Английский вояж

— Кстати да, — загорелись у рыжей глаза, — вместе поговорим, точнее, — хитро прищурилась она, — придумаем вместе. Договорились?

— Договорились! — с улыбкой я ответил чертенку в халате, — Так что ты говорила насчет комнат?

— Ну ты, как совершеннолетний, можешь арендовать комнату. Вроде бы не очень дорого, — смутилась она, — прости, я точно не интересовалась.

— Ну вот и отлично. Леди разделит со скромным мной тот уголок, — выпятил губу я, — что отвоюю я у жестокой администрации?

— Леди подумает, — состроила чопорную мордашку Джинни, — И согласится, — с этими словами она пересела мне на колени, приобняв.

— Ну вот и отлично, — улыбнулся я, метаморфизмом тормозя некоторые естественные реакции, — Кстати, если не секрет, а где ты научилась так целоваться? Да еще так быстро.

— Я… — покраснела рыжая, — мы с Луной… Ну как — то пробовали, ну пару раз, может чуть больше, — совсем помидорела рыжая, пряча лицо, — а с тобой первый раз… Ну я думала с мальчиками как — то по другому… Прекрати, — закрыла она руками лицо, трясущемуся от еле сдерживаемого смеха мне.

— Прости, но на самом деле забавно, — взяв себя в руки, но улыбаясь во всю пасть я, — по другому это как? — Джинни надулась, но в итоге тоже захихикала, — ладно, я все понял. Ну в любом случае, что было, то было, теперь ты моя? — получив кивок продолжил, — вот, а что было раньше, неважно. Главное чтобы мы были друг у друга и не обманывали с другими.

На этих словах Джинни закаменела лицом, встала с моих колен и со слезами в глазах выдала:

— Прости, Гарри, я не смогу быть с тобой.

— Постой, — несколько офигел я от таких поворотов, — это с чего и как?

— Я, — задумалась и пустила слезинку по щеке, — Я не брошу Луну. Погоди, не перебивай пожалуйста, — заткнула она мою попытку высказаться, — Мы лучшие подруги, с детства вместе, а сейчас ей очень тяжело. Её обижают в Хогвартсе, — закрыла руками лицо Джинни, — я точно знаю, хоть она не говорит. А я, из — за этой чертовой тетрадки и словом с ней не обмолвилась, не то чтобы помочь, — подняла она голову, — я очень тебя люблю, Гарри, но не брошу Луну снова, — уткнулась в ладони и затряслась эта любительница свободной любви.

— Так, Джинни. Джинни!!! — закричал я, чем привлек все таки взгляд страдалицы, — Итак, у тебя есть Луна. Как я понимаю, не только подруга, — судорожный кивок, — Хорошо, если она, я не возражаю. Не самое приятное дело, делить близкого человека с кем — то, но мы, мужчины, в таких делах редко рассматриваем женщин как конкурентов. У тебя есть подруга — хорошо, ты целуешься с ней и не только — ну не самое приятное, но терпимое. Главное чтобы не мужчина. Она — то сама на меня не взъестся?

— Нет, — помотала Джини головой, — она сама советовала к тебе придти сегодня. Ну как она любит «тебя будет ждать очень странный, но приятный мозгошмыг», — заплаканная, но уже с улыбкой процитировала рыжая.

— То есть, две недели до Хогвартса мы не увидимся, — вслух подумал я, убедившись что истерики обильнолюбивой девушки успокоились, — жаль, но что поделаешь…

— Почему? — удивилась Джинни, — Я с удовольствием, а если ты не против, братья помогут, — на мой вопросительный хмык Джинни ответила, — Фред и Джордж, они довели меня к тебе, а родителям сказали что я у Луны.

— Это, как бы, нормально? — несколько опешил я.

— Ну да, а что такого? — искренне удивилась Джинни.

— Наверное ничего, — опустил руки я, — кстати, можешь передать твоим братьям, именно Фреду и Джорджу мое приглашение.

— Да, смогу, — ответила рыжая и уже, очевидно успокоившись, лукаво продолжила, — Мы навестим уважаемого сэра, послезавтра, если он не возражает. В обед.

— Уважаемый сэр будет рад приветствовать вас на трапезе, — чопорно ответил я.

Так и пообщались до обеда, Джинни рассказывала о своих увлечениях, она, кстати, очень неплохо рисовала. Как выяснилось делали они это вместе с Луной. Ещё она интересовалась невербальной и беспалочковой магией. Я же, рассказывал об артефактах, показывал и объяснял, заодно и преподнес одно связное кольцо Джинни, надев сам на указательный пальчик. А то мало ли. Да и помогли мы друг другу, правда ограничились руками. Так что, после обеда, довольные и с надеждой на скорую встречу расстались недалеко от Норы.

А придя домой и сев в окклюментную медитацию я обнаружил, что у меня произошел прорыв. Я, наконец — то, смог «увидеть себя снаружи». Не совсем так, но я предстал перед собой как сочетание ажурных узоров, похожих на артефакты, правда без рун. Потянувшись же мысленно к части узора, я стал понимать, за что и какую область мышления он отвечает, какие воспоминания с ним связаны. В этом состоянии я мог их настраивать и переплетать, делая приоритетными или неважными.

В общем, себя я решил не менять, с мелкими недостатками и прочим, я это я, моя личность. Однако, усилить любознательность, внимательность, немного (немного, а то лень) уменьшить лень стоило. Чем я и прозанимался до обещанного визита. На обед заявились братья — близнецы, сопровождающие Джинни. Шутовски со мной раскланялись, присели за стол и перекусили. Потом, в курительной расположились в креслах (Джинни предусмотрительно отошла, но ушки грела, чертенок) перешли к причине визита.

— Итак, господа, я рад что вы пришли, — начал я, закуривая сигариллу и предлагая гостям, — На самом деле, вопрос мой таков, к части вашей семьи я испытываю благорасположение и даже больше, — подмигнул Джинни я, — однако с частью возникли осложнения. При этом, мы являемся волей — неволей естественными союзниками.

— Да, сильно изменился, — сказал один смотря на второго.

— Возможно проклятье, не такой какой был, — ответил второй первому.

— Поговорим, — хором сказали они смотря на меня.

— Для начала, — сказал правый, — если ты обидишь Джинни, тебе будет плохо.

— Очень плохо, — дополнил левый.

— Хоть и не долго, — закончили они хором.

— Господа, — несколько обиделся и нихера не устрашился я, — я сам сделаю «недолго», обидевшему мою девушку. Однако, я думаю формат наших согласованных отношений Джинни рассказала? — оба кивнули, — Так вот, я пока не готов к свадьбе, однако готов взять на себя все обязательства её молодого человека и защитника.

— Верю, — сказал левый.

— «не желающему красоты» верим, — закончили они хором.

— Так вы украли у меня записку?! — возмущенно прокричала Джинни.

— Не украли. — левый

— Посмотрели — правый.

— Нам нужно было знать, что нашу любимую сестренку не обижают, — хором закончились они. Джинни покраснела, надулась, но промолчала.

— Для начала, хотим тебя просветить в одном, касающемся нашей семьи вопросе, — попеременно сменяя друг друга начали близнецы, — наш родовой алтарь… В курсе, — констатировали они увидев мой кивок, — о последствиях знаешь? — я помотал головой, — тогда слушай. Джинни у нас единственная без проклятья. По меркам алтарщиков, — дружно скривились оба, — она даже и не Уизли, впрочем это их проблемы. Мать с отцом получили навязчивые идеи, как и Перси. Старшие братья, даже говорить не хотим, работают подальше от людей. Рональд практически не сдерживает своих желаний. Но может, — заметил один, — может, но не хочет, — поддержал второй, — проверяли, — закончили они хором.

— А вы? — заинтересовался я, — я не настаиваю на ответе, но помимо всего прочего у меня есть к вам предложение, как следствие хотелось бы знать.

— Я это он, — сказал левый, — Он это я, — сказал правый, — мы чувствуем друг друга как дополнительную руку, — хором закончили они, — в детстве сильно удивлялись, что у других это не так, — а главное, нам нужно, не слишком часто, причинять окружающим боль или неудобство. Не часто, — начал левый, — Но необходимо, — продолжил правый, — но мы нашли выход, — хором, — шутки розыгрыши и приколы. Никто не страдает, а всем весело. И деньги, — хором закончили они и задумались.

— Любопытно, — после раздумий начал я, — так господа, вы же можете делать не только приколы? — кивки, — и неплохо разбираетесь в артефакторике?

— Ну не то чтобы хорошо, — начал правый, — но мы учимся — продолжил левый, — И копим деньги на материалы, — закончили они хором.

— Тогда давайте так, — решил я, — я нанимаю вас, до Хогвартса как репетиторов, если вы согласны. В Хогвартсе постараемся продолжить, правда оплатой будут материалы. У меня есть несколько идей, осуществляем вместе, однако, — воздел палец я, — как финансирующее лицо, я получаю две трети прибыли, а треть вам.

— Половина? — спросил правый, на что я помотал головой, — половина если наша идея? — спросил левый, на что я уже кивнул, — мы согласны, — переглянувшись закончили близнецы.

Обсудили время, формат возможного партнерства, даже составили контракт. Джинни устала разглядывать бумаги, наши спорящие рожи и я направил её в библиотеку, пусть довольно скудную, но с несколькими интересными закладками.

К ужину близнецы обо всем со мной договорились, попрощались, и синхронно показали мне кулаки, посмотрев на второй этаж, на что я кивнул.

В библиотеке розовая Джини листала оставленную на столе книгу о «правилах и культуре половой жизни» с фотографиями. Услышав шаги, судорожно захлопнула книгу, помидорно покраснела, впрочем увидев меня несколько расслабилась, однако осталась красной. И тыча пальчиком в закрытую книгу, с некоторым опасением но и интересом спросила:

— Мы будем ВСЕ это делать?

— Только если захочешь и если тебе понравится, — галантно ответил коварный я.

— Ну, может быть, — после минутной задумчивости ответила Джинни, — но попозже, — воздела она пальчик, на что я кивнул.

Поужинали при свечах, да и подарили друг другу прекрасную ночь. Правда без «Все это», но, я думаю, еще успеем.

8. Встречи в Косом и не только

А со следующего дня начался у меня третий круг марафона учебы. Артефакторика оказалась наукой довольно сложной, многосоставной — знания требовались не только в магических дисциплинах, но и металловедении, геммологии, кристаллографии. А это влекло за собой физику, химию, банальную математику. Притом, многое мои репетиторы не знали, причем неясно, не знали сами, либо просто данные моменты были неизвестны в магмире. А у меня была еще и колдомедицина и анатомия с физиологией. И рыжая, пусть и не каждый день, но девчонка оказалась страстной, охочей до комиссарского героического тела и связанных с ним удовольствиях. Притом, как я понимаю, пусть и не часто, но она еще общалась телами с подругой. Прям хоть памятник Луне ставь, за то что трахает мою девушку, оставляя мне время.

Про сон я в итоге на эти пару недель забыл. Правда, были подозрения, что дело не только в теле, на четвертый день, например, я начинал безбожно тупить, что прошло через три часа дремоты. В итоге, смотался в аптеку в Косом, прикупил зелье. Больше двух недель его принимать было нельзя, по словам аптекаря, впрочем, мне больше было и не надо.

Еще возникала некая этическая проблема с Джинни. Ну, положим, не самый дешевый подарок я сделал ей сам. Притом скорее для себя, действительно красивые побрякушки, шикарно смотрящиеся на девчонке. Но, именно содержать её, ну вот как — то… Ну не знаю, возникало ощущение что я её покупаю, прямо скажем, не самое мне приятное. Однако, у Уизли реальные проблемы с деньгами.

В итоге, приспособил рыжую помогать мне с бумагами, наставлять в бытовых чарах, которых она знала очень немало, как бы не побольше чем я. Ну и денежку ей за это, вполне честно заработанную, платить. Даже поругались немного, однако, объяснив свою позицию, что это выводит наши отношения за рамки «оплачиваемой любовницы», в рамки «вместе по любви, а труд, который обязательно оплачиваем — отдельно», был даже вознагражден. Даже начал задумываться о женитьбе, однако окклюментные практики прогнали розовый дурман. И рано, и мало знаем друг друга, да и Луна эта. В общем, посмотрим через годик, как и что будет.

А еще, я столкнулся с некоторой засадой, в характеристике «скорость». Дело в том, что скорость мышления значительно тормозилась некими предохранителями. Сам мозг, на пути от «хочу» к «делаю» многократно, хоть и незаметно для сознания переспрашивал: «Точно? А ты уверен? А может не стоит?». Причем замедляло это не только действия, но и мышление. С другой стороны — а придет мне в голову херь какая? Такое со всеми бывает, это нормально. И если не будет предохранителей я её совершу, даже не задумываясь о последствиях. Так что, подкорректировал немного предохранители, уменьшил количество «подтверждающих» откликов, однако снимать или отменять их не стал. На фиг надо.

И выходило, что нужно ускорять сами нервные импульсы. Но тут как и с телом, засада. Я раньше думал, что электрический импульс напрямую управляет тканями, мозг этакий «процессор», все работает на электричестве. Да щазз… Оказалось что электрические импульсы инициировали химические реакции в клетках, выступали этаким запалом, не более того.

И вот как мне это ускорять — то? Реакцию в каждой клетке? Вот как — то кажется мне это бредом, вот чуть ли не до взрыва клетки воображение подталкивает.

А потом я задумался. Окклюменция, да и сама система функционирует вне моего мозга. Но на моих ресурсах, как говорил Уд. Значит чем — то другим я думаю, хотя бы частично. И это «другим», скорее всего как — то можно использовать, обходя ограничения даже не физиологические, а физико — химические.

Так что, краешек чего — то я нащупал. В медитативном состоянии мыслил я не в разы, а на порядок быстрее, проверенный факт. Притом, мозг получая готовые данные при выходе из окклюментной медитации, не грелся и не взрывался от запредельных расчетов. Да и попытки после вхождения в медитацию, начинать контролировать тело, показали что это возможно, а главное работает.

Ну как, связки я себе порвал, однако преодолел за долю секунды десятиметровый коридор. Отлечился метаморфизмом и понял, идея — то правильная, однако требующая развития всего Гарри, причем поэтапно и зная как.

Опять же, жаль что не все сразу, однако, путь нащупал, будет куда развиваться.

В артефакторике же, я так ничерта пока и не понял. Ну, подобрать ингредиенты по шаблону, а впоследствии наложить руны и чары по шаблону же простейшего артефакта я смог. Однако, переплетения магии в артефакте не поддавалось прямому управлению, при этом, хоть и были многократно проще, но структурой напоминали виденное в окклюментной медитации «узор разума».

И есть у меня подозрение, что можно делать артефакты не «по шаблону», а так, как хочется создателю, меняя и придавая свойства. Впрочем, подозрение к делу не пришьешь, так что возился я с шаблонами, куда деваться.

В результате всех моих бессонных ночей, за пару дней до поездки в Хогвартс, характеристики мои выглядели так:

Здоровье (состояние тела\объем праны) ____________________341/341

Мана (усталость разделов мозга\напряжение магканалов) _____304/304

Сила (развитость тела, мышц, связок)________________________29

Скорость (скорость обработки информации\отклик тела)________22

Разум (когнитивные способности, память)____________________31

Сила магии (развитость и пропускная способность)____________32

Контроль магии (точность дозирования)______________________22

Цифры, безусловно радовали, однако смотря на себя, я понимал, что что — то это странное. Я не бегал тысячи кругов, не читал тысячи ненужных книг и не получал достижений. Все, что я реально «качал» это «сила магии», притом, в основном, решая попутные задачи. Остальные характеристики росли за счет «качественного изменения». И, видимо, никаких «порогов развития», кроме как у меня в голове, не предвидится. Хочешь — делай, не хочешь — не делай. Вспомнил я Шлягена с его «пороть», вот уж и вправду, великий педагог, однако. Похмыкал я и пошел в Косой, надо было обновить гардероб.

Зашел не к осмеянной поверенным Малкин, да и не в превозносимый фанфиками «Твилфитт и Таттинг». Поверенный резонно заметил, что одно недостойно обеспеченного мага, второе чрезмерно и показушно для студента. Так что зашел я в рекомендованную лавку «Юный чародей».

Ну что могу сказать, мой прапрадед, возможно оценил бы эту моду как излишне смелую и инновационную. Впрочем, рубаха, жилет и брюки тут были, да и привлекал такой набор несколько больше, нежели стандартные двойки — тройки. Да и мантии были разных фасонов, так что взял я комплект близких к короткому плащу, с возможностью носить как накидку.

Стандартные же, «академические» мантии нужны были лишь на торжественных и официальных мероприятиях.

Напоследок, задумался перед стойкой с тростями. В принципе вполне уместный аксессуар, да и, подозреваю, конфликты будут. А консультант обрадовал тем, что весь ассортимент содержит полость, как пустую, для палочек, что я счел излишним, так и с различным холодным оружием. От шпаги до стилета. Кроме того, когда я заинтересованно разглядывал трехгранный клинок, сантиметров двадцати в длину, продавец шепотом предложил «клинок из гоблинской стали, не палочка, но оглушающее и связывающее достойный маг применит без труда». Так что выходил я из магазина в новом гардеробе и с тростью.

Которой не преминул воспользоваться: на самом пороге лавки меня ослепила яркая вспышка, на которую я вполне естественно ответил ударом. Послышался звон и нехорошие слова в мой адрес, так что быстро проморгавшись, не без помощи метаморфизма, я шагнул к агрессору, намереваясь дать понять все глубины его заблуждений.

Впрочем, планы праведной мести были прерваны. Передо мной стоял невысокий мужчина, в зеленом котелке, с боку его подпирала дама, которая нанесла моему чувству прекрасного сокрушительный удар: совсем невысокого роста, одетая в нежно — розовое, обтягивающее жировые складки по всему её тельцу, платье. От окончательного безумия и кровавых слез спасало то, что поверх обтягивающего ужаса была накинута мантия, не позволяющая окружающим узреть носительницу во всем великолепии. Впрочем лицом дама также не была эталоном красоты, но это было и неважно, очевидно, это была Амбридж, секретарь министра. А мужик в котелке, очевидно он.

— Отменная реакция, мистер Поттер, — с улыбкой, но равнодушием в глазах начал носитель котелка, — иной раз я сам хотел бы поступить так же, с излишне назойливой репортерской братией, — смерив недобрым взглядом атаковавшего, уже очевидно — фотографа, министр продолжил, — Позвольте представится, министр магии, Корнелиус Освальд Фадж и моя, — указал котелок на сопровождающую, — помощница, Долорес Джейн Амбридж, — последняя с такой же фальшивой улыбкой исполнила книксен, порадовав меня видом переваливающихся жировых складок, — мистер Поттер, мне бы хотелось с вами поговорить, пройдемте, — развернулся чинуша, и двинулся к близлежащему кафе.

Видимо, ожидая, что я брошусь за ним сломя голову. Впрочем, здраво рассудив, я последовал за ним, правда неторопливо, постукивая тростью.

В кафе Фадж расположился с помощницей, пригласил меня к столу, а сделав заказ начал излагать суть дела:

— Мистер Поттер, скажите, вы встречались последнее время с Сириусом Блэком? — собственно от вопроса я изрядно офигел, листы с этим именем и разбойного вида рожей нередко встречались на лавках Косого.

— Нет мистер Фадж, — ответил я, — а собственно, позвольте узнать, с чего я должен встречаться с разыскиваемым преступником? — ну и мимикой обозначил, мол, какого хрена, вдобавок, меня об этом спрашивает министр.

— Видите ли, мистер Поттер, Блэк в последние месяцы, согласно отчетам служителей Азкабана, постоянно твердил: «Гарри, его надо найти, надо к нему», — ответил министр.

— И он, видимо, хочет меня убить? — прозорливо произнес я. Впрочем спич мой был встречен двумя полными офигения взглядами.

— С чего вы это взяли, мистер Поттер? — продолжая офигевать спросил министр, — Блэк был дружен с вашими родителями, даже связан с вами каким то магловским ритуалом, — Амбридж зашептала Фаджу на ухо, — да, крестный отец, кажется. Благодарю, Долорес. Так с чего бы ему вас убивать?

— А разве он не последователь Того — кого — нельзя? — уточнил я, вызвав еще больший офиг и поматывание головой, — А, простите, за что он тогда сидит?

— Нападения в местах проживания маглов, — ответила мне Амбридж, — повлекшие за собой как жертвы среди них, так и нарушение статута. Нападение и убийства магов, заведомо не принимавших участие в войне.

— Простите, уважаемые, а не могли бы вы вкратце описать мне ситуацию, — фигел уже я, — боюсь меня ввели в заблуждение.

Собеседники переглянулись, кивнули, и выдали мне такую информацию. Несмотря на принадлежность к «реформистам» как называли противников алтарей, Сириус обладал всем букетом свойственных Блэкам особенностей. А увидев мертвого друга и его супругу, «им овладело фамильное боевое безумие», как выразился министр. Петтигрю он догнал, и взорвал, это факт, о чем я несколько раз переспрашивал. В процессе догонялок и его финале перебив кучу народа. Впрочем, за это он бы смог откупиться или отделаться не столь долгим сроком. Но Сириус продолжил, и успел, прежде чем его скрутили, вырезать несколько семей «алтарщиков». Впрочем, тут победа «реформистов» сыграла ему на руку, так что отделался он всего двадцатью годами.

На резонный вопрос, а причем тут я, при всем описанном, помогать Блэку я не буду, однако, отдавать в руки правосудия друга родителей, мне видится несколько неправильным, министр поморщился и заявил: мол хрен с ним, с Блэком. Шестнадцать лет отсидел, пускай гуляет. Однако, нужна явка с повинной и раскрытие тайны, как он сбежал из Азкабана. Причем, при мне, министр без каких бы то ни было просьб с моей стороны, клятвой подтвердил, что нахер ему Блэк не сдался.

Прифигев от вышесказанного, я заверил собеседников, что увижу — так сразу передам. После чего министр с помощницей откланялись, хамски не оплатив счет. Впрочем фиг бы с ними, не обеднею от пары кружек чая.

Вот прям как — то странно, думал уже дома я. А вообще, при подобных раскладах, может нафиг Блэка? Хотя надо самому разобраться. Да и может он и не появится, то что тут, как выразился Уд «неканон» я уже не раз убедился.

На следующий день был традиционный день закупок к Хогвартсу, как по мне — дурацкая традиция всей толпой закупаться за день до занятий. Впрочем, многие соблюдали и Уизли были среди них. Правда, не без моего вмешательства, на плечи мистера Уизли ложилось обеспечение одного Рона, который не самым доброжелательным взглядом смотрел на закупающихся братьев и сестру.

Подходить я к ним не стал, в общем и правильно, видимо, сделал: сам мистер Уизли приветливо, хотя несколько рассеянно кивнул и улыбнулся. Молли поджала губы, но все же кивнула, Рон покраснел рожей и с не самым благожелательным видом отвернулся. Впрочем близнецы, как и Джинни, приветливо помахали мне руками.

Грейнджер я за покупками не заметил, впрочем были другие знакомые: белобрысые рожи, Малфои собственной персоной. Полюбовались на меня с неприязнью все втроем, причем Нарцисса как бы не с большей, нежели мужская часть семейства. Впрочем фиг бы с ними, старший увидев мою трость порадовал пусть секундным, но растерянным выражением лица. Быстро собрался, выкатил губу сильнее и нос задрал выше, но я‑то все видел.

Ну, а прибыв домой я уснул, решив отоспаться перед поездкой без зелий и метаморфных надругательств. Впрочем проспал я не больше часа. С первого этажа раздался звон разбитого стекла.