Выбор курса

– Судя по всему, так все и произошло, – Эрик все-таки закурил, надеясь, что не вызовет этим новый приступ головокружения. – Он вызвал меня к себе в день вручения высших наград. Думаю, до последнего момента не был уверен, стоит ли меня награждать чем-то еще. Во всяком случае, мне так кажется. Но потом решил все-таки в мою пользу, и я в один день стал и кавалером, и лейтенантом, поскольку статус «Звезды и Меча» это предусматривает. Но что бы ты не думала, я после этого год учился на курсах переподготовки и получил направление в училище. И вот только там меня нашла Вера. Так что старший Мельник ко всему этому отношения не имеет.

Тут Эрик несколько покривил душой. Как раз к нынешним его должности и званию Мельник имел, судя по всему, самое прямое отношение, но вот рассказывать об этом Анне он счел излишним.

– Что произошло на Парацельсе? – каким-то уж очень неуверенным, нехарактерным для нее голосом спросила Анна.

– Я был резервистом, как и все мы… Ты ведь тоже?

– Я всего лишь артиллерийский офицер, – пожала плечами девушка. – Командовала орудийной башней… Я была там, Эрик… в системе Парацельса… На крейсере «Жуайёз»…

– Ну, а я был на «носителе» «Буцефал» в составе 93-й тяжелой штурмовой бригады, – кивнул Эрик. – Командовал головным ракетоносцем типа «Кабир» и возил комбрига. Когда совершили переход, сразу оказались под огнем… В общем, комбриг Бём погиб в первые минуты боя. Выбора не было. Связь со всеми была только у меня, тактик тоже сидел в «кабире»…

– Пункт 1–7 регламента?

– Ну, ты сама все понимаешь.

– Вы спасли крейсер Моргенштерна.

– Не без этого… Но по ходу дела… В общем, так, Анна. Это все страшно секретные сведения. Есть такая нейрохимия… Даже я со своей нервной системой без этой гадости делать некоторые вещи с новой техникой не могу. А надо было…

Неожиданно вспомнилось, как это было. В деталях. Во всех гадских подробностях.

– Эрик, не молчи!

– Эта штука плохо выводится из организма, – вернулся к разговору Эрик, – но без нее никак. В обычной ситуации, принимать ее разрешено всего один раз. Но у нас была нештатная ситуация… То есть… Ну, если честно, я считал, что все равно из атаки не выйдем, и принял второй раз… А там еще две раны… Обезболивающие, антисептики, клей… Пока добрался до «Аскалона», пока нашел Веру… Был, вроде бы, ничего. Даже поспал сколько-то, а на следующий день так скрутило…

– Извини, я не знала.

– Никто не знает, – криво усмехнулся Эрик. – Даже Вера не знает всех подробностей. Эскулапы знают, Моргенштерн… Может быть, еще кто-то. Ну, вот теперь и ты кое-что знаешь…

– Но… Я слышала, что во время вторжения…

– Во время вторжения, я просто оказался не в том месте в неподходящее время… Я служил в отделе главного инспектора-контролера 8-й эскадры. В тот момент мы были на ударном крейсере «Акинак».

– Отчет утверждает, что ты возглавил вторую пару пилотов…

– И чуть не помер от… Ну, это неважно. Секретная техника.

– Но как ты решился?

– Думаешь, у меня был выбор?

– Думаю, нет.

– Ну, вот ты и сама сказала.

– Извини.

– За что? – не понял Эрик.

– За Ги и за Роберта, и за себя…

– Да нет, – отмахнулся Эрик. – Если подумать…

– Не о чем тут думать! – остановила его Анна. – Андрей и Вера не ниже нас стоят, но они повели себя, как люди, а мы…

– Не ты, – улыбнулся Эрик. – Ты обеспечила мне год спокойной жизни в Академии…

И в самом деле, она ни разу не сделала ему ничего плохого. Напротив, она пришла ему на помощь, когда это было нужно, и относилась к нему скорее по-дружески, чем наоборот. Не зря же он в нее чуть не влюбился.

– Все, проехали! – поднял он руку, прекращая дальнейшую дискуссию. – Если это возможно, я хотел бы быть твоим другом.

– Эрик, почему, когда речь идет о Вере или Андрее, ты не спрашиваешь их, возможна ли между вами дружба, а меня спрашиваешь, – покачала она головой. – Возможно, ты этого не понимаешь, но адмирал Мельник и по происхождению, и по положению ничем не уступает моему отцу.

– Кстати, что с твоим отцом? – спросил Эрик, вспомнив озадачившее его представление.

– Почему ты спрашиваешь? – Похоже, Анна его просто не поняла.

– Клингер назвал тебя княгиней, – объяснил Эрик свое недоумение.

– Ах, вот ты, о чем! – сообразила Анна. – На самом деле все просто. Пока я не замужем, отец имеет право делегировать мне свой титул. Таковы правила во всех великих домах империи. А Клингеру срочно потребовался кто-нибудь из старых аристократов. Император решил, что на эту роль я подхожу лучше других. Лейтенант, женщина… И потом наша семья в родстве с правящим домом Гёрза. Сестра моей бабушки – мать нынешней правящей княгини Гёрза – Теодоры.

– Вот оно как, – кивнул Эрик. – Замысловато.

– Так что, – спросила Анна через мгновение, – будем дружить?

– Друзья, – согласился Эрик, чувствуя, как отпускает его напряжение. Все-таки всегда приятно убедиться, что человек лучше, чем ты о нем думал. В эту сторону ошибаться незазорно.

– Друзья, – улыбнулась в ответ Анна. И на этот раз улыбка у нее получилась куда искреннее, чем раньше. Хорошая улыбка, одним словом.

3. Двадцать пятое декабря 2533 года, борт крейсера «Клив-Солаш»

– Что у вас с княгиней Анной? – Маркс задала вопрос в обычной своей «рабочей» манере, которую она позволяла себе только наедине.

– Что, простите? – Разумеется, Эрик ее понял и даже успел обдумать вопрос, но он старался без нужды не демонстрировать скорость своей мысли.

– Судя по всему, Эрик, вы знакомы с Анной Монк давно, – терпеливо «объяснила» кавторанг Маркс.

– Ах, вот вы, о чем! – «наконец сообразил» Эрик. – Извините, Герда, сразу не сообразил. Мы знакомы по Звездной Академии на Иль-де-Франс. Анна на три года старше меня, но мы случайно познакомились, и она взяла меня под свою защиту.

– Неплохое знакомство.

– Я не знал, что она графиня.

– Теперь знаете.

– Вы хотите, чтобы я укрепил это знакомство? – прямо спросил Эрик, почуяв куда ветер дует.

– Вплоть до постели. – несколько излишне прямолинейно ответила кавторанг на его вопрос. – Если вы будете с ней спать, информация потечет бурной рекой…

– У Анны есть жених – граф Роберт Шотт.

– Это кому-нибудь когда-нибудь мешало?

– Мне мешает, – возразил Эрик. – Но, даже если нет, у меня у самого есть девушка.

– Мы ей не скажем, – усмехнулась Маркс.

– Нет, господин кавторанг, – покачал головой Эрик, – этот вариант исключен.

– Посмотрим, – улыбнулась Герда, – поглядим.

– Смотрите, – пожал плечами Эрик. – А пока расскажите мне о фриульцах. У меня о них самое смутное представление.

– Что ж, в этом есть смысл, – согласилась кавторанг и включила компьютер. – Здесь у нас довольно много информации, но основные ориентиры я задам вам прямо сейчас. Первыми до Адрианы – это звезда их метрополии, – добрались члены экспедиции Урбана Крефта в 2081 году. Период в истории Старой Земли непростой. Впрочем, вы же были на Фронтире, знаете, что такое новый национализм. Крефт был довольно активным участником движения за сохранение культурной идентичности. На Земле они к этому времени бой почти проиграли, поэтому устремили свои надежды к звездам. Крефт сумел собрать достаточно большую группу добровольцев – в основном из района, так называемой Австрийской Ривьеры или Фриуля, – и немалые деньги, и в 2089 году объявил о создании самоуправляемой колонии Гёрз. Еще через десять лет, они стали республикой Гёрз. Гёрз – это на древнем дойче, но как тогда, так и сейчас в княжестве говорят в основном на трех языках, не считая ланга, который большинство населения не знает. Это дойч, словен и итал. Так вот, Гёрз на словене Горица, отсюда и название княжества. Планета Гёрз в системе Адрианы, но Горицкое княжество. В культурном отношении это смесь северо-итальянских или, скорее, венецианских традиций с традициями южной Австрии и северной Словении. Вам, Эрик, эти географические названия ничего не говорят, но вы потом почитаете наши материалы и разберетесь. Итальянская, немецкая и славянская составляющие со временем слились, и из этой смеси возникло Великое княжество Гёрз. Сейчас в состав княжества входят четыре обитаемые системы с пятью колонизированными планетами. Население порядка девятисот миллионов человек, серьезная промышленность, отличная наука и небольшая, но качественная армия. Их бы, возможно, давно съели, не мы, так кто-нибудь другой, но фриулы смогли создать надежный союз с республикой Сибирь, а это уже серьезный фактор сдерживания. Кстати в посольстве княгини могут быть и сибиряне.

– В Сибири живут русские? – уточнил Эрик.

– Нет, там большинство населения составляют китайцы, корейцы и казахи, но государственный язык – руз, и потомки русских сибиряков до сих пор держат в руках власть, армию и военно-промышленный комплекс.

– Так у них с фриулами союз?

– Союз выгоден обеим сторонам, а поглощение княжества республикой лишь усложнило бы внутриполитическую ситуацию в Сибири.

– У них тот же диалект руза, что и у нас? – уточнил Эрик.

– Произношение сильно отличается…

«Это правда, – согласился Эрик мысленно. – Такая каша, черт ногу сломит!»

Он уже несколько дней пытался пробиться через барьер произношения в сибирском рузе и фриульском дойче, но пока без видимых успехов. Впрочем, время еще было. Может, и получится.

– Зачем фриулам вдруг сдался Фронтир? – задал он закономерный вопрос. – Раньше они с фронтиронами, вроде бы, не искали прямых связей. Торговали через нас.

– Трудно сказать, что они ищут на Фронтире, – Маркс задумчиво перебирала мелкие вещицы, которых имелось множество на ее рабочем столе. – Возможно, как и мы, стремятся заручиться поддержкой третьей силы, а, может быть, они знают о Холоде, Трилистнике или еще о ком-нибудь по ту сторону Пространства нечто такое, чего не знаем мы…

– Удивительно, как удается некоторым раз за разом проигрывать партию, и, тем не менее, носить титул гроссмейстера… – Аккуратно сформулировал Эрик непечатную по своей сути мысль.

– Наши дипломаты и разведчики – это аппарат мирного времени, – усмехнулась Маркс, вероятно, вполне оценившая «тонкую» формулировку Эрика. – Их методы непригодны на войне, как, впрочем, и наши не всегда удобны в дни мира. Однако сейчас мы все еще находимся в переходной стадии. Отсюда и состав миссии…

Глава 4. Успех

Первое января 2534 года, Гориц – столица Великого Княжества Гориц, планета Гёрз

По-видимому, это было запланировано заранее, но флотским сообщить о «мероприятии», как бы, забыли. Крейсер «Клив-Солаш» вошел в систему Адрианы за восемь часов до наступления нового года. И, разумеется, хозяева тут же пригласили участников миссии графа Клингера, – включая и «представителей Адмиралтейства», – прибыть на новогодний бал, который традиционно дает в своем дворце ее великокняжеское высочество правящая княгиня Горицкая Теодора.

Эрик тоже получил предложение посетить резиденцию Теодоры – форт Крефт. Причем, сначала он получил общее приглашение с «припиской» статс-секретаря Клингера о желательности и даже необходимости присутствия капитана-лейтенанта Минца на праздновании нового года. Затем адмирал Север попросту приказал Эрику «поприсутствовать», ибо в этом и заключается его официальная роль представителя ВКС. И, наконец, ближе к отбытию на твердь, с ним связалась Анна и спросила, «не будет ли Эрик так любезен…» В общем, княгине нужен был достойный кавалер, а идея идти на бал «под руку с Клингером» ей решительно не нравилась. Естественно, Эрик согласился, так как ничего предосудительного в том, чтобы сопровождать Анну, не усмотрел.

«Вера конечно может приревновать…» – опасливо подумал Эрик.

Но, с другой стороны, он здесь находится не сам по себе, а с ответственной дипломатической миссией, которую, похоже, одобрил сам император, и устраивать истерики по поводу того, не изменяет ли он Вере, составив компанию Анне, более чем глупо. Разрешив, таким образом, возникшее противоречие, – а Эрик обычно принятые решения сомнениям не подвергал, – он перешел к более актуальным вопросам.

Информационная справка, приложенная к «приглашению на бал», сообщала, что климат на широте Горица холодный, и в декабре здесь обычно выпадает снег. Выпал он и в этом году, а температура воздуха в районе форта Крефт опустилась к вечеру до отметки -7 °C. Поэтому поверх парадного мундира Эрик надел кожаный реглан со знаками различия на лацканах и рукавах и белое шелковое кашне. Такую форму, как утверждал учебник истории ВКС, когда-то на Старой Земле носили морские летчики. Эрик смутно представлял себе, почему пилоты атмосферных летательных аппаратов назывались именно морскими, ведь, по логике вещей, нет никакой особой разницы в том, летаешь ли ты над водой или над сушей. Тем не менее, поскольку зимняя форма ВКС ему очень нравилась, он предположил, что эти пилоты морской авиации были теми еще стилягами, если их мундиры и регланы не выходят из моды уже более пяти столетий подряд.

Спустившись к воротам внутреннего дока-кессона, Эрик провел несколько минут за разговорами с офицерами сопровождения, но вскоре начали прибывать члены посольства. Анна появилась одной из последних, но стоит заметить, тут же привлекла к себе всеобщее внимание. Она была одета в шубу из белого с серебром, как бы, подернутого инеем меха «охотника» – самого кровожадного автохтонного хищника в обитаемой вселенной. Тартар одна из немногих найденных человечеством планет, на которых биологическое развитие достигло столь высокого уровня, что породило разнообразный животный и растительный миры. Возможно, именно поэтому люди на Тартаре так и не закрепились, а охотничьи трофеи с этой планеты стоили баснословно дорого, потому что империя Китара не одобряла нелицензированную охоту на своей планете-заповеднике и крайне редко выдавало такие лицензии, да и то, большей частью, только своим гражданам. А на Анне кроме шубы были надеты так же шапка и изящные сапожки-унты из черно-бурой лисы со Старой Земли, что тоже отнюдь не дешевое удовольствие.

– Ты великолепна! – Эрик не обманывал и не преувеличивал, он сказал то, что думал. Правда – лучшая политика, не так ли?

– Оставь! – чуть поморщилась княгиня Эгерланд. – Это не я великолепна, а мошна моего любимого папеньки. Если бы не миссия, я бы такое на себя никогда не надела.

Что ж, Анна в этом смысле была испечена из того же теста, что и Вера Мельник. Этим двоим жизнь предоставила беспредельные возможности, как для самовыражения, так и для наслаждения. Но обе две выбрали флотский мундир и довольно сложную, а временами и опасную службу офицера ВКС.

– Если что, подсказывай, – улыбнулся Эрик, предлагая ей руку. – Я же не аристократ, политесу не обучен.

– Не думаю, что тебя надо чему-нибудь учить. А кстати, откуда ты родом?

«Вот те на! Она не знает! А кто, тогда знает?» – Удивление Эрика было сродни потрясению, никак не меньше. В своем общении с другими людьми, он всегда исходил из того, что они все о нем знают. Кроме возраста, разумеется. Точный возраст Эрика не смогла установить даже контрразведка флота.

– Анна, ты, в самом деле, хочешь это знать? – спросил он осторожно. – Я к тому, что есть вещи, которые нормальному человеку трудно переварить.

– Ничего, – она смотрела на Эрика настороженно, но в то же время с вновь проснувшимся интересом к «Тайне Эрика Минца». – У меня крепкий желудок.

– Ладно, как скажешь.

Они перешли на транспорт, спустились в пассажирский челнок и заняли два кресла в третьем ряду слева.

– Я с Эвра, с Северного материка, – Эрик решил, что не будет вдаваться в подробности, но скажет правду, которой он никогда не стеснялся и стесняться не собирается. – Есть там такой город, который называется Хорошее Место.

– Так и называется?

– Именно так, – подтвердил Эрик.

– Судя по тому, как ты это рассказываешь, место, на самом деле, не слишком хорошее…

– Да, – подтвердил Эрик. – Так себе городок, но в нем есть район, который называется Смоляной городок, и вот это действительно клоака.

– Знаешь, – неожиданно, а, впрочем, возможно, и ожидаемо, остановила его Анна, – не продолжай. Я зря спросила. Извини.

– Ты за кого сейчас волнуешься, – усмехнулся на это предложение Эрик, – за себя или за меня?

– За тебя. Мне показалось…

– Да нет, – поморщился Эрик. – Ничего особенного. На самом деле, тебе стоит знать. Я, видишь ли, думал, что все об этом и без меня знают… В общем, если коротко, я сирота, родился, по-видимому, в Смоляном городке. Ни матери, ни семьи не помню, и что с ними случилось не знаю, хотя и догадываюсь, исходя из… Скажем, исходя из стиля жизни, принятого в тех местах. Вырос в приютах. Все, собственно.

– Эрик, извини меня, ради бога! – Анна побледнела и, кажется, едва не плакала. – Если бы я знала… Но у тебя такая правильная культурная речь, акцент Метрополиса… Я и подумать не могла. Честно!

– Все в порядке, – остановил ее Эрик. – И пожалуйста, возьми себя в руки, а то люди, бог знает, что подумают.

– Да, извини!