Помоги проекту - поделись книгой:
По сей день я храню о нем самые теплые воспоминания и с особым чувством, я бы даже сказал с гордостью, храню международные водительские права, полученные в далеком Бангкоке. Как память о тех днях, полных дорожных приключений. Я писал ранее, что уже на втором занятии мой инструктор «отправил» меня «на растерзание» в густой поток автомобилей; нашей защитой служила лишь его… нога в черном носке, стоящая на моей ноге, не понимавшей в то время разницу между сцеплением, газом и тормозами. Да, это был мужественный человек. Только в одном он не смог убедить меня — в необходимости приобрести автомобиль. Может быть, поэтому, приехав на родину, я не стал подтверждать свои международные водительские права. По до сих пор я храню их вместе с визитной карточкой моего инструктора, который знает о Сметане, Дворжаке и Чехословакии.
Бангкок, если верить рекламным проспектам, — знаменитый центр ночной жизни, многочисленных «массажных салонов», «турецких бань» и отелей, славящихся красивыми горничными-тайками, которых гораздо больше, чем указано в проспектах. Но что же на самом деле скрывается за вывеской этих заведений? И здесь встает целый ряд проблем, заслуживающих серьезного социального анализа. Может быть, поэтому тайские социологи пока еще не нашли однозначного их решения.
Таиланд — страна с относительно короткой историей явления, называемого «западным образом жизни», разумеется со всеми соответствующими «атрибутами». Бангкок довольно быстро превратился из азиатского города в космополитичный; постоянное присутствие иностранных туристов и американских войск[9] сыграло далеко не положительную роль.
Отметим, впрочем, что в Таиланде проституция официально государством не признана, но терпима. В Бангкоке нет публичных домов, однако ряд столичных отелей «исполняет» их функции. В 1970 году в Таиланде было зарегистрировано около 2500 заведений, «работавших» как публичные дома, и около 170 000 проституток. Время от времени в газетах появлялись статьи, критикующие проституцию, призывающие возродить высокие нравственные традиции тайского народа.
Было бы ошибкой считать, что Бангкок — город пороков, соблазнов, приманок и сомнительных развлечений. Тайцы, которые без оглядки заимствуют современную западную технологию, перенимают и «западный образ жизни», нравится он им или нет, причем порой отнюдь не самые привлекательные его стороны, например ночные клубы, ставшие одной из достопримечательностей таиландской столицы.
Ночной клуб в Бангкоке представляет собой кафе или дансинг с девушками-«собеседницами» — вроде японских гейш. Есть ночные клубы, работающие под дискотеки, они более дешевые; здесь собирается в основном молодежь — об этом можно догадаться по мотоциклам, оставленным у входа. На мотоциклах (наиболее дешевый вид транспорта в Бангкоке) ездит в основном молодежь. И наконец, ночные клубы «самой высокой категории»; у входа стоят машины различных марок, иногда с шофером. Здесь звучит тайская или евро-американская музыка. В ряде ночных клубов работает варьете, неофициально разрешен стриптиз. Посетителей клуба развлекают девушки-«собеседницы». Их выбирают с помощью официанта, который деликатно подзывает одну из них, сидящую вблизи оркестра, или с ней самой договариваются многозначительным кивком головы.
Девушки-«собеседницы» служат в ночных заведениях различных категорий. Их время строго лимитировано; за этим следят и так называемый «менеджер» девушки, и она сама. Каждый час она кладет на тарелку (на которой обычно приносят счет) бумажку, означающую, что прошло 60 минут «развлечений».
Среди девушек есть и образованные, и абсолютно неграмотные — в зависимости от категории ночного заведения; одни хорошо говорят по-английски, другие — еле-еле. Они не имеют права покинуть заведение до закрытия; однако «клиент» может увести девушку раньше, предварительно уплатив определенную сумму.
Очень красивы в популярных ночных клубах певицы, но их нельзя приглашать к столу в качестве «собеседниц». Правда, можно попытаться пригласить их на уикэнд, если они свободны от выступлений и проявляют к вам определенный интерес. Однако это бывает крайне редко: их работа приносит им славу и деньги, и они довольно расчетливы, расположение к вам — скорее всего не что иное, как традиционная тайская вежливость. Но если вам все-таки удастся поехать на один из морских курортов Таиланда в обществе известной певицы, следует быть готовым к большим тратам на дорогие подарки и роскошные отели.
Посещение ночных заведений и проведение там времени с приятной «собеседницей» стало чуть ли не образом жизни всех состоятельных мужчин; в большинстве своем это добропорядочные отцы семейств, и посещение ночных клубов они приравнивают к приятной ванне. Мужчины, беседующие друг с другом за кружкой пива, в Бангкоке большая редкость.
Что касается «турецких бань» и японских «массажных салонов», то они представляют собой модификацию сауны, привнесенную в Таиланд из Японии. В Таиланде эти заведения имеют некоторые, с позволения сказать, «особенности». Прежде чем посетитель салопа подвергнется соответствующим процедурам, ему подают список массажисток. Просматривая его, он сам выбирает ту, чьи нежные пальчики, по его мнению, быстрее снимут с него усталость. Если массажистка понравится посетителю, он может пригласить ее куда-нибудь. Разумеется, в со выходной день.
Все, о чем я рассказал, типично не только для Бангкока, но и для других городов Таиланда. Взять, к примеру, Корат.
Двести лет назад Корат был незначительным приграничным городком, защищавшим страну от нападений врагов. И по сей день он остался провинциальным городишком, с той лишь разницей, что Корат стал крупной американской военной базой; там постоянно находится около тысячи солдат. Корат стал притягивать торговцев, мелких предпринимателей, в городе выросли магазины и лавки, закусочные, рестораны, дневные и ночные заведения. Если в Бангкоке публичные дома тщательно замаскированы, то в Корате они работают открыто. За несколько лет в Корате сосредоточилось около 5000 «собеседниц». Они работают в барах, ресторанах в качестве «хозяек», официанток, продавщиц и не скрывают своей «профессии», просиживая в баре все дни и ночи. Они тщательно следят за своим здоровьем, регулярно ходят на врачебные осмотры, однако процент венерических заболеваний в этом районе не уменьшается.
Все приезжающие в Корат знают, что большинство из «собеседниц» — проститутки; впрочем, их так и называют. Они сами избрали это занятие, приехав сюда из горных деревень или с побережья, не имея никаких шансов получить какую-нибудь другую работу.
Однако в Таиланде встречаются женщины, так сказать, другой «категории». Эти женщины живут (иногда даже по нескольку лет) с одинокими иностранцами, работающими в Бангкоке, и выполняют при них роль так называемой «хозяйки», или с местными семейными, довольно состоятельными мужчинами, становясь для них «второй», или «побочной», женой. «Вторую» жену не каждый может содержать: надо нанимать для нее квартиру, платить за ее наряды. Если мужчина уделяет своей «даме» меньше внимания, чем она требует, или мало платит ей, она находит себе другой «источник» удовольствий и денег.
Однако приходит время, когда «вторая жена» приедается, и женщина оказывается в затруднительной ситуации: найти другого мужчину не так-то легко. Не каждый состоятельный таец согласится взять на содержание женщину, которая «надоела» другому. Так что для покинутой женщины только один путь — в ночное заведение.
Именно по этой причине таиландские женщины пред-почитают временное сожительство с иностранцем, где они выполняют роль «хозяйки», любовницы, «собеседницы», «попечительницы». Правда, женщина должна соблюдать определенные «правила игры», а именно хранить верность своему сожителю, т. е. не изменять ему даже в том случае, если это сулит ей немалые деньги. Удивительно, но женщины соблюдают эти правила; они экономно ведут хозяйство, часть денег откладывая себе на приданое на случай, если когда-нибудь выйдут замуж; часть сбережений они отдадут своему мужу, демонстрируя качества бережливой хозяйки.
Когда пребывание иностранца в Таиланде заканчивается или его по тем или иным причинам отзывают из страны ранее, чем он предполагал, он обязан позаботиться о своей «собеседнице»; как правило, он рекомендует ее другому иностранцу, одинокому, нуждающемуся в заботе, ласке и домашнем очаге.
Один мой коллега из Северной Европы в течение почти пяти лет своей работы в Таиланде наслаждался обществом прелестного создания с миндалевидными глазами. За это время он научил ее прекрасно говорить по-английски, на котором ранее она едва могла произнести пару слов.
— Чему мог научить ее американский майор, с которым она жила за полгода до меня, еще к тому же с ужасным произношением? — говаривал мой коллега. Тем не менее то обстоятельство, что девушка-«собеседница» перешла к нему от майора, свидетельствовало о ее принадлежности к «высшей категории» женщин подобной профессии.
Мой коллега не скрывал, что за время своей жизни в Таиланде в обществе прелестной тайки, к тому же отличной хозяйки, он скопил значительную сумму, которую наверняка промотал бы на сомнительные развлечения, ведя безалаберный образ жизни. Накануне отъезда он договорился со своим приятелем, не раз составлявшим ему партию в гольф или бридж, что тот позаботится об оставленной девушке.
Таким образом, ситуация в этой области довольно сложна, и решение ее потребует от страны немалых усилий. Анализируя эту проблему в официальной печати, тайские социологи пришли к выводу, что для решения ее необходимо устранить прежде всего социальные причины. Однако до сих пор эта проблема остается нерешенной.
Что ждет Таиланд в будущем? Понятие времени в Юго-Восточной Азии относительно. В тайском языке, имеющем довольно простую грамматическую структуру, выражение «то чи» означает одновременно и «завтра», и «будет», и «через час», и «через год». Оно просто означает будущее время…
16. ЧАЙ, ЦВЕТЫ…
Иностранец, впервые приехавший в страну с жарким тропическим климатом, сталкивается с довольно трудной проблемой: он поглощает огромное количество прохладительных напитков, но чем больше он пьет, тем больше потеет, а прохладительные напитки даруют обманчивую иллюзию утоления жажды лишь на полчаса. Местные жители благодаря многолетнему опыту пришли к заключению, что единственное средство от жажды — это… горячий чай.
В Таиланде чай пьют по любому случаю; он просто необходим при дегустации острых блюд тайской кухни. Напиток этот довольно приятен на вкус и освежает, а это главное.
Чай — наиболее дешевый напиток для тех тайцев, которым не по карману кока-кола и содовая вода; чтобы приготовить чай, с раннего утра они выставляют перед своими деревянными лачугами большие глиняные миски, куда собирается дождевая вода.
Древняя легенда о появлении чая в Азии повествует о девушке, так полюбившей одного юношу, что она пожертвовала своими веками, чтобы прогнать сон и всю ночь смотреть на своего любимого. Но любовь ее осталась безответной, и она умерла от горя, а на месте ее гибели вырос куст, листья которого напоминали веки, а отвар из этих листочков отгонял сон.
Менее «романтические» сведения говорят о том, что китайский чайный куст Thea sinensis, родиной которого являются Юго-Восточная Азия и южная часть СССР, произрастает в Китае, Японии, Индонезии, Индии, Грузии и в Шри Ланке, т. е. в основном в Азии, хотя он проник на все континенты и разделил человечество на любителей чая и кофе.
Чайный куст может расти на высоте около 2000 метров над уровнем моря и покрывает шарообразными кустиками обширные плантации. Урожай чая снимают уже с трехлетних кустов; листочки собирают иногда три раза в год. Наибольшую ценность представляют нераспустившиеся листочки на верхушке куста. В Индии и Шри Ланке обычно собирают два листочка с одним нераспустившимся, а в других странах (в Таиланде в том числе) ценятся нераспустившиеся бутончики с одним распустившимся листочком. Из них получают лучшие сорта чая — «пекко», «сучонг» или «конго».
Народная мудрость гласит, что лучшие сорта чая нужно собирать в перчатках, чтобы на его нежные листочки не повлиял запах человеческой кожи.
Сорванные листочки подвергают обработке не позднее чем через день после сбора. В первую очередь их сушат на проволочных сетках. Они теряют почти четверть веса. После сушки их упаковывают в коробки. Как сбор, так и расфасовка чайного листа большей частью механизированы.
Различные сорта так называемого зеленого чая обрабатываются несколько иначе: его дольше сушат в металлических чашах, непрерывно помешивая. Черный чай, наиболее популярный в Европе, получается путем ферментации, в результате которой возникает неповторимый чайный аромат благодаря эфирным маслам, содержащимся в чае; в зеленом чае они практически отсутствуют. Ферментация проходит следующим образом: на деревянном или каменном полу раскладывают скрученные листочки чая слоем почти 15 сантиметров и покрывают их влажной тканью; температура не должна превышать 40 °C. Процесс ферментации длится от двух до восьми часов; за это время листочки приобретают цвет темной меди; потом их сушат при постоянной вентиляции над древесным углем. Листочки постепенно чернеют, и, наконец, их просеивают через сито.
После ферментации и сушки получают чай, который для человека, не привыкшего к такого рода чаю, кажется слишком черным и потому необычным. Однако такие сорта очень популярны в Англии, славящейся своими традициями приготовления чая.
Некоторые сорта чая, особенно зеленого, смешивают с цветками жасмина, апельсина или магнолии. Чай содержит множество компонентов, влияющих на его вкус, запах, пнет и тонизирующие свойства. Это прежде всего дубильные вещества (их в чае 10–25 %) и кофеин (1–4,5 %). Кофеина в чае содержится больше, чем в кофе, и благодаря присутствию других компонентов его легче выделить.
Способ приготовления чая и чайная церемония — это уже вопрос национальной традиции. Чай пьют горьким или сладким, с молоком или маслом, его заваривают в металлической посуде типа самовара либо в фарфоровом чайнике, а пьют из фарфоровых чашечек и стеклянных стаканов или потягивают из блюдца.
Во время моей работы в Таиланде я как-то разговорился о способах заваривания чая со своими коллегами из Индии, Индонезии и Непала, то есть из стран, славящихся древнейшими традициями заваривания чая. Присутствовали и коллеги из Таиланда. Сам того не желая, я вызвал оживленную дискуссию, посвященную чаю, а закончившуюся тем, что мне пришлось отведать чай, заваренный различными способами. Правда, я не обнаружил никакой разницы. Лично я считаю, что искусство заваривания отличного чая заключается в том, что фарфоровый чайник необходимо предварительно ошпарить кипятком, чай залить кипящей водой и подержать чашечку над паром; чай только заваривают и ни в коем случае не варят. Заваривание чая длится недолго. Если его передержать, то из чая испаряются дубильные вещества и он приобретает горький вкус. Правильно заваренный чай, говорил мне мой коллега из Индии, должен благоухать, как душистые благовония в храме Шивы; и иметь золотисто-коричневый цвет — цвет кожи яванских танцовщиц — так считал индонезиец; его нужно пить из чашечки такого тонкого фарфора, чтобы сквозь псе можно было наблюдать заход солнца, — таково было мнение непальца. А таец, истинный патриот своей страны, добавил, что чай должен вызывать блаженство, как улыбка тайской девушки.
Да простят меня уважаемые знатоки чая, но лучше всего заваривает чай (кстати, в большом сосуде из химического стекла) мой коллега, работающий в одной из пражских лабораторий. В Азии он никогда не был, у него нет там даже знакомых, с которыми он мог бы проконсультироваться о способах заваривания чая, однако уверен, что особый, неповторимый вкус его чая объясняется тем, что он никогда не смывает коричневый осадок со стенок сосуда после очередного заваривания. Чем толще слой осадка, считает он, тем чай вкуснее.
Ну что ж, это лишнее доказательство того, что наш технический век посягнул даже на многовековые традиции приготовления чая. А жаль. Вместе с этим исчезает их прелесть и неповторимость. Это касается, впрочем, не только чайной церемонии. И мы, печально вздыхая, порой часто признаемся себе в этом.
…Хотелось бы рассказать еще об одной традиции таиландского народа — любви к цветам и вообще к природе, дарящей, по его мнению, радость и наслаждение. Иностранец, впервые приехавший в Таиланд, чувствует это сразу же по прибытии в страну, когда в аэропорту его увенчивают гирляндой из цветов буалуанга (подобная традиция существует и на Гавайских островах). Буалуанг считается национальным цветком Таиланда, своего рода символом этой страны. Гирлянды плетут не только из буалуанга, но и из других декоративных цветов, не обладающих сильным запахом.
Обилие цветов — характерная черта тропических стран. Для нас они — экзотика, особенно орхидеи, которые очень распространены в Таиланде. А вообще Таиланд — страна с очень красивой природой; в горной части страны шумят живописные водопады.
Тайцы привыкли жить в окружении зелени. У каждого большого или маленького дома — сад с декоративными цветами (чаще всего их выращивают на продажу); в парках можно увидеть ухоженные, искусно постриженные кусты, напоминающие мифических зверей.
На территории многих парков Бангкока можно увидеть прелестные озера, окруженные живописными рощицами из бамбука и банановых деревьев; в озерах растут водяной гиацинт и лотос, а в густой зелени выделяются деревья с большими бутонами огненно-красных цветов — местные жители называют их «огнем лесов», и повсюду пальмы. Пальмы, манговые деревья составляют неотъемлемую часть пейзажа страны, как и рисовые поля, на которых трудятся водяные буйволы; на их широких спинах сидят или лежат и спят, словно в колыбельке, маленькие дети в белых рубашечках. Или ананасовые плантации, где в зеленых листьях, словно в защитных чехлах, зреют душистые золотисто-оранжевые плоды; эти плантации издали похожи на огромную цветную шахматную доску или толпу карликов-монахов в оранжевых одеяниях.
Дуриан в Таиланде считается самым дорогим лакомством — его выращивание довольно трудоемко. Он похож на продолговатую дыню, содержащую желтую кашицеобразную массу с косточками арбуза. «Адский запах — райский вкус» — так характеризует дуриан тайская поговорка. Зловоние (да, да, именно зловоние, даже не запах) дуриана — это отвратительная смесь гниющего сыра и тухлых яиц. Наиболее сильное зловоние исходит от зрелых плодов. Поэтому дуриан нельзя держать в холодильнике.
Кто переборет себя и попробует дуриан, тот будет вознагражден поистине изысканным вкусом этого удивительного плода. Представьте себе нежнейшую смесь творога, банана и персиков. Тайцы считают, что дуриан возвращает бодрость и силы, продлевает молодость, а в период большого урожая дуриана отмечается повышение прироста населения. Но за продленную молодость надо платить, а плод дуриана стоит столько же, сколько 100 бананов. Бананы выращивают в основном на юге страны, однако лучшими считаются бананы с острова Пинанг.
…Тропические джунгли придают природе Таиланда неповторимую красоту. Джунгли — это не лес и даже не девственный лес. Джунгли — это джунгли, со всеми своими удивительными обитателями.
Как-то с приятелями я отправился на «экскурсию» в джунгли.
Мы ехали по шоссе; мимо нас мелькали рисовые поля, река с деревянными домиками на сваях. У каждого домика —
За окнами автомобиля промелькнули городок Чачангсаен (именно там изготовляют квиены), рисовые поля, берега реки, и на горизонте показались очертания зеленых холмов с нависшими над ними муссонными облаками; шоссе начало медленно подниматься в гору, извиваться и наконец уткнулось в сплошную зеленую массу, покрывавшую территорию, равную Чехии (так мне, во всяком случае, показалось). Ее пересекала лишь белая лента шоссе. Вдали еще виднелись деревянные домики на сваях, скрытые в зелени, а потом исчезли и они. Остались только джунгли.
Остановив машину на небольшой площадке на вершине холма, мы вышли. С высоты можно было видеть бескрайнее море зелени, окаймлявшее шоссе непроходимой стеной, где над бамбуковыми зарослями возвышались пальмы и другие деревья, обвитые лианами.
Мы сели на поваленное тиковое дерево и стали слушать джунгли. Облака скрыли солнце. Было душно и жарко, но все-таки в джунглях прохладнее, чем на выжженной солнцем равнине в окрестностях Бангкока.
А из джунглей до нас доносились крики обезьян и птиц, которых не было видно в густых зарослях, слышался визг, стрекот, свист, и вое это сопровождалось пением цикад и писком москитов. Джунгли шумели и в то же время как бы отдыхали. Однако это обманчивое впечатление. Джунгли всегда начеку, как хищник, который, отдыхая, готов к нападению в любую минуту.
И мы, люди разных национальностей, приехавшие с разных континентов, вдруг почувствовали бессилие человека перед бескрайним морем зелени, которое (если за этим не следить) за год может поглотить узкую полоску шоссе.
…Еще долго мы слушали джунгли, пытаясь постигнуть их таинственный мир. Где-то там, в глубине, охотились тигры, шли на водопой слоны, на вечернюю охоту выползали змеи. А на обочине шоссе стояло несколько железных порождений человеческой цивилизации, именуемых автомобилями и пахнущих бензином. Они не боялись джунглей, в отличие от людей, которых джунгли и отталкивали, и одновременно неуловимо притягивали. Это закономерное чувство, когда хочешь познать неведомое.
По-прежнему было очень душно… Над нами уже светила луна; с земли она казалась ничтожно маленькой. Так же, впрочем, как земля с ее джунглями с лупы. А голубые звезды были и того меньше…
16. И В ЗАКЛЮЧЕНИЕ…
О ЛЮДЯХ ТАИЛАНДА
Когда я писал эту книгу, я часто смотрел на ничем не примечательный тополь, растущий перед нашим домом. За тридцать с лишним лет он вытянулся до самой крыши. И маленький скворечник, прибитый к тополю, поднимался все выше. Каждую весну в нем появляются птенцы. Вырастая, они улетают, но обязательно возвращаются. Может быть, они тоже вспоминают о своих путешествиях в теплые страны, о том, что видели, пережили, о том, как прекрасен полет и в голубом небе, и в беззвездной ночи.
Так и люди, которые не только хранят память о чем-то, но и хотят поделиться об этом с другими. Не только впечатлениями, но и просто маленькими и большими радостями, своими заботами, размышлениями. Я часто вспоминаю о стране, где я побывал, и передо мной возникают аэропорты, отели и джунгли.
Но больше всего люди, потому что люди не только граждане своих стран, они к тому же еще и жители вселенной. В чем-то они не изменились с тех времен, когда расселились по всему земному шару. Одни восхищаются красотой и умеют отличить радугу от серой тучи, другие проходят мимо всего прекрасного, что окружает их. Не все способны сохранить чувство юмора и молодость души до самой старости, но мечтают о синей птице, именуемой счастьем…
Во время своего пребывания в Стране белого слона я встречался с немногими таиландцами, но успел полюбить их. Как, к примеру, регулировщика в Бангкоке — его перекресток мы проезжали каждое утро по дороге на работу. Форма ладно облегала его невысокую стройную фигуру; на голове была надета круглая каска, большие черные очки скрывали глаза, а на губах… ну конечно, традиционная улыбка. В тридцатиградусную жару, при сильной влажности он имел совершенно свежий вид (непонятно, каким образом это ему удавалось).
Выразительными жестами, напоминающими плавные движения балерины, он управлял бесконечным потоком автомобилей, торопил зазевавшихся водителей. Однажды в газетах промелькнула его фотография. Стоя на своем посту, он заметил, как молодой парень, оставивший мотоцикл на обочине тротуара, вырвал сумочку из рук засмотревшейся на что-то иностранки. Предупредительный крик улыбающегося полицейского и требование остановиться мотоциклист проигнорировал. Только точный выстрел из пневматического ружья в ногу помешал ему скрыться. С той поры мне казалось, что перекресток нашего регулировщика водители проезжали с особой почтительностью. А он улыбался, стоя под безжалостным бангкокским солнцем.
…Если на свете существует чудо, то нм была Самлуеи. Она была жемчужиной среди «экономок». Кстати, институт «экономок» широко распространен в городах и деревнях Таиланда. К высшей категории относят тех, кто работает у иностранцев; они немного говорят по-английски, честны, потому что дорожат своим местом, отлично готовят блюда тайской, европейской и американской кухни; покупают свежие продукты, и намного дешевле, чем иностранцы, которым приходится покупать их по более высоким ценам в специальных магазинах для иностранцев.
«Экономки» обычно приходят с рекомендацией от семьи, где они до этого работали. Они всегда имеют при себе свидетельство о том, что они не больны никакими инфекционными болезнями. Они исключительно чистоплотны, и труд их оплачивается высоко. «Экономки» типа Самлуеи получают вдвое больше, чем наш знакомый улыбчивый регулировщик; их заработок равен зарплате квалифицированного учителя. Это обстоятельство наводит, конечно, на некоторые размышления.
«Экономки» категории Самлуеи, как правило, содержат многочисленную семью. Получая такую зарплату, они могут позволить себе иметь дома прислугу — обычно это девушка из деревни, для которой место служанки — единственное средство вырваться из деревни, где за ту же работу она не получала бы ни гроша.
У Самлуеи было трое детей. Двое своих и один приемный, сирота. За ними присматривала служанка, пятнадцатилетняя девочка. Мужа она выставила за дверь, когда узнала, что за виски «Меконг» он отдает не только свои последние деньги, но и деньги жены. Все это Самлуеи рассказывала с улыбкой, на ломаном английском языке, однако с достоинством самостоятельной женщины.
Она обычно приходила рано утром в простом, сшитом ею самой платье и с великолепной прической и переодевалась в обычную одежду тайских «экономок»: длинную, до пят, юбку из пестрой ткани — она оборачивала ее вокруг бёдер — и кофточку, которая всегда сверкала ослепительной белизной.
Самлуеи начинала свою каждодневную работу неспеша, однако за день эта женщина успевала сделать великое множество дел.
Хотя Самлуеи было около сорока лет, внешностью и фигурой она походила на двадцатилетнюю девушку; в ней смешалась кровь предков из Лаоса и Китая, и она немного знала эти языки. Самлуеи знала и отлично готовила блюда тайской, китайской и европейской кухни. Одна ее подруга, работавшая в чешской семье, научила Самлуеи готовить жаркое из свинины, кнедлики и сладкие пирожки с творогом.
Она была очень изобретательна, эта плутовка.
…В нашем доме проживала довольно странная пара иностранцев, говорившая по-французски. У них был маленький песик Фифи. Надо сказать, что Фифи был самым уважаемым членом семьи; служанка, приходившая к ним рано утром, здоровалась вначале с супругами и отдельно — с Фифи, говоря ему почтительно: «Доброе утро, Фифи». В ее обязанности входило каждое утро чистить ему зубы пастой и зубной щеткой, а если Фифи изъявлял желание поваляться на траве у бассейна, то она приносила ему туда разноцветные мячики, резиновые игрушки и куклы, чтобы он не скучал. Если хозяева вечером куда-нибудь уходили, она оставалась с ним, чтобы он не боялся темноты.
Самлуеи решила проучить эту пару. Она подговорила детей нашего дома, приехавших из разных стран, и… в один прекрасный день они начали приветствовать эту пару не иначе как «добрый день, господин Фифи» или «добрый вечер, госпожа Фифи». И так каждый день. Вскоре эта пара выехала из нашего дома. Самлуеи и здесь оказалась на высоте.
Последнее известие о ней, правда очень краткое, я получил из новогодней открытки норвежского эксперта, в семью которого она перешла работать. Он сообщал мне, что Самлуеи приготовила такой великолепный праздничный ужин из норвежских блюд, что он напомнил им рождественские праздники в родном Осло. А в Бангкоке была… тридцатиградусная жара.
Бонг. Когда ко мне привели молодого студента и сказали, что его зовут Бонг, то на мой европейский слух его имя прозвучало как удар молоточка по маленькому металлическому гонгу или барабану из традиционного тайского оркестра. У него были коротко стриженные волосы и внимательные глаза. Два курса университета он закончил с отличием. На каникулы он пришел работать в нашу лабораторию. Бонг изучал методы анализа химического состава змеиного яда, выделение тех его компонентов, которые могли бы быть использованы при лечении некоторых болезней.
Работал он с утра до полудня, а вечером занимался переводами с тайского языка материалов для одной зарубежной фирмы. Большую часть заработанных денег он отсылал матери, вдове. Он часто азартно спорил с нами. Бонг стремился познать как можно больше. Он считал, что научный поиск — это нескончаемый процесс познания и те результаты, к которым мы пришли, не являются окончательными и когда-нибудь будут опровергнуты данными, которыми мы пока не располагаем. Истина, к которой выдающиеся умы прошлых эпох пришли уже давно.
Недавно о Бонге написал мне доктор Таит, работавший в университете и делавший, со своей стороны, все необходимое для осуществления нашего проекта. С его помощью мы наладили контакты с научно-исследовательскими институтами и вышестоящими учреждениями.
Доктор Тант стал богатым человеком исключительно благодаря случаю. Его мать оставила ему в наследство дом с огромным садом, через который протекал небольшой клонг. Тогдашняя цена дома была 500 американских долларов. Прошло время, и именно в этом районе стал расширяться торговый центр Бангкока; семья доктора Танта предусмотрительно засыпала клонг, а потом продала участок за большие деньги. Сегодня на месте этого участка стоит один из самых больших универмагов Бангкока. Земельная спекуляция принесла около 100000 долларов доктору Танту. Доктор улыбается… Но его улыбка — не только обычная вежливая улыбка жителей Юго-Восточной Азии, он улыбался потому, что в результате выгодной сделки он обрел спокойствие и уверенность в жизни. В одном из писем Бонг писал мне, что со второго курса доктор Тант оказывал ему материальную поддержку. Так что доктор был не только отличным специалистом, но и человеком, умеющим распознавать и поддерживать истинные таланты.
Ныне Бонг работает в учреждении, соответствующем нашей Академии наук. Во главе этого учреждения стоит мой бангкокский знакомый. Мы часто беседовали с ним о временах, когда он только начинал заниматься наукой.
Он верил в талантливую молодежь и обещал Бонгу в ближайшее время рекомендовать его на курсы повышения квалификации в Прагу — город, который он знал только по фотографиям и по книгам.
Этот человек с увлечением штудировал книги, изучал естественные науки и… жизнь. А потом он… удалился в монастырь на севере Таиланда, где провел несколько месяцев в самосозерцании. Там он постигал философию учения Будды, которое не приказывает, а советует. Он пришел к заключению, что человечество, которое в своем развитии продвинулось настолько далеко, что позволило ему, ученому, производить анализ лунных пород, не может, не должно допустить, чтобы монастырь на севере Таиланда, в котором он мечтал о мире в душе, уступил место таиландской военной базе. Мой знакомый очень много странствовал по белу свету, делил всех обитателей планеты Земля на добрых и злых людей и был убежден, что добрых людей на свете все-таки больше, чем злых.
…Определенно к этой категории людей принадлежал и наш шофер Лерм. У него была многочисленная семья. Он неплохо ее содержал, когда был профессиональным боксером легкого веса. Лерм постоянно находился в полусонном состоянии, он даже мог спать стоя, в углу комнаты. Но, оказываясь за рулем, он тут же оживал.
Ехать с ним в машине было опасно: он считал необходимым почтить все священные места Бангкока, и, когда мы их проезжали, он бросал руль и по-тайски, сложив руки, почтительно приветствовал их. Мы привыкли к этому как к неизбежному злу только спустя несколько недель, однако было забавно смотреть на наших случайных пассажиров, не знавших «привычки» нашего шофера.
В салоне нашего микроавтобуса Лерм каждое утро разбрасывал душистые белые цветы. Хотя он не понимал по-английски ни слова, мне каким-то чудом удавалось объяснять ему, куда ехать. И всегда он был безупречно точен. Свою сонливость Лерм объяснял тем, что ночами он подрабатывал в качестве таксиста. Полагаю, что для этой цели он использовал как нашу служебную машину, так и казенный бензин.
Как-то ему пришлось ждать в машине в безлюдном месте, пока мы закончим официальные переговоры. В них принимала участие и гостья из Франции, оставившая в машине сумочку с документами и значительной суммой денег. Когда мы подошли к машине, Лерм с радостью кинулся к нам и показал неповрежденную сумочку и… огромный нож. С помощью переводчика оп объяснил, что схватился с каким-то бродягой, пытавшимся похитить эту сумочку. После двух-трех ударов вор сбежал, оставив на тротуаре нож. Лерм долго отказывался принять вознаграждение, считая, что он просто «размялся» (ведь оп был профессиональным боксером).
…Одну из наших секретарш звали Кхентхан. Мы не раз задавались вопросом, сколько же она весит — 30 килограммов или и того меньше. По в этой хрупкой фигурке таилась необыкновенная сила. Кхентхан была очень приветлива, прекрасно печатала на машинках с тайским и латинским шрифтом, а вечерами училась. У нее были очень гибкие пальцы — это не редкость у тайских девушек. С помощью правой руки она сгибала средний палец левой руки так, что оп касался верхней части предплечья. Опа всегда смеялась, когда мы начинали считать «один, два, три», загибая пальцы, в то время как тайцы начинают считать с мизинца, разгибая пальцы, что для нас непривычно. Кхентхан училась в вечерней школе и мечтала стать заведующей бюро путешествий в бангкокской авиакомпании. В Южном Таи лайде у нее жила сестра, которую она хотела переманить в Бангкок. Кхентхан встречалась с ней раз в несколько лет: разговаривая, они почти не понимали друг друга — в Южном Таиланде говорят на диалекте тайско го языка, и объяснялись они большей частью с помощью бумаги и ручки.
Я желаю Кхентхан исполнения всех ее сокровенных желаний.
Истинной патриоткой своей страны была доктор Тина. Она работала вместе со мной. Эмансипированная женщина.
Следует отметить, что в Таиланде отсутствует проблема женской эмансипации: женщина занимает равноправное положение в семье и на работе. В университетах, особенно на естественных факультетах, 50 % студентов — женщины. Ну а в торговле они просто незаменимы. Женщины занимают руководящие должности наряду с мужчинами. Штат одного крупного бангкокского банка, за исключением ночного привратника, состоит из… одних женщин.
Доктор Гина происходила из очень обеспеченной семьи, но в отличие от своих коллег, окончивших известные зарубежные университеты, для которых преподавание в родном университете являлось лишь вопросом карьеры, доктор Гина увлеченно занималась наукой и щедро делилась своими знаниями.
Она настойчиво советовала всем иностранцам изучать тайский язык. Тайский язык однослоговый, основан на интонации; например, звук «а» произносится по-разному. Слово «кай» переводится одновременно как «курица», «продать», «дешевый» и т. д. Грамматика тайского языка несложна — нет ни родов, ни склонений. Основной упор делается на спряжение. Некоторые специальные термины не имеют тайского эквивалента и заменяются английскими. В тайском алфавите более 50 букв, напоминающих элементы восточного орнамента.
Всеми этими сведениями о тайском языке я обязан доктору Гине. Она попыталась научить меня правильно произносить название улицы, где я жил. Она называлась Сои Нан Лерт, т. е. улица Господина Лерта, а по-чешски — улица Пана Малого. Доктор Гина смеялась до слез, когда я рассказал ей о своей первой поездке в такси с шофером, ни слова не понимавшим по-английски. Он привез меня на другой конец Бангкока, где была улица… господина Лерта. Она очень заразительно смеялась, хрупкая маленькая Нанг Гина, или госпожа Гина. Кстати, лекции студентам она читала все с той же очаровательной улыбкой.
Я хотел бы еще рассказать о ночных привратниках. В Бангкоке их можно увидеть у любого большого дома. Почти все они — индийцы. Днем они работают разнорабочими. Ночные привратники практически не имеют крыши над головой. Все их имущество — складная постель, противомоскитная сетка и небольшой узелок с одеждой. Они приходят с наступлением темноты, раскладывают во дворе постель, натягивают сетку, отдыхают или дремлют. Однако сразу вскакивают, приветствуя почтительным поклоном — приложив правую руку ко лбу — людей, входящих или выходящих из дома.
Привратники-индийцы живут изолированно и не подлежат налогообложению. Они оставляют семью в Индии и приезжают на заработки в Таиланд на довольно длительный срок, имея на то специальное разрешение таиландского правительства. Однако правом освобождения от налогов пользуются не все иностранцы, которым разрешено работать в Таиланде. Привратники-индийцы получают за свою работу твердую зарплату. Скопив определенную сумму денег, они возвращаются на родину и покупают небольшой участок земли.
Таиландцы — очень веселый, жизнерадостный народ.
Поделиться книгой: