Помоги проекту - поделись книгой:
Робин Штенье
Сны с продолжением
Лес впереди таял, чем завораживал еще больше. Если и в обычные дни он был достоин своего имени — Зачарованный, то во время тумана и вовсе становился нереальным. Там не было драконов и спящих принцесс, дубов-колдунов и избушек на курьих ножках, даже леший отсутствовал. Зато там были эсхи — говорящие разумные белые волки, именно на их языке говорят все маги этой вселенной, а еще там был он, такой же нереальный и сказочный, как и сам лес.
— Тебе пора.
Марина не ответила, просто обернулась к своему спутнику. Тот ждал, понимая, как ей не хочется уходить. Он протянул к ней бледную руку, и через мгновение она почувствовала прикосновение холодных пальцев на своей щеке.
— Скоро рассвет.
И правда, на востоке уже поднималась заря. Утро — это ее кара за отсутствие воли и характера, солнце убьет ее, если застанет здесь, будто книжного вампира Дракулу. Нужно было спешить, и девушка пулей бросилась через лес, забыв обо всем. Оборачиваться на прощанье не имело смысла — Призрака уже не было.
Солнце нещадно било по глазам, но при этом приятно согревало плечи и руки. Жаль, но очки были безвозвратно где-то потеряны — придется после работы купить новые. Марина поправила привычным жестом волосы, улыбнулась охраннику и направилась к лифту.
Там стоял парень среднего роста с соломенными волосами, кажется, синеглазый. Простая хлопчатобумажная майка обтягивала в меру накаченный торс, а оголенные руки выглядели просто шикарно.
«Еще один халтурщик?» — удивленно подумала девушка.
Сама Марина могла позволить себе такую роскошь, как опоздать на два-три часа на работу, потому что начальницей здесь была ее мама. Впрочем, опоздания и бездельничество день изо дня были маленькой местью родительнице, но сейчас это значения не имело. Интересно, кем является этот милашка, раз не побоялся опоздать?
— Вам на какой? — сухо поинтересовался парень, остановив руку напротив щита, не оставляя никакой надежды на легкий флирт.
— Восьмой, — вздохнула Марина. — А у кого, простите за любопытство, так поздно начинается рабочий день?
— Насколько я знаю, в данном Исследовательском центре только у вас, Марина Николаевна, так поздно начинается рабочий день, хотя я не уверен, что он рабочий. Что на счет меня, то я только что из рейда.
Охотник?! Обидно, а ведь такой милый…
Охотники в центре занимали самую низшую классовую ступень. Обычно их набирали из бывших солдат, не желающих продолжать военную службу. В неизвестные районы Кораса первыми отправлялись именно они: уточняли карты, сделанные со спутников; приносили образцы неизвестных растений и даже животных. Кстати, основную часть доходов центр получал от продажи зверей в зоопарки и частные ксено-коллекции, шкур и чучел в музеи, а некоторые меха с удовольствием приобретали ведущие дома мод. В принципе, таких людей нужно было ценить, но из-за их грубости и высокого самомнения хорошее отношение к ним становилось чем-то запредельным.
— В который раз убеждаюсь, что все охотники — хамы, — обиженно потянула Марина, надевая на себя маску избалованной маменькиной дочки. — А вы не боитесь, что после таких заявлений вас могут уволить?
— Буду только счастлив, — не меняя интонации, ответил парень.
И снова Зачарованный Лес. Призрак был явно чем-то озабочен, волки спрятались, будто почуяли неладное.
— Что-то случилось? — испугалась девушка.
Он заставил себя улыбнуться и покачал головой.
— Пока еще ничего.
Они сидели на залитой лунным светом поляне и смотрели друг другу в глаза: зеленые в серебристые. И Марина поймала себя на мысли, что сравнивает его с охотником.
— Я — другой, — снова улыбнулся Призрак, — хотя бы потому, что бесплотен.
Да, действительно, другой. У него были тонкие губы, высокий лоб, бледная кожа. Никто бы не осмелился назвать Призрака красивым, но прекрасным он был несомненно.
— Призраки существуют на самом деле?
— Только для тех, кто слышит и видит.
Она улыбнулась и протянула ему руку. У нее еще никогда не было такого друга, с которым можно о стольком помолчать! Его рука, как всегда, оказалась холодной.
В этот раз на работу она пришла вовремя, чем несказанно всех удивила. Более остальных удивилась ее мать, которая созывала срочный совет руководства. Произошло ЧП: в самую глушь Зачарованного Леса упал транс-лайнер, принадлежащий военным. Конечно же, все люди успели спастись в специальных капсулах, но на борту было какое-то сверхсекретное оружие, готовое в любой момент взорваться. Поэтому военное министерство Коханского региона, а(Корас входил в него, обратилось за помощью в центр, дабы они направили в Лес экспедицию.
— Но у нас нет подходящего специалиста! Кто будет учитывать всю эту метафизику в джунглях?! — бесновался заведующий отделом ксенобиологии, он боялся, что ему придется идти в этот рейд.
— Да, специалиста и правда нет, — подтвердила глава центра Ольга Викторовна.
— Есть, — возразила Марина.
Зал замер. Как смешно они выглядели со стороны! Кто-то морщил нос, гоняя одну единственную мысль по лобной части мозга; кто-то выпучил от удивления, возмущения и злости глаза, став похожим на рыбу.
— Ну, у меня как нужная в данной экспедиции специальность. Единственное, что мне нужно — хороший программист и проводник. У вас есть отличный шанс проверить, что я не только опаздывать на работу умею.
Марина не соврала, она действительно закончила Коханский Университет Метафизики. Это она сделала тоже в отместку матери, за то, что она не разрешила ей поступать в Спиритический, посчитав магию ересью. А ведь у Марины был дар…
— Нет! — твердо заявила Ольга Викторовна.
— У вас нет выбора, — пожала плечами девушка и добавила: — Пусть кто-нибудь принесет мне отчет наших доблестных военных, — и вышла из зала совещаний.
Дома она задернула тяжелые шторы, выключила свет и достала привычную баночку со снотворным. Ей нужен был совет, и получить его могла лишь во сне.
Это, да еще знание эсхи — единственное, чему она могла научиться сама. Чтобы стать полноценным магом, нужно было образование, которое оказалось запретным. Марина вздохнула и, поправив на тумбочке будильник, залпом выпила стакан воды с растворенными в нем таблетками.
Лес таял. Густой туман окутывал деревья, пряча их от любопытных глаз. Все живое в лесу спряталось и притаилось. Девушка одиноко плутала среди деревьев, звала, но никто не отзывался. Устав, она села на землю и тихо заплакала. Неожиданно из тумана выбежал белый волчонок, сел с ней рядом и лизнул руку. Красные умные глазки были полны сожаления и ожидания опасности.
— Беда идет в Лес, — сообщил малыш, — не ходи туда. Пожалуйста.
Она взяла волчонка на руки и прижала к себе. Так они и сидели, пока не прозвенел будильник.
Отговаривать от участия в экспедиции ее не стали, просто укомплектовали их команду по полной программе. Кроме нее в группу входили двадцать матерых охотников класса «А» (среди них она узнала синеглазого хама) и два андроида-доктора. Оружия было столько, будто они собирались воевать, а не обезвреживать лайнер военных.
Максим Леонидович, толстенький начальник отдела Разведки, лично проверял своих молодцов, читая попутно им ЦУ. Увидев Марину, он приказал охотникам собраться «в кучу» и повернулся к девушке.
— Вы готовы, мисс?
— Конечно, готова. Только вот, Максим Леонидович, я что-то не замечаю обещанного программиста.
Брови начальника слегка нахмурились, затем толстяк махнул рукой кому-то в строю, после чего оттуда вышел давешний хам.
— Артем, — представил его Максим Леонидович, — Охотник класса «Супер». Двадцать четыре рейда в Зачарованный Лес, последний был два дня назад.
Девушка посмотрела сквозь охотника и равнодушно бросила Максиму Леонидовичу:
— Ну и? Я, кажется, просила представить мне программиста.
— Я и есть ваш программист, — холодно ответил Артем, — И еще командующий группой. Во время экспедиции вы будете выполнять мои приказы. Вам это ясно, Марина Николаевна.
— Кажется, я зря тогда на вас не пожаловалась.
— У вас еще будет время.
Через два дня они достигли границы Леса, все это время Марина не выходила из своего вездеходного фургона. Ей было немного не ловко: она была единственной девушкой в команде и, кроме старшего группы, больше никого не знала. И хотя они и называли ее официально «мисс», чувствовалось пренебрежение, звучавшее в их голосах. Ситуацию усугублял выбранный для экспедиции костюм: несмотря на то, что он закрывал наглухо абсолютно все, но при этом облегал так, что сексуальней смотрелось бы только бронированное бикини.
Еще наглый охотник со своими издевками и «советами», которые по сути и были приказами. «Ничего, — думала Марина, сидя вечером на подножке фургона, — когда меня со скандалом забирали из Спиритического, было еще хуже».
Вечер выдался на редкость гадким: сначала перебранка с Артемом (она спросила, почему они движутся в сторону от нужного объекта, а он, как всегда, посоветовал не лезть не в свое дело); теперь еще и непонятная тревога с бессонницей на пару. А ведь все остальные участники экспедиции, кроме часовых, дрыхли сейчас за милую душу!
Вдруг в лесу кто-то завыл: скрипуче и жутко, и, повинуясь этому странному зову, девушка встала и пошла вперед. Тропок не было, и со всех сторон подступали кустарники и деревья, под ногами мешался валежник, но она не слышала, как трещали сухие ветки, как вой становился все громче и громче. Все это казалось до боли знакомым сном. Казалось до тех пор, пока под ноги ей не бросился белый волчонок с криком на эсхи:
— Защити, сестра!
Но было уже поздно: прямо на них бежал громадный кархэс. Зверь взвыл и прыгнул на предполагаемую жертву. Но раздался один-единственный выстрел, и чудовище упало в двух шагах от девушки. Кто-то резко дернул ее за руку, и она оказалась лицом к лицу со своим спасителем.
— Ты пила? Или принимала наркотики? — спросил Артем, не отпуская ее руки.
— Что? — транс не хотел уходить, а лишь сильнее окутывал подсознание. — Здесь был эсх, — прежде чем потерять сознание, успела сказать девушка, — волчонок…
Это было на Ардоке. Мать привезла ее туда сразу после скандала в университете, ведь Ардок славился своими ортодоксальными христианскими церквями, а Ольга Викторовна была набожной женщиной, чересчур набожной. Даже разрешенный Единой Церковью Спиритический Университет она считала ересью, и вот теперь непослушная дочь должна была замаливать грехи, которые пока были только в мыслях, но ведь были же! Марине претила сама мысль о молитвах и исповедях, но спорить с родительницей не решалась.
Судьба была иного мнения, нежели Ольга Викторовна, и в день предполагаемой исповеди полиция проводила спецоперацию по поимке еретиков. Когда церковь окружили, и сектантов выводили из здания, старушка, находящаяся среди арестованных, споткнулась и упала на асфальт. Никто не поспешил помочь ей подняться, никто, кроме Марины, не посмотревшей на недовольное лицо родительницы.
— Спасибо дитя, — поблагодарила ее старушка, протягивая тайком, чтобы не заметили стражи, серебряный браслет, — это тебе.
— Но… Он, наверное, какой-то особенный…
— Ничего, ты тоже особенная. Теперь.
Сектантов увели, а девушка еще долго стояла на площади перед церковью и смотрела им вслед. Потом приехало такси, вызванное матерью, о грехах дочери она больше не думала — картина ареста отрезвляюще подействовала на женщину, она увидела грешников «настоящих». Ольга не заметила чужой браслет на руке дочери. «Для тех, кто смотрит и видит» — гласила надпись на нем, выгравированная на эсхи, Марина прочтет ее позже, когда купит запретную книгу «Эзотерика современности», а пока она всего лишь сохранила странный подарок.
Кто-то лениво коснулся ее волос, затем щеки. Поправил одеяло.
Любопытство все-таки победило сон, и она открыла глаза. В фургоне царил приятный для уставших глаз полумрак, изучал какие-то бумаги андроид-доктор, наверное, инструкцию к какому-нибудь лекарству, на краю кровати сидел Артем.
— Доброе утро, — довольно мило поздоровался он. — Как спалось?
Девушка задумалась, ей не нравился этот приветливый тон, подозрительно приветливый. И провал в памяти тоже не нравился.
— Что вчера произошло?
— Душещипательная встреча маменькиной дочки и черного кархэса, — парень улыбнулся. — Хочешь увидеть чучело? Довольно симпатичный зверь, но опасный. Ваша встреча должна была закончится твоей смертью.
«Он перешел на ты», — как-то отстраненно подумала девушка. Она знала, что представляет из себя черный кархэс: хищник, похожий на земного медведя, только с длинным хвостом. Зверь атаковал свою жертву сначала ментально, посылая ей зов, а потом убивал точно рассчитанным ударом по черепу. Она вспомнила все, но это запутало еще сильнее.
— Кархэс никогда не нападает на людей! Он просто не способен проломить нашу ментальную защиту!
— Вот-вот, — она скоро возненавидит эту улыбку. — Отчего-то твою защиту он проигнорировал. Хотя я попытался сделать тоже самое — эффекта никакого.
— Попытался? — так вот откуда эта странная кратковременная амнезия! — А еще рыцаря из себя строишь! Спас, называется!
«Рыцарь» улыбнулся в последний раз и сделался вдруг серьезным.
— Ты хоть понимаешь, что вчера чуть не погибла? Я тебе тут нянькой не нанимался! Еще раз отойдешь без сопровождения от своего фургона — посажу на цепь! Тебе это понятно?
— Да.
Артем встал и вышел на улицу, хлопнув дверью на прощание. Как же она ненавидела этого охотника! Эту улыбку, тон всезнайки и пренебрежительное отношение ко всем, кто не принадлежал к касте таких же, как он сам. Но в этот раз он был прав: ей не следовало вчера уходить от фургона.
Где бы добыть снотворного? Свою баночку она оставила дома, и только теперь поняла, что сглупила. Ей не хватало Призрака: его рассудительных советов, шелестящего голоса и ледяных пальцев. Только где взять этот сон, что снимет оковы сознания и пропустит в мир тех, кто смотрит и видит? Девушка грустно посмотрела на андроида, вздохнула и решила, что пора бы встать. Нужно было привести себя в порядок, позавтракать и посмотреть на чучело несчастного кархеса. Она откинула одеяло и приподнялась, но в этот момент перед глазами все поплыло…
И снова Лес таял. Густой туман ласковым псом бросался ей под ноги, не пуская вперед, стращал непроглядностью и сыростью. Но она была слишком упряма, чтобы испугаться. Где-то там, в самой чаще ждет ее Призрак, окруженный белоснежной стаей. И они тоже ждут ее.
— Я просил тебя не приходить.
Марина обернулась и увидела его — он выглядел уставшим и потрепанным. Хотелось протянуть руку и дотронуться до его щеки, но что-то удерживало ее от этого. Говорить она так же боялась, будто от неверного слова или даже звука он может исчезнуть. И Призрак понял ее молчание, он всегда понимал ее, и протянул руку.
— Я волнуюсь за тебя. Это непростая экспедиция, а ты в ней не просто метафизик. Остерегайся охотника, он не так прост, как может показаться на первый взгляд.
Самое страшное в этой ситуации, что лайнер упал недалеко от Храма Эсхи. И никакого оружия на борту нет. Они ищут что-то другое, а если найдут Храм…
Он замолчал и вздохнул, будто решил, что наговорил лишнего. Туман начинал отступать, и сквозь него уже угадывались темные стволы деревьев. Плохой знак — значит, скоро сон растворится вот так же, а она не успеет спросить главное.
— Что там? Что в Храме?
Призрак молчал, и Марина поняла, что он ничего не скажет об этом, по крайней мере сегодня. И еще поняла, что пора просыпаться, потому что на будильник рассчитывать не приходилось.
На улице было всего четыре фургона: ее личный, медицинский, Артема и еще один. Остальные уехали вперед, для разведки обстановки: несколько километров в чащу, затем они сформируют там лагерь и дадут сигнал оставшимся. И уже из лагеря они пойдут пешком, потому что иначе никак не получится — Лес не пропустит. Марина была возмущена тем, что они уехали не все вместе, но после случая с кархэсом не решалась сказать что-то против. И ведь надо же было купиться и поверить в то, что охотники за ночь смогли изготовить чучело хищника! А ведь она была в таксидермических мастерских в Центре и знает сколько времени требуется на изготовление чучела крупного зверя, и все-таки поверила этому наглецу. И хотя прошло уже два дня с того момента, девушка все еще копила обиду на Артема.
Поделиться книгой: