Помоги проекту - поделись книгой:
“Хм, а он прав, — заметил филин. — Ничего критичного, но так и правда будет лучше”.
Закончив схему будущих работ, мы вышли из штолен — оказалось, уже темнеет.
К счастью, до города ехать было недалеко. Я заглянула в небольшой ресторанчик — поужинать — надеясь, что никаких нежелательных лиц не встречу. Возможно, мои охранники пустились на поиски. Наверное, им и в голову не пришло, что я могу вновь отправиться на рудник.
Грядущее важное и, чего уж скрывать, опасное дело, не давало мне покоя. Я хотела было поехать в гостиницу, но решила ещё раз всё перепроверить. Даже уселась в кабинете отца — медитировать. Вокруг было тихо — сосредоточение пришло быстро — и под конец я полностью уверилась в том, что справлюсь.
Вот только незадача: уснула я за столом, повторяя последовательность действий и тренируя пальцы в рождении мелких искр, а не огненного безумия.
— Лиэса О’Кин! Вы тут? — позвал меня управляющий с утра.
Он деликатно постучал. Я вскинулась, отлепила от щеки схему расщелин и, быстро пригладив волосы, открыла ему дверь. Керней оценил взглядом мой помятый вид, кашлянул и пробормотал, потерев себя пальцами по щеке:
— У вас тут…
Что там у меня? Я кинулась к ридикюлю, выхватила зеркальце: вот же чёрт! Часть схемы прекрасным образом отпечаталась у меня на коже. Я была сейчас похожа на растресканную фарфоровую куклу. Но, к счастью, в конторе нашлось что-то вроде спирта — я быстро убрала следы ночного отдыха и направилась к штольням.
Хорошо, что со мной нет охраны: так я чувствую себя гораздо свободнее.
Сегодня утро выдалось ясным, даже тёплым. Это немного поднимало настроение, будущее виделось если и не в радужном свете, то хотя бы вполне оптимистичным.
— Может, пойти с вами? — уточнил управляющий у самого входа.
Несколько рудокопов, которые крутились поблизости, тоже изъявили желание помочь.
— Нет, не нужно. Мне нужна сосредоточенность. Помочь вы ничем не сможете, будете только отвлекать.
— Если что, мы снаружи! — предупредил Керней.
“Не бойся, Еся, я рядом и не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Если вдруг всё начнёт рушиться, мы всегда можем закрыться магическим щитом.
Это обнадёживало.
Вместе с филином, которого никто не видел, мы спустились в штольню. Отсюда уже вынесли всё лишнее. Я развернула слегка поплывшую схему и, растерев руки, приступила к последовательному вскрытию полостей с газом.
Несмотря на подготовку, это оказался тот ещё ребус. Мне мгновенно стало душно, показалось, воздух из штольни весь куда-то подевался. Было жарко, неудобно, когда приходилось вставать на колени, чтобы найти лучший угол воздействия. Но вот, примерившись, я запустила пламя в одну полость, на всякий случай отбежала подальше и отгородилась щитом.
Взрыв был ощутимым, но неопасным. В стороны полетели камни — и в стене осталась солидная “вмятина”.
“Хорошее начало! — похвалил Гугл. — Теперь всего лишь с пару десятков таких полостей и мы вскроем жилу”.
— А ты умеешь подбодрить, — хмыкнула я.
Но дальше дело и правда пошло быстрее. Я натренировалась, научилась выпускать ровно нужное количество магии и в правильном направлении. Правда, случались и осечки — к счастью, не фатальные. Однажды шандарахнуло так, что только щит уберёг меня от ударов булыжниками и оглушения.
Штольня не обрушилась — уже хорошо. А я решила, что буду ещё аккуратнее.
Осталось всего лишь шесть крупных полостей, которые нужно было вскрыть последними. Я осторожно опустила руку в образовавшийся после предыдущего взрыва провал, нащупала нужную трещину.
“Давай!” — скомандовал Гугл.
Я выпустила огонь. Он, словно ящерица, прошмыгнул в узкий промежуток между камнями. Внутри что-то завыло — мы привычно отошли в сторонку… Ба-бах! Осколки камней врезались в упругий пламенный щит.
Выдохнули — дальше.
Но едва я приблизилась к стене на несколько шагов, как поняла, что-то не так. Где-то сбоку совершенно необъяснимо зашипело, запахло палёным. Пока я озиралась, пытаясь понять, что горит — не похоже на газ! — очередной напряжённый рокот в камнях возвестил о том, что сейчас мне придётся плохо.
“Назад!” — заверещал Гугл.
Прочь от стены! Но, кажется, было уже поздно. За спиной грохнуло так, что меня опрокинуло на колени. Я даже не успела выстроить щит, чтобы смягчить удар. В ушах зазвенело, в горло забилась пыль, а перед глазами упал чёрный занавес — и я мгновенно потеряла сознание.
Всё то время, что я была “в отключке”, тьму в моей голове рассекали размытые в движении огненные сполохи. Больше ничего — но хотя бы это давало надежду, что я жива.
Наконец темнота рассеялась под напором света, что пробивался сквозь веки. Глухота прошла, и я начала слышать посторонние звуки.
Первым — встревоженное верещание филина.
“Есенька! Еся, — его тепло согрело половину лица. — Наконец-то! Ух, я испугался, едва не облысел!”
Я помотала головой и поняла, что лежу на удобной постели. Судя по знакомому запаху — в своей комнате. Рядом кто-то бормотал, как будто боялся меня потревожить.
— Шахта не обрушилась? — спросила я у филина.
“Ты о себе думать должна, а не о шахте! — проворчал тот. — Нет, не обрушилась, иначе нас с тобой вряд ли нашли бы так быстро. Но работников, к счастью, насторожил слишком сильный взрыв, и они прибежали на помощь”.
— Неужели мы с тобой ошиблись?
“Нет, дорогая моя, — ехидно ответил Гугл. — Мы с тобой молодцы, сделали всё правильно. А вот кое-кто та ещё сволочь!”
Тут-то меня и подбросило на постели так, что я села. Правда, ощутимый кирпич в голове, тут же потянул её назад. Но сидевший в кресле у окна Молан всё равно вздрогнул.
— Эйли! — он встал и подошёл. — Слава Небесам, всё обошлось!
Он позвал служанку, та принесла воды и по моей просьбе отправилась набирать ванну — всё тело словно коркой застыло. Хотелось “отмокнуть”. Когда с суетой было покончено, Молан вернулся к разговору:
— Мы тут все перепугались, когда Керней привёз тебя всю в пыли, саже и без сознания! Честно говоря, я сначала подумал худшее. Но оказалось, что завал после взрыва был небольшой, его уже расчищают, а тебе чудом удалось не оказаться под камнями.
— Да, это очень удачное стечение обстоятельств, — я потрогала гудящий затылок.
— Как тебе вообще пришло в голову подрывать газ? Кто тебя надоумил?
— Высшие силы, — ответила я туманно.
“Вообще-то я успел выстроить защитный купол, — оправдался Гугл. — Тебя хотя бы не засыпало”.
— Спасибо, пушистик!
Тот ожидаемо заворчал, но без злобы — скорее для вида.
— Что ещё говорил Керней? — вновь обратилась я к Молану.
— Что виновата в обрушении была не ты, — к счастью. Кто-то заранее заложил алхимический взрывной заряд, — он раздосадовано вздохнул. — И он сработал в определённый миг.
— То есть либо меня хотели убить, либо хотели обрушить штольню, чтобы помешать добраться до жилы?
Молан согласно покивал.
— Кто знал о скоплении газа?
Я задумалась. Соображалось пока туго.
— Во время нашего разговора с Кернеем, рядом были несколько работников. Им велено было молчать и не обсуждать услышанное с другими. Так что кто-то из них под подозрением в первую очередь.
— Я разберусь, — отрезал “отец”. — Я давно подозревал, что Уэн Мактал мог подкупить кого-то из работников, чтобы тот докладывал ему обо всём, но вычислить никак не удавалось. Теперь круг сузился.
Это хорошо, хоть и ничего не гарантирует.
— Самое важное: жила вскрылась? — я нетерпеливо поёрзала на месте.
Не могли же мои страдания окончиться ничем!
Глаза Молана тут же загорелись, а губы растянулись в довольной улыбке. В общем-то, он мог уже и не отвечать — по его виду всё стало понятно.
— Да! Такая жила — жирнее не найдёшь. Чистейший солид, без примесей, даже очищать почти не нужно. На аукционе его оторвут с руками по приличной цене!
— Так это же просто отлично!
Молан подался вперёд и обнял меня — крепко и в то же время бережно.
— Спасибо! — прошептал мне в волосы. — Честно говоря, я и не думал, что когда-то меня спасёт собственная дочь.
Стало немного горько от того, что я всё же не Эйлин. Где же её носит? Может, однажды я это узнаю.
— Постой! — я отстранилась и посмотрела в окно. — Какой сейчас день? И сколько времени?
Солнце стояло уже высоко, и пока не было понятно, сколько прошло с момента взрыва.
— Дорогая, ты была без сознания почти сутки. Сейчас… — Молан взглянул на карманные часы, — полвторого.
— Полвторого! — завопила я, вскакивая с постели. — В три часа встреча акционеров в “Красном мече”! Светлые Небеса, я же опоздаю!
— Я могу съездить, — возразил “отец”, наблюдая за моими хаотичными перемещениями по спальне.
— Нет уж! — я остановилась, воздев палец в потолок. — Это дело, так сказать, и моей чести тоже. К тому же, думаю, вряд ли встреча с этими малоприятными мужчинами, и уж тем более Уэном Макталом, пойдёт тебе на пользу.
Голова ощутимо потрескивала, но пришлось найти в себе силы проглотить то ли поздний завтрак, то ли уже обед, и собраться — при помощи камеристки, конечно. Сама так скоро не успела бы. И вот ровно в назначенное время я села в экипаж — на сей раз с охраной — и покатила в город. Проезжая через площадь, сверилась с часами на башне ратуши — успеваю!
Но вот у входа в клуб меня ждало неожиданное препятствие в виде широкого, словно старый диван, охранника.
— Леди внутрь нельзя! — отрезал он, как только я весьма вежливо попыталась пройти.
И даже угрожающий вид Кифа и Лью не смог его переубедить.
— Но мне очень нужно! — я попыталась обойти его сбоку, но он, словно умелый вратарь, отражал все мои атаки.
— Говорю же, нелья! — настоял, легонько оттесняя меня от двери.
— Пропустите леди! — грозно пророкотал Киф. — Сказала же, у неё там очень важные дела!
— Это мужской клуб! — чуть повысил голос громила.
Ну не монастырь же! — возмутилась я мысленно.
— А мы кто? — вступился Лью. — Мужчины и есть. Мы присмотрим за лиэсой, всё будет в порядке.
И пока самцы выясняли, ху из ху, я быстро проскочила мимо “дивана” и юркнула в дверь. Возмущённый рык охранника догнал меня в спину, но тут же заглох, когда Киф и Лью вместе на него навалились. Надеюсь, не подерутся.
Я нервно поправила шляпку и перчатки, слегка теряясь в этом царстве табака и хмельного. Тут проходили самые важные встречи, заключались сделки и пари. Кто-то приходил просто сыграть в карты и отдохнуть от тягот семейного быта.
И правда — ни одной женщины в поле зрения!
Уверенно шагая, я прошла дальше — и, ей богу, даже музыка стала чуть тише — не говоря уже о том, что все смолкали при виде столь необычного посетителя. Со всех сторон раздавалось заискивающее “Добрый день, лиэса!”
Я даже головы не поворачивала — выискивала группу нужных мне мужчин. Вот они! За резной перегородкой, что отделяла большой стол от остального зала. Они явно что-то праздновали: шумели, хохотали и не забывали о возлияниях. Стол был завален едой, заставлен напитками.
Меня тут не ждали!
— Добрый день, лэсы! — громко проговорила я, привлекая к себе внимание.
Все повернулись ко мне. Лица тут же помрачнели — но ненадолго.
— А вы умеете добиваться своего! — весело заявил пузан. — Но, боюсь, с новостями опоздали. Сделка уже заключена. И акции проданы.
Как?! Нет, как так могло случиться?
Я подошла и выдернула из жилетного кармашка худощавого акционера часы. Трёх ещё нет!
— Вы нарочно обманули меня?! — в груди всё так и забулькало жидким жаром. Как будто вулкан проснулся. — Назвали не то время, чтобы спокойно продать акции этому мерзавцу! Скажите, вам самим не противно? Он же плюёт на вас, как на мостовую под ногами, а вы…
— Простите, лиэса, — раздалось за моей спиной. И все взгляды тут же прилипли к тому, кто там стоял. — Не скажу, что слово, которым вы меня назвали, справедливо. Да и плевать ни на кого я, кажется, не собирался.
Я похолодела вся — от макушки до пяток — покрылась гусиной кожей от этого непередаваемо знакомого тембра. Этого не может быть!
Медленно повернулась — Двэйн Ардер улыбнулся и отсалютовал мне бокалом.
— Что вы тут делаете вообще? — я пошла в наступление, вынуждая его чуть попятиться. — Что это за шутки?
— Никаких шуток, Эйлин, — он пожал плечами. — Я купил все выставленные сегодня на продажу акции “Солид Унио”.
Поделиться книгой: