вдоль стен. Есть… Стенки из досок. Но доски вставленные за опорные брёвна, всего лишь были наложены одна на другую… Не спеша разбираю. Ниша ближе к полу. Там что-то есть… Свёрток из клеёнки. Нет не клеёнка. Это так называемый ОЗК. Костюм химзащиты. Мягкий на ощупь. Что внутри? Одежда. Разворачиваю чуть влажную на ощупь ткань. Форма рядового. Пилотка. Сапоги. Портянки. Форма старая ношенная. Зачем? Возможно, что здесь солдатик переодевался в гражданку, чтобы бегать в город в самоволку. А что? Удобно. Выбрался из части. Переоделся. И по девкам. Ну или по каким-то своим «очень важным» делам.

Но почему форма сейчас здесь, а гражданской одежды нет? Ведь было видно по люку, что в землянку никто не приходил как минимум с осени прошлого года. И надпись на столе подтверждала, что дембельнулся хозяин землянки в том году. Даже самый поздний дембель уходит из части под Новый год. А сейчас уже апрель семидесятого. Уже следующий весенний призыв собирается увольняться. Может новый хозяин оставил. И что? Он ушёл в самоволку и не вернулся? Полгода как не вернулся? Тогда уж это дезертирством попахивает. Непонятно… Но пока меня это устраивает. Кладу всё на место. Вставляю доски на место. Исследую другие стены. Система с досками такая же, но тайных ниш нет. Пробовал прощупать более мелкие тайники. Потыкал ножом, но нет… Везде плотная слежавшаяся земля. Не раздумывая долго, беру лопатку и копаю новую нишу, размером со свой рюкзак. Земля вполне сухая. Копается легко. Один раз нарвался на корень. Но перерубил его топориком. Хотя рубить топором в узком месте не совсем удобно.

Землю аккуратно разбросал по полу и растоптал. Примерил рюкзак. Входит нормально. Закрыл досками. Нормально. Как так и было. Снова достал рюкзак. Выложил из него всю еду, оставив лишь одежду. Свои документы, завернув в кусок газеты, сунул на дно рюкзака. Свечи, спички, кухонный нож и посуду, пока сложил на стол. Как-то надо решать проблему горячего питания. Жечь костёр? Привлекать к себе внимание что-то не хочется. Может снова посетить город? Можно. Но не часто. А на холодной пище долго не протянешь. Хоть иногда надо и горяченького хлебнуть. Чая или бульончика. Ну да ладно. Теперь, когда есть место для ночлега, надо бы и окрестности осмотреть повнимательнее.

Мне нужна новая одежда. В той, что у меня удобно ходить в городе. А по лесам да по деревням нужно мимикрировать под местный антураж. Да и удобнее так будет. Телогрейка нынче в моде. В ней до лета ходят, а иногда и летом под вечер надевают. И где такую взять? Чтобы ещё под мой размер подошёл. Так как я ещё мелкая для взрослых размеров. А ходить, как беспризорник в телогрейке до пола — не комильфо. Ботинки — норма. Ещё походят. Кеды оставлю на лето. Штаны какие попроще. Типа «техасов». Видел такие. По популярности не как джинсы, но что-то типа этого. Надо сделать набег на магазин. Но в местном магазине может такого и не быть. Может в Иваново наведаться? Подумаем на эту тему, но позже. А сегодня ищем воинскую часть.

Военные расположились на другом берегу. Мостик был простой как всё вокруг. Бетонные плиты, положенные на бетонные быки. Явно военные строители тут потрудились. Сделано крепко и неказисто. Мостик никто не охранял. Но после моста я всё-таки снова скрылся в лесу. И так вот лесом-лесом стал двигаться в выбранном направлении. Идти пришлось долго и с опаской. Дело в том, что почти все тропинки были заминированы отходам человеческой жизнедеятельности. Причём разной степени древности. Такое ощущение, что солдатики не любят делать это на территории части, а как выйдут за забор, так сразу их и пробивает. Видимо на свободе облегчаться приятнее, чем в воинском сортире.

Ладно. Это всё детали. А мне надо понаблюдать за военными. Где живут, куда ходят, когда ходят, где прячут свои стреляющие железяки? Да. Это самое главное. Где железяки?

Главные ворота со звёздами и КПП меня не заинтересовали. Вряд ли я буду заходить через ворота. Заборы бетонные. Из отдельных плит. Гуляю по лесу, огибаю военную часть по часовой стрелке. Забор, забор, забор… Через пару километров… на глазок… снова ворота. Тоже с КПП, но уже не такой парадный вид, что у тех, первых ворот. Но дорога от них тоже наезжена. Исследую это направление. Дорога приводит к деревне. Но деревня не совсем деревня. На ближайшей окраине стоит пятиэтажный дом на два подъезда. Около дома детская площадка. Столбы с натянутыми верёвками. А на них сушатся явно военные шмотки… Всё ясно. Типа дом для офицерского состава. А уж подальше видны и деревенские дома. Возможно, тоже имеют какое-то отношение к военным. Может прапорщик какой и в своём отдельном доме проживает. А может и командир полка свой особняк имеет. Хотя прапорщик в деревенском доме — это ещё допустимо. А особняк комполка — это не из этого времени. Хотя как знать…

Возвращаюсь обратно. Дальше вдоль забора не пошёл. Там открытое место, какое-то поле и вдали за ним река. Потом осмотрю забор с права от главного КПП. А пока… Ищу дерево, с которого можно будет заглянуть за забор части, особо не светясь самому. Но деревья пока ещё голые. А лезть на ёлку — я вас умоляю. Какой дурак на такое способен. Потом смолу не отмоешь ни спиртом, ни скипидаром.

Оставим это на потом. До весны. Почки на ветвях деревьев уже набухли. А это значит, что и зелёных листьев ждать не очень долго осталось. В зелёнке воевать мне будет комфортней. В зелёнке меня никто не заметит.

Главное, что я теперь знаю, что и как буду делать дальше. А пока надо бы озаботиться сменой своего гардероба. Но это уже не сегодня. В лесу темнеет рано. Я вернулся в землянку. Закрыл вход, зажёг свечку. В моём новом временном жилище стало даже как-то поуютнее. Доев остатки колбасы и сыра в виде бутербродов, запил всё минеральной водой. Оставив полбутылки на утро, заткнул пробкой. Завалившись на деревянной лежанке, попытался заснуть. Не спалось. Задумался…

А какое сегодня число? Стал прикидывать что и когда я делал за последние дни. Оказалось. Что сегодня воскресенье 12-апреля. День космонавтики. Жаль, что Гагарин погиб в 1968-м году. Если бы мог, я бы его спас. Если бы мог…

Значит завтра 13-е. Понедельник. Это хорошо. Значит завтра с утра пораньше самое время съездить в губернский, ну то есть в областной центр — город Иваново за покупками.

С этими мыслями я заснул.

Разбудила меня как всегда Инга. В лесу еле-еле только светало. Наскоро позавтракав бутербродом с плавленым сырком, запив остатком минерального пойла. Уже надоела мне эта минералка. Хочу чего-нибудь послаще. Лимонад, например, или сок.

Убрав всё лишнее в стенную нишу, откопанную накануне и взяв с собой только деньги, я налегке двинул в сторону города. Две авоськи в кармане не в счёт. Это не груз, а тара под предполагаемые покупки.

Вышел на дорогу. Иду себе, иду… Как надоело мне это? Пора бы обзаводиться колёсами.

Глава 9

До города я добрался примерно часа за полтора. Налегке идти было куда сподручнее, чем в виде гружёного верблюда с рюкзаком. На окраине спросил у первой встречной старушки как доехать до Иваново. Она мне посоветовала на автобусе и указала направление. Ещё немного времени и я на вокзальной площади. Тут сразу и железнодорожный вокзал, и автостанция. В отличие от вокзала из красного кирпича, автостанция была деревянной.

В кассе я приобрёл билет, отдав сорок копеек. Но сидячего места мне не досталось. Было много пассажиров в возрасте. Но я и не претендовал на жёсткое сиденье в скрипучем ПАЗике. Пахло в салоне бензиновым выхлопом и потом. Хотя меня никогда раньше не укачивало в транспорте, но сейчас я еле доехал до Иваново, весь зелёный. Слава богу, ехать пришлось не слишком долго. Меньше часа. Автобус причалил на Вокзальной площади. Ну да. Так наверное удобнее. С автобуса многие пассажиры сразу же потянулись на железнодорожный вокзал, видимо в желании ехать куда-то дальше. Ну а я, разминая ноги, пошёл осматривать окрестности вокзала. В привокзальном газетном киоске я стал рассматривать ассортимент. Кроме центральных газет типа Правды или Известий, была и местная периодика. Но меня больше заинтересовали карты. Нет. Не игральные. Была карта, нет скорее план-схема города Иваново. И был… О, чудо… Атлас автодорог СССР 1967 года выпуска. Ещё свежий… беру. И то, и другое…

Не спрашивая цену, протягиваю кассирше зелёную трёшку. Если дороже добавлю… Нет. Не дороже. Мне ещё сдачи насыпали рубль с мелочью. Вот цены. Никак не привыкну.

Атлас помещается в авоську, а карту я тут же разворачиваю и смотрю. Составляю примерный маршрут своего путешествия по городу первого Совета. Так, кажется, называли Иваново в Советские времена. Даже обсуждали переименование его в Первосоветск. Слава богу, не срослось. А с царских времён всего лишь отняли Вознесенск, от прежнего названия Иваново-Вознесенск. Но это уже совсем далёкая история.

Где в советские времена самое большое количество магазинов в маленьком городе? Конечно же на главной улице. А главная улица в маленьком городе — это улица Ленина. Ну, или Калинина, на крайний случай Советская.

А по поводу маленького города… Да — Иваново — областной центр. Но по сравнению с Москвой и Ленинградом в СССР все остальные города для меня маленькие. Даже Киев и Минск.

Итак, я выбираю Маршрут по Станционной улице на проспект Ленина. А потом вернусь по улице Калинина прямо на вокзал. Надеюсь, мне хватит светлого времени для шопинга местного разлива.

Не доходя до проспекта Ленина, нарываюсь на местный рынок. Интересно, он работает по понедельникам или только в выходные? Нет. Работает. Но не весь. Народу маловато. Ещё бы. Все нормальные люди на работе. и на рынке полтора продавца на полтора покупателя. Ладно. Загляну. Посмотрю.

В самом конце рынка на куцем прилавке дед с бородой продаёт всякие полезные ништяки. Мне тут же приглянулся сидор. Армейский вещмешок старого образца, без карманов и ремешков. Поторговавшись, купил скинув рубль от первоначальной цены. Авоська освободилась и переехала в карман, а атлас занял место в вещмешке. Мешок забросил на плечо и дальше пошёл.

Больше на рынке меня ничего не заинтересовало. Может в выходные здесь и продавцов побольше, и товары поинтереснее. Через некоторое время я вышел на проспект Ленина. Ну, что ж посмотрим, что тут есть.

Магазин спорттоваров порадовал меня спортивным костюмом чёрного цвета. Простой трикотажный дешёвый практически одноразовый. Так как после первой стирки на коленях появятся пузыри. И выглядеть будет как тряпка. Цена низкая. Почему не взять? Моего размера только нет. Спросил у продавца. Тот посоветовал в магазин детских товаров зайти. Но там, говорит, редко бывает. На всякий случай беру это, хоть он мне и великоват. Через дом в магазин «Ткани», купил швейные иглы и две катушки ниток. Чёрные и белые. Ножницы. Не большие портновские, а самые обычные. Взял.

В детском магазине спортивный костюм моего размера нашёлся. Взял и его. Там же ещё одни трусы взял и носки. Футболка белая. Пригодится. Стирать негде, а менять надо хоть иногда. А ещё купил себе чешки. Смешная такая обувь. Но мне нужна для дела.

Хватит пока. Пойду дальше. Посмотрю. Что тут и как…

Кафе. Посмотрел…. Нет. Не буду заходить. А вот чуть подальше вывеска «Столовая». Вот туда я и зайду. Захожу, смотрю меню. Обалдеть! Ни одного блюда дороже сорока копеек. Даже мясные блюда типа бифштекс с яйцом или рагу из баранины стоили 34 и 33 копейки соответственно.

Набрал себе первое, второе и салат. А если в подробностях, то: Борщ с мясом (говядина) и со сметаной, плов из баранины, салат из капусты с морковью. А потом ещё чай и блинчики со сметаной. Уложился в 80 копеек за всё!

Наелся от души. Пора и дальше погулять.

Теперь можно и по магазинам пройтись. Продукты лучше покупать сытому. На голодный желудок можно накупить много лишнего.

После обеда настроение было преотличное. Свернул направо по улице Громобоя. Название понравилось. Пройдя немного, увидел кинотеатр и очередь в кассы за билетами. Кинотеатр назывался солидно — «Великан». Оказалось, что очередь в понедельник была вызвана демонстрацией японского аниме, ну то есть полнометражного мультфильма «Корабль-призрак». Вау! Это же хит моего детства. Того далёкого детства из будущего. В своё время я посмотрел его раз десять. И это только в кинотеатрах. А потом и скачал в интернете. И снова посмотрел, уже когда мне было за пятьдесят. Ностальгия! Я подошёл к очереди и поинтересовался: За чем стоим? Ясно. Ничего не меняется. Все билеты проданы, а очередь стоит, чтобы купить билеты из невыкупленной брони. А бронь начинают продавать за сорок минут до начала сеанса. Смотрю расписание. Годится. Как раз осталось около часа до следующего сеанса.

Эх, придётся воспользоваться своим опытом из моего хулиганского детства. Кое-как пробрался внутрь в кассовое помещение. У кассы, где должны были начать продавать билеты, когда закончится время на бронь, занимаю позицию у окошка, чуть в стороне. Буквально через пару минут подходит парень с девушкой и называет кассирше фамилию и номер заказа. Пожилая кассирша в очках достаёт бумажный список и начинает искать названную ей фамилию. Ну а я тем временем быстро ухватываю боковым взглядом первый попавшийся невыкупленный заказ. Запоминаю: Фирсов, 28, 2 билета.

Отхожу в сторону, меняю имидж. Вещмешок снимаю с плеча, кепку в него. Куртку снял и через руку перекинул. Зажав в руке рубль, пробираюсь к кассе. Небрежно кидаю кассирше: Фирсов. Двадцать восемь. Два билета. Получаю два заветных бумажных прямоугольника зелёноватого цвета и пятьдесят копеек сдачи мелкими монетками. Выбираюсь из очереди. Выдыхаю. Надеваю куртку и кепку.

А очередь стоит и чего-то ждёт. Да. Московская школа брать без очереди наверняка раздражает жителей других городов Советского союза. Но что поделать. Хочу в кино, а стоять в очереди не хочу. Времени нет. Извините!

Второй билет я отдал бесплатно рыжему конопатому парнишке примерно лет двенадцати на вид. Он стоял чуть в стороне от очереди. Вид его выражал всю вселенскую грусть. Наверняка у него и денег на билет могло не хватать. Я подошёл к нему и просто спросил:

— Билет нужен?

Он начал что-то: ме-бе… Ну ясно. Денег нет, а покупать билет у такого спекулянта как я, денег нет от слова вообще…