Загадки «русского» Вильфранша

(начнем с конца абзаца, интересный вывод про “прочно и надежно”, патриотический, но, к сожалению, ничем не обоснованный и неверный. Коротенький и ничем не выдающийся бульварчик в Вильфранше, о котором с таким придыханием и восхищением упоминает автор, обязан своему появлению только доброй воле и настойчивости братьев Герра (Guerra), проявленной по случаю 140-летия прибытия сюда вдовствующей императрицы, которое и положило начало русской Ниццы. Как и её бюст, на открытие которого академик Дмитрий Лихачев полчаса речь произносил, а Рене Герра ее переводил. Насчет других бюстов и названия бухты – моё продолжение еще последует!

А пока от темы русского Вильфранша автор плавненько переходит к теме освоения Ниццы русской аристократией:

– Она взяла свое начало 26 октября 1856 года. В тот день на борту сардинского фрегата “Карло Альберто” в Вильфранш прибыла сама Александра Федоровна. Но не нашла подходящего для себя жилья и перебралась дальше в Ниццу, где и поселилась на вилле Авикдор. Специально для нее была построена новая дорога из Ниццы в Вильфранш. Официально она искала зимнюю резиденцию для заболевшего наследника – Великого князя Николая, получая самую конкретную и актуальную помощь от савойской династии.

Накануне ее визита русские дипломаты подписали с Сардинией секретное соглашение, которое позволяло российскому флоту иметь постоянную базу в Вильфранше. 21 января 1859 года в Ниццу прибыл сардинский король Виктор Эммануил. Среди прочих кораблей и фрегат “Орлов” встречал его залпом из все пушек. Естественно, король сразу поехал на виллу Авигдор, где за обедом и было окончательно легализировано присутствие русского флота в Ницце и Вильфранше. И он даже разрешил русской колонии в Ницце построить православный храм (ранее Ватикан не давал этого делать в Западной Европе).

Но первое было гораздо важнее – Россия получила право захода военных судов в сардинские территориальные воды и постоянное базирование в Вильфранше, что с учетом русской военной базы на Крите существенно подрывало позиции англичан. А сарды пытались с помощью России защититься от происков Наполеона III. Но увы, уже через год вся Савойя и побережье до Вентимильи стало французским. В октябре 1864 Наполеон III во время встречи с Александром II в Ницце согласился продлить аренду бухты Орловых еще на 10 лет. Но уже в 1870 потерпел поражение от Пруссии. Русские тем временем денонсировали в одностороннем порядке статьи Парижского договора о демилитаризации Черного моря. И военные корабли из бухты Орлова вернулись в родной Севастополь -

(К сожалению, должен констатировать, что ошибок многовато- автор кого-то пересказывает, не проверяя факты. “Мраморные” (может все- таки бронзовые?) бюсты оставим в покое. Ну неудачное выражение использовано.

А вот король Сардинии-Пьемонта прибыл в Ниццу в сопровождении эскадры из шести кораблей в 1857 году, а не в 1859. Это принципиально важно!

Русский корабль, паливший из пушек, вместе с шестью сардинскими и береговой батареей, был не “Орлов”, а “Олаф” с экипажем почти в 360 чел. (предоставлен в распоряжение императрице российским морским флотом, чтобы ей не приходилось больше сардинский фрегат использовать). И ему сразу нашлась работа – подвозить к Александре Федоровне из Генуи в Ниццу членов царской фамилии: сначала невестку, Великую герцогиню Елену Павловну, за ней, в январе – сына, Великого князя Михаила Николаевича. 26 февраля подвезли дочь – Великую герцогиню Ольгу Николаевну и, наконец, 1 марта прибыл (правда сам по себе) Великий князь Константин Николаевич в сопровождении собственной, пусть и не очень большой эскадры. И, какое интересное совпадение! в одно время с ним состоялся и визит короля Сардинии.

А уж потом за царскими родственниками потянулась в Ниццу и прочая российская знать. И приморский городок с 40 тыс. жителей превратился в зимний русский салон. Это было настоящее нашествие. Ницца на некоторое время реально стала русской, и англичане, которые до этого тут доминировали, даже попытались устроить этому городу бойкот.

      Великий князь Константин Николаевич, который заодно был и главным командующий военного русского флота, официально прибыл для лечения легких. Но как мы уже отмечали выше, оказавшись в Ницце одновременно с Виктором Эммануэлем II, наносящим визит вежливости вдовствующей императрице, воспользовался таким случаем, и они встретились. И надо же – выяснилось, что обе стороны были заинтересованы в друг друге и им реально было что обсуждать. И для сардов это совсем не была просьба о помощи в защите от Наполеона III, как пишет автор. Им было нужно обеспечить нейтралитет Австро-Венгрии в отношении их будущих планов в Италии, страны, которая активно противодействовала претензиям Виктора Эммануэля на лидирующую роль в объединении этой страны. И тут позиция России очень много значила.

Естественно, и договор, касающийся возможного места привязки русского военного флота, был принципиально обговорен именно на ней, а составлен после встречи. А никак ни до неё. И заметим, что кандидатура Вильфранша была не единственной.

Ну уж, а такое не джентельменское предположение, что Александр II целенаправленно отправил свою мать, пятидесятивосьмилетнюю женщину, здоровье которой было подкошено недавней смертью супруга и волнением по поводу тяжелой болезни внука, вести переговоры с сардинским королем – вызывает недоумение, и не только у меня.

Но не у некоторых французских авторов и русских из все той же “Лазурки”: с уверенностью очевидца творец статьи на эту тему пишет:

воскликнув – Нужно что-то делать -! Александр второй отправил собственную мать исправлять ошибки отца. Вот она и оказалась в Ницце – сочетать приятное с полезным!

Приведу-ка я ссылку на эту лихую фразу. А то ведь не поверят такой бестактности: www.lazurka.ru> cities>villefranch-sur-mer>history

Но это всё ошибки, которые встречаются у всех.

Но вернемся опять к главе про Андреевский флаг. Получение в аренду, даже бесплатную и бессрочную, двух пустых зданий в порту по договору 1858 года, ну ни коим образом нельзя называть арендой бухты Орловых.

Иногда присутствует даже альтернативная история – у России никогда не было военно-морской базы на Крите.

Кроме того, Александра Федоровна прибыла сюда в сопровождении свиты под 4 сотни сопровождающих, и никакого “подходящего” жилья в Вильфранше не искала. Устало помахала ручкой собравшемуся народу (на берег высыпало почти все население городка) и представителям местной администрации, села в карету и поехала в Ниццу во главе своего длинного кортежа. Чтобы как-то отвлечь высокую гостью от неудобств пути, во время всей поездки оркестры играли русский гимн и военный караул сопровождал караван. И замечу к слову, эту узкую и неказистую проселочную дорогу не строили специально для её приезда, как написано выше, а уже потом, причем на деньги самой Александры Федоровны, прокладывали заново. И её пригласили на открытие – перерезать символическую ленточку (исключительно золотыми ножницами)! Но это было потом. А пока она приехала в Ниццу, на снятую шикарную виллу у Септима Авигдора, самого крупного в городе еврейского банкира. Терраса этого здания выходила прямо на Променад Англэ, где ее уже ждала большая делегация местных женщин с огромным букетом цветов. В саду играл местный королевский оркестр, жители искренне радовались, а погода совершенно не напоминала петербургскую. И, несмотря на усталость, её настроение начало заметно улучшаться. И совсем рядом на виллах Гилья – Guiglia и Лавит -Lavitt устроилась основная часть ее свиты. Остальные – чуть дальше. Но это было только начало русской зимней волны! И обеспечить подобающим жильем такое количество визитеров, да еще такого ранга – была очень и очень непростая задача. Но ее удалось решить. И поисками, и арендой, и бронированием целых этажей гостиниц целенаправленно занималась команда Жозефины (или Юзи, а может и Юзии) Кобервейн. Эта женщина была внебрачной дочерью Николая I (от фрейлины шведского короля в изгнании, нашедшей пристанище при царском дворе). Она получила одинаковое воспитание и образование вместе с законными дочерями царя. И ни Николай, ни его супруга не отделяли от них Жозефине, а заметив ее способности к рисованию, стали их поощрять. А закончилось это увлечение неожиданно. Придворный художник сардинского двора Жозеф Фрисеро, завезенный в Москву князем Гагариным, который и представил его высшему обществу, начал давать уроки живописи Жозефине. И она, как ранее и ее мама, при встрече на балу-маскараде с Николаем, тоже влюбилась с первого раза!

Несмотря на разницу в возрасте и в положении, она с разрешения царственного отца) вышла замуж за Фрисеро (Жозеф с Жозефиной обвенчавшись в Марселе по православному обряду в 1849 г).

Её теплые отношения с Александрой Федоровной сохранились, и она воспользовалась своими знаниями Ниццы, так как жила тут с мужем уже довольно давно, причем на вилле, подаренной царем. Ей в 1856 было всего 30 лет и она вложила всю энергию в подготовку приезда членов царской семьи с многочисленным окружением. Решала все вопросы просто, но эффективно: предлагая арендодателям такие цены, чтобы все попытки англичан их перебить заранее были тщетны. В результате зимой 56-57 гг. в Ницце сумели отдохнуть только те британцы, которые имели в городе свою собственную недвижимость. Всё остальное было занято русскими. Какой эффективный реванш за поражение в Крымской войне! Не правда ли?

Но оставим пока и второй абзац этой главы в покое. И всю книгу Владимира Большакова тоже, повторюсь –в целом интересную и нужную!

И чтобы завершить этот, спонтанно получившийся” литературный обзор,” вернемся в Вильфранш. В городском музее туристам продают брошюрку с претензионным и совершенно не понятным для меня названием: “ Villefranch sur Volga”. Вроде никак иначе, как Вильфранш–на Волге и не перевести, а почему так назвали – нет ответа. Я из её текста не нашел. Может просто, чтобы внимание русскоговорящих привлечь? Она единственная на французском и русском языках. Для нас интересна тем, что в ней приведены сразу аж три разные версии про первый контакт русских с Вильфраншем в 18 веке, причем полностью противоположные! И четвертая – про договор 1858 г, зато эта часть – со всеми подробностями, придраться не к чему.

Итак, варианты про18 век.

Первый – классическая, опять про визит братьев с эскадрой в 1770 г, со ссылкой на труд А. Кана;

второй, про визит в том же году. Но уже не первой, а второй русской эскадры, без Орловых, но с подробным перечислением всех её кораблей. И без ссылок;

а в третьей – про Григория Орлова, приехавшего сюда в 1781 году просто похвалить нежный местный микроклимат?

и, наконец, 19 век – как я уже отмечал выше вариант, полностью соответствующий истине. И в ней четко написано о появление первых россиян (в значимом количестве) на Лазурном берегу только в середине 19 века.

Как это все оказалось возможным – объединить в одной брошюре разные легенды про одно и тоже, могу опять же только предположить – писали разные авторы (трое), а общего редактора не было. Зато брошюра красиво оформлена и, как мне сказали, неплохо продается, хотя и просят за неё аж 6 евро.

После перечисления такого количества версий, предложенных для описания, казалось бы, простого факта – первого контакта городка Вильфранша и российского военного флота – просто не остается ничего другого, как их проанализировать,

и попробовать определить истинную, заодно постаравшись понять причину их появления в таком разнообразии. Или хотя бы её предположить.

Итак еще раз повторюсь: факт визита русского военного флота в этот порт в 1770 году фигурирует во всех исторических французских книгах и туристических брошюрах, и в большей части интернетовских сообщений на русском.

Бюсты братьев Орловых, которые им якобы руководили, стоят, как часовые этой версии у входа в Цитадель. Надпись про бухту Орловых присутствует внутри этой крепости – казалось бы всё ясно!

Но, как Вы уже и сами убедились, есть и иные версии этого события:

а) братья Орловы реально заходили сюда в 1770, но не с первой, а со второй эскадрой;

б) не первая, а вторая эскадра заходила сюда все в том же году, но сама – без братьев;

в) братья Алексей и Федор были в Вильфранше, но не перед, а после войны с турками. Заглянули на чуток (без уточнения – как и когда), да и прикупили, ну может в крайнем случае только арендовали весь порт (естественно – как и полагается исключительно на свои деньги, но для России!) на 50, а то и на 100 лет. А что мелочиться? А почему никто про это не знает и никогда договора не видел, так ответ же ясен! Договор то был секретный!!А что – разве не аргумент?

г) ни Алексея, ни Федора в Вильфранше не было, но через 10 лет после окончания войны сюда приехал еще один их брат – бывший фаворит Екатерины Григорий и далее – см выше. Все опять здесь купил, арендовал и т. п., исключительно по суперсекретному соглашению. Ну, Екатерину II то уж точно поставил в известность, она же его посылала. И как результат – тут же было открыто в Вильфранше Российское консульство;

д) опять про визит сюда Григория, уже даже без намеков на некие приобретения и открытия консульства. Но зато с подробностями, вроде ни к чему не обязывающими, но подчеркивающими привязку к конкретике. Цитирую французский источник: “в 1781 году Григорий Орлов, а вслед за ним и русский консул (где?) некто М. Вазальмах (Vasalmach), тоже герой русско-турецкой войны, обратили внимание на нежный микроклимат этой местности».

Факт, действительно достойный исторического упоминания – взяли вдвоём и обратили своё драгоценное внимание на микроклимат – и все!!! Остальное, по-видимому, опять сохранили в секрете!

Вот я их все привел, перечитал и призадумался, а что с ними дальше то делать? Как перепроверять?

Первый ответ, который напрашивается – искать в архивах и в первоисточниках. Но ведь местные историки, в первую очередь Андре Кан, были людьми дотошными, скрупулезными и квалифицированными. Они-то все данные архивов точно должны были посмотреть!

Для очистки совести я обратился и в Мэрию, и в Музей Вильфранша и получил почти ожидаемый ответ:

в архиве нет никаких данных о контактах Вильфранша с русскими военными кораблями в 18 веке. И тут же вспомнил: да ведь и в основополагающей книге

А. Кана приведена таблица всех посещений Вильфранша всеми более или менее значимыми историческими фигурами, начиная с 14 века! ( 1375 год)

И тут начинается настоящий детектив: последняя запись о визитах известных людей в бухту Вильфранша в 18 веке датирована 1713 годом – 3 октября на английском судне в Вильфранш вернули Виктора-Амадея II (Victor-Amédée ), ставшего уже и королем Сицилии. Французы были вынуждены подчиниться решениям Утрехтского мира. Следующая запись – только от 1857 года!! А куда делись все записи между этими датами? Все что было в архиве приведено в книге А. Кана на 506-507 стр. За 17 век – 16! записей, а за 18 – одна!

Это же просто черная дыра: с 1713 по 1857 год действительно нет никаких данных! Они из архивов исчезли! Тут хотя бы стало понято и наличие многочисленных версий: их авторам можно дать волю воображению – проверке то не подлежат! И когда господин Кан начал работать над своей книгой – материалов в архиве уже не было, а откуда он взял факт о визите 1770 года – никаких ссылок, наверное, источник был не солидный.

И тогда я решил не продолжать поиск в этом направлении: кроме перепевов вышеприведенных вариантов не на что рассчитывать, а попробовать подойти к этому событию с другого конца – поднять и изучить все русские исторические материалы по первой экспедиции в Архипелаг, в основном по её начальному этапу – подготовке к началу военных действий и по маршрутам движения эскадр.

И к моему огромному удивлению я пришел к выводу, что официальная версия – про визит братьев Орловых в Вильфранш в 1770 г оказалась полностью выдуманной!

Проверял и перепроверял – потому что сначала не мог понять, кому и зачем надо было, скажем мягко, выдумывать и искажать действительность?

Ниже именно эти неоспоримые данные против основной версии я и хочу перечислить:

а) во-первых, граф Алексей Орлов на протяжении 1769 – начале 1770 годов неотрывно находился в Италии, где в Ливорно и ждал прихода первой эскадры. Добирался туда из России по суше. Сначала работал совместно с братом Григорием, который на первых этапах видел исключительно себя в роли начальника этой экспедиции, а потом уже и с Федором. А проблем было очень много и непростых: одна подготовка антитурецких восстаний в Морее, на островах Архипелага и на Балканах требовала постоянного участия. Первоначально войну то в турецком тылу хотели в основном на суше вести и силами местных повстанцев. Нужно было этих повстанцев отыскать, мотивировать, профинансировать, снабдить оружием и скоординировать их действия в разных местах. Ну а кроме того, договариваться о покупке новых кораблей и найме на них команд из добровольцев, жаждущих свести счеты с турками. И таких было предостаточно и среди греков, и среди балканских славян. И одновременно безостановочно и активно искать, и налаживать связи с представителями правящих кругов всех итальянских государств. Склоняя их к поддержке России в этой войне. А последнее труднейшей было задачей – против была Франция, (которая и подбила в итоге Турцию занять бескомпромиссную позицию и начать войну), влияние которой в Италии было очень сильным. Больше всего им удалось продвинуться в Тоскане и в Венеции. В этой торговой республике им активно помогал маркиз Маруцци, назначенный самой Екатериной (исполнял обязанности русского консула, но с ограниченными функциями). Ну а Ливорно так и оставался официальной базой русского флота, пока адмиралы, уже непосредственно на островах, не нашли кое-что поближе и получше (как, например, порт Ауза на Паросе).

И Алексей Орлов отбыл из Ливорно прямо в Эгейское море на корабле, посланным именно за ним адмиралом первой эскадры Спиридовым из порт-Магона. И впервые в жизни ступил на борт военного корабля (императорская яхта не в счёт). А Федора, перед этим отправил в порт-Магон к Свиридову опять же из Италии – для координации действий.

Массу достоинств имел Алехан. Полон энергии, смел, умен, проницателен, отчаянный и осмотрительный одновременно. Его обожали и боялись, а влиятельная подруга Екатерины, Дашкова считала самым страшным человеком из ближайшего окружения. Вряд-ли кто-нибудь кроме него смог бы подобную авантюру (в которую никто в Европе не верил, да и в России тоже, только молчали) превратить в такой успех. Екатерина умела выбирать и мужчин и руководителей! Но Алексея и сама побаивалась.

Но он был совершенно не моряк и даже мысль сплавать между делом в Вильфранш просто не могла прийти ему в голову! Да и зачем? Для осуществления задуманного двигаться то надо было прямо в противоположном направлении!

А адмирал Свиридов к месту военных действий вел свои корабли первой эскадры точно по маршруту Гибралтар – порт- Магон (Минорка) – порто Вителло (самый близкий в Морее к землям восставших майотов). Туда же, чуть позже и граф Орлов прибыл чтобы взять в свои руки общее руководство!

Вывод из вышеизложенного совершенно однозначный – ни с братьями Орловыми, ни без них первая эскадра в 1770 г (и вообще никогда) в Вильфранш не заходила.

Почему я стараюсь так подробно этот факт рассмотреть и подтвердить?

Потому что у французов есть непробиваемый довод – раз Андре Кан в своей книге написал, значит так и было.

А против лома нет приема, если нет другого лома! Вот его и припасаем! Единственный способ бороться против вековой армейской мудрости: на фига нам логика, если есть директива!

Считая, что несостоятельность официальной легенды доказана, перейду к рассмотрению оставшихся версий:

б) в Вильфранш заходила вторая эскадра с братьями. Тут совсем просто. На кораблях второй эскадры английского контр-адмирала на русской службе Джона Эльфинсона братьев Орловых вообще никогда не было! Версия полностью придумана и придумана плохо.

А самого Эльфинсона, из-за скандальных разногласий и с Алексеем Орловым, и с со Свиридовым скоренько отправили обратно в Россию и даже намеревались судить. Посчитали, что мог он, как представитель английской нации уже в процессе военных действий сознательно свой корабль на мель посадить. Чтобы уменьшить мощь русского флота. Логика стандартно английская: пусть воюющие стороны друг друга максимально ослабят, нам потом легче будет их за ниточки дергать! Я не удивлюсь, если так и было. От англичан можно было ждать всего, как помощи, так и неприятностей. Об этом и мудрая Екатерина всех предупреждала!

Но это уже после, увидев, что русский флот побеждает, Эльфинсон мог решить – больше им не помогать! А может сам ничего и не решал – просто такую инструкцию имел. Девиз: только бизнес, ничего личного тогда уже работал!

в) Но он не мог принять такого решения по дороге в Архипелаг, так как еще не знал, как там события разворачиваются! Вторая эскадра в Средиземном море должна была следовать тем же проверенным маршрутом: Гибралтар – порт –Магон (Минорка) – Архипелаг. И изо всех сил торопиться с подкреплением, так как кораблей у русских было явно недостаточно по сравнению с турецкими! И она действительно как раз вовремя успела для того, чтобы ликвидировать начинающуюся блокаду нашего флота в Наваринской бухте.

И к английскому капитану, ставшему адмиралом на русской службе, Джону Эльфинсону по времени и по другим аспектам маршрута прохождения с эскадрой от Балтики в Эгейское море никаких замечаний ни от кого не было. Попробовал бы он самовольно отклониться в сторону Вильфранша, ох поимел бы проблем от руководства экспедиции сразу по прибытию!

И прошу заметить, как и другие адмиралы, этот тоже не имел права отступать от полученных в Санкт–Петербурге предписаний. Екатерина II, которая, не надеясь только на проведенные лично! беседы, всех иностранных адмиралов снабдила еще и письменными инструкциями-приказами. Экземпляр адмирала третьей эскадры датчанина Алфа сохранился для истории. И в нём было написано, что именно Франция – главный враг России и на Востоке, и в Средиземноморье вообще. Это она (усилиями министра иностранных дел Шаузеля и его ставленников в Турции) подбивала и все-таки подбила эту страну на войну с Россией, оставаясь ее главной союзницей. И это ее военные корабли в Тулоне только и ждали приказа, чтобы перехватить и утопить русских. И поэтому во время перехода к Архипелагу со всей максимальной осторожностью надо было относиться к близости французских берегов, хотя и не только их. А еще и испанских и южно-итальянских. Стараться не приближаться к ним и ни под каким предлогом и не поддаваться на провокации.

–Бойтесь провокаций Бурбонской лиги!!-предупреждала Екатерина и была абсолютно права!

Потом уже новый министр иностранных дел Франции господин д’Эгильон (в конце 1770 г, к счастью для России, ее самый большой враг, герцог Этьен Франсуа де Шуазель в результате интриг новой любовницы короля госпожи Дюбарри, сменившей на этом посту мадам Помпадур, был отправлен в ссылку в свою усадьбу) проговорился русскому послу в Париже, что самой большой их ошибкой был пропуск русского флота в Эгейское море.

–Надо было потопить Вас ещё по дороге, хоть в Бискайском заливе, хоть в Средиземном море-

И если бы не жесткий английский ультиматум и не французская самоуверенность (чего нарываться на английские неприятности, всё равно русские или сами утонут или их турки расколошматят), то именно так Франция и поступила бы.

Англия в этой войне реально очень много сделала для России: фактически флот ее спасла, и все услуги по ремонту кораблей оказала, и своих капитанов и матросов предоставила. Даже свой порт Магон предлагала под базу российского военного флота в Средиземноморье и, чуть ли не насовсем, не говоря уже о самом главном – крышевании всего маршрута эскадр от Балтики до Архипелага.

Естественно, как всегда, Англия все это делала исключительно в своих собственных интересах. И французам в восточной торговле хотела крылышки подрезать (их доля в этом бизнесе составляла почти 60% – как такое можно было английским конкурентам терпеть) и внимание Турции отвлечь от Египта. Сами на него нацелились, уж больно энергично французы строили планы на прямой (пусть и смешанно сухопутно-морской) маршрут для своего торгового флота: Марсель –Каир, потом по Нилу до Суэца и небольшой сухопутный отрезок для перегрузки товаров до Красного моря. А далее – Бомбей! Идея Суэцкого канала тогда еще не созрела. Но вот отомстить англичанам за потерю Канады очень хотелось).

В общем это был достаточно редкий случай, когда англичане нам помогали, а не пакостили. Но даже активно помогая, они ничем особенно и не рисковали даже в случае возможного русского провала. Ну еще раз повоевали чужими силами – не привыкать).

Повторюсь, приближаться к границам Франции (то-есть заходить в савойский Вильфранш, пусть и придерживающийся тогда проанглийской политической ориентации) для русских кораблей, пусть и с английским адмиралом во главе, было бы сверх рискованно. Там агентов соседней державы было полным-полно и скорее всего, не выдержали бы французы такого искушения! А брать налетом этот порт им не привыкать!

Поэтому вариант захода второй эскадры в Вильфранш в 1770 году приведен только во французской брошюрке для туристов. И скорее всего, для придания хоть какой-нибудь вероятности этой версии, в ней с подробностями перечислен весь её состав. И в заключении дан больше ничем не обоснованный вывод:

– “ именно так Россия и открыла эту бухту для себя”!

      В серьезной исторической литературе, и нашей, и французской – нет больше ни малейшего упоминания о таком варианте развития событий.

Но, как ни странно, из всех версий эта единственная, против которой нет и железобетонных контраргументов. Я искал долго, но так и не нашел у нас описания маршрута движения кораблей второй эскадры от Гибралтара до ее прихода в Архипелаг.

Может быть именно поэтому один из авторов брошюры ее и придумали?

Еще раз повторю – для контр-адмирала Джона Эльфинсона указания императрицы Екатерины были непререкаемым законом. От ее воли и желаний зависело всё, ради чего он и на службу нанимался: и дальнейшая судьба, и награды! Не могу вообразить ничего, что могло бы заставить командующего второй эскадрой нарушить приказ Екатерины II и зайти в Вильфранш.