Душа грозы.

— Что ты задумала?

— Спасти твоего друга. Что еще я могу задумать? Ты мне не доверяешь? Но придется довериться. Другого целителя рядом нет.

— Я не о том!

— О чем же? — удивленно расширились и без того большие глаза северянки.

— Ты собралась умереть?

— С чего ты взял? — рассмеялась девушка, но смех ее прозвучал натянуто и фальшиво. Осознав это, она перестала смеяться и тяжело вздохнула. — Если вплести в ритуал несколько других заклинаний, то получится полностью очистить организм твоего друга. Это сложно, очень сложно. Я нашла этот способ в нижних архивах библиотеки. Попробовала — все получилось, но я едва не погибла от истощения. Ректор, когда узнал об этом, строго запретил его применять. Мне может не хватить сил и тогда есть опасность… Но все еще может обойтись! С тех пор я стала значительно сильнее!

— Не надо, — Дарий серьезно посмотрел на девушку. — Используй обычный ритуал, а потом спокойно продолжай лечение.

— Как продолжать? Я даже не знаю, чем это лечится. Совершенно непонятный яд. Нет никакой гарантии, что мне удастся найти лекарство. А этот способ гарантирует его исцеление. Не полное, не сразу, но отрава целиком выйдет из организма, и твой друг пойдет на поправку. Дай мне свой кинжал. Руны нужно наносить ножом с черной рукоятью.

Дарий машинально вытащил из перевязи кинжал и протянул девушке. Схватив его, она принялась сосредоточенно покрывать мелкими и крупными причудливыми узорами дощатый пол. Парень, как завороженный, следил за точными и быстрыми движениями руки девушки.

— Я не хочу менять одну жизнь на другую, — наконец резко произнес он. Айна остановила кончик клинка.

— Это не твое решение, а мое. Ты всего лишь наблюдатель. К тому же, совсем не обязательно, что все закончится плохо. Ту крысу, на которой я испытывала ритуал, мне излечить удалось. И я выжила, как видишь. Теперь не мешай мне, руны ошибок не прощают.

— Но Ольд — не крыса! На него потребуется несказанно больше сил!

Девушка нервно заправила упавший на глаза локон за ухо и посмотрела на Дария.

— Перестань меня отвлекать, если тебе дорога жизнь твоего друга! Лучше сделай вот что… Ты принес коготь?

— Четыре когтя. Пришлось поискать стаю, она ушла довольно далеко в поисках добычи, но мои младшие собратья не отказали в помощи и позволили срезать даже больше, чем я просил.

— Младшие собратья… — Красивое лицо Айны осветила загадочная улыбка. Она решила немного передохнуть и отложила кинжал. — Это так странно звучит.

— Такова моя суть, — пожал плечами Дарий. — Я принял ее вместе со всем остальным.

— Как это — оказаться полубогом? Извини, если задаю слишком много вопросов, просто…

— Просто ты северянка, — улыбнулся Дарий. — Почему-то твои соплеменники на меня неоднозначно реагируют. Я не чувствую себя полубогом. Да — обладаю силой, да — боги ко мне благосклонны. Но мне совсем не нравится чужое преклонение. Большую часть своей жизни я считал себя человеком, а потом вдруг оказалось, что никогда им на самом деле не был. И все стали от меня чего-то ждать, на что-то надеяться. Словно, получив силу, я потерял свободу. Не уверен, что вообще когда-нибудь смогу себе принадлежать…

В глазах на миг помутилось, Дарий качнулся, но сразу же усилием воли привел себя в порядок. Айна заметила его состояние, мягко подошла и положила пальцы ему на виски. Теплая волна смыла усталость, прояснив уставший разум.

— Лучше? — Заглянула она ему в глаза. Северянка была высокой девушкой и лишь самую малость уступала в росте Дарию.

— Да, спасибо, — он немедленно отступил от нее на пару шагов.

От девушки вновь накатила горячая волна смешанных эмоций, терпеть которую у него просто не было сил. Но она опять подошла и взяла его руку в свои ладони.

— Сколько времени ты без сна?

— Два дня, кажется…

— Тебе нужно отдохнуть! Ты столько пережил!

Дарий вырвал ладонь из ее рук и уже откровенно отшатнулся.

— Почему ты меня избегаешь? — Удивилась девушка. — Каждый раз отскакиваешь, словно я прокаженная.

Парень отвернулся.

— Скажи, Айна, вас в Академии не учили закрывать свои эмоции?

— Учили, — еще сильнее удивилась она вопросу. — Эмоциональные блоки — очень простое заклинание, но держать его несколько неприятно. Словно по тебе мурашки ползают. Учителя говорили, что это побочный эффект, проходящий по мере привыкания, но я не выдержала еще дольше нескольких минут. Да и зачем оно? Магов, способных что-то понять по чужим эмоциям встречается не больше одного на тысячу.

— Сделай одолжение, — потер переносицу громовой волк. — Закройся, пожалуйста. Рядом с тобой просто невозможно находиться.

— О боги! Ты эмпат? — Девушка на глазах заливалась румянцем.

К ней медленно приходило осознание того, что Дарий ощущал ВСЕ ее эмоции! А она чувствовала такое, что… Кошмар! Мощная волна стыда, обиды, самобичевания и кучи других чужих чувств вновь захлестнула громового волка. У него уже начала болеть голова. С простыми людьми такого никогда не было! Может быть причина такой ментальной силы эмоций в том, что Айна — маг. Парень не знал. Все маги, с которыми он раньше имел дело, обязательно закрывались. А вот эта девушка… Еще немного — и он просто сбежит от нее подальше в лес!

— Закройся скорее, Айна. У меня уже нет никаких сил это терпеть.

Целительница спешно возвела эмоциональные блоки, жуткие волны эмоций перестали захлестывать Дария с головой, но ее щеки по-прежнему горели от стыда.

— Дарий, прости меня! Я не знала! Мне довелось перечитать множество летописей и архивных документов, но там ни слова не было про эмпатию!

— Спасибо… — устало опустился на пол парень, сбрасывая с себя, высасывающие последние силы, медитативные оковы разума.

— Да не за что. Сейчас несколько минут потерплю эти мурашки — и привыкну. Надеюсь…

— Нет… Спасибо, что назвала по имени.

— Но ведь ты сам попросил, — удивилась Айна.

— Да, конечно. Но все равно. Обычно вы не слушаете моих просьб.

— Радуш — означает Душа грозы. Почему тебе так неприятно?

— Я уже говорил. Слишком похоже на имя Темного.

— Слово Радун тоже пришло к вам с севера, из нашего старого языка. Сейчас им мало кто пользуется, почти все перешли на паларский, но знание языка все равно осталось. На первый взгляд, эти имена действительно похожи, но у нас все зависит от окончания. Как и в данном случае, окончание может изменить значение слова на противоположное. Если Радуш — это душа грозы, то Радун — переводится как гроза душ или, вернее — угроза душам. Как видишь, разница колоссальная.

— Все равно, не надо.

— Как скажешь, — легко согласилась девушка. — Можно спросить?

— Смотря что.

— Почему ты не вылечил своего друга так же, как мою лошадь? Или на людях не действует?

— Действует, — грустно усмехнулся Дарий. — Моя кровь — не панацея. У Ольда была рана на горле и стрела в спине. Эти раны она и залечила, а вот яд… Когда мы его нашли, он был очень слаб из-за потери крови. Его сердце едва билось и этого оказалось достаточно, чтобы яд остался не активным. Моя кровь, попадая в организм другого существа, действует очень недолго, ее сила быстро гаснет. Отрава никак себя не проявляла, потому и мой свет на нее не подействовал, а когда кровоток восстановился и сердце забилось быстрее, разнося яд по его организму — было уже поздно. Теперь должно пройти несколько дней, прежде чем можно будет повторно дать свою кровь, не убив его. Вот только у него нет этого времени, но ты можешь его дать. Не нужно рисковать собой, просто сделай так, чтоб он прожил еще два-три дня.

— Дарий, я не смогу дать ему трех дней. Простой ритуал даст нам время максимум до следующего вечера. Сутки, не больше. И повторить его я тоже не смогу. Рунная магия — не простой раздел. Каждый ритуал можно к одному и тому же человеку применить не более одного раза. Поэтому, стоит попробовать мой вариант.

— Если я увижу, что тебе не хватает сил — то прерву его, — жестко ответил громовой волк. — Не знаю, почему ты так хочешь пожертвовать жизнью, но я этого не допущу.

— Договорились, — кивнула Айна.

Она знала, что врать Радушу нельзя, но ведь он может попытаться? Главное, что не помешает начать… Хорошо, он не знает того, что начатый ритуал рунной магии остановить невозможно. Даже если унести мага от места ритуала — руны все равно возьмут свое. Пожертвовать жизнью… Какое громкое слово. Да, именно это она и сделает. Ради всех княжеств, ради ее народа. Ведь это и предсказывал шаман. К этому она готовилась четыре года… Он не должен узнать, но должен пообещать. Да, перед смертью она возьмет с него обещание, которое подобное существо не сможет нарушить.

— Так что там с когтями? — Прервал неловкую тишину громовой волк.

— Ах, да! — Опомнилась девушка. — Их нужно растереть в порошок. Только не знаю, как это сделать… Они ведь очень крепкие.

— Есть в чем? — поинтересовался парень, радуясь возможности заняться делом.

— У меня есть гранитная ступка с пестиком.

— Давай.

Айна выудила из своей сумки необходимые предметы и протянула их громовому волку. Дарий принял каменную чашу с таким же каменным пестиком, достал из нагрудного кармана четыре срезанных до половины когтя и взялся растирать. С его силой в этом не было ничего сложного. Айна с минуту понаблюдала за его успехами и вернулась к начертанию узоров.

Вскоре на полу появились две узорчатые спирали, удаленные друг от друга на пару шагов. Закручивались они в разные стороны, соединяясь множеством рунных цепочек между собой. Цепочки то сливались, то расходились в разные стороны. Это был очень сложный и красивый рисунок.

— Готово, — вздохнула Айна. На улице уже окончательно стемнело, и Дарию пришлось зажечь несколько лучин, чтобы ей было видно свои рисунки. — Положи своего друга вот на этот узор, — указала она на одну из спиралей.

Дарий послушно поднял спящего Ольда с соломенной подстилки и перенес в указанное место. Айна заняла противоположную спираль, поставив между собой и больным золотистую курильницу.

— Как только я зажгу смесь — не подходи и не мешай, иначе убьешь нас обоих. Все заклинания должны быть произнесены точно в нужные временные отрезки.

— Хорошо, — кивнул Дарий, усаживаясь в привычную позу для медитаций и внимательно следя за действиями северянки. — Если что-то пойдет не так — я сразу же остановлю это.

— Конечно, — натянуто улыбнулась Айна. Дария передернуло. Что-то не так. Это ведь была ложь? Или показалось?

Девушка зажгла курильницу и начала шептать заклинания. Правая рука сжала рукоять кинжала и начала вырезать на левом плече узоры. По нежной белой коже целительницы побежали кровавые струйки. Дарий в ужасе дернулся, но вовремя вспомнил наказ Айны — не мешать. Она не говорила, что будет себя резать! Ненормальная! А северянка все продолжала шептать заклинания, произнося их то громче, то тише. Вся левая рука от плеча до ладони уже была покрыта узорчатыми порезами. Когда не осталось места, она взяла нож в левую и продолжила это самоистязание на здоровой руке. Ее нежно-зеленая мантия окрасилась багрянцем, дыхание стало прерывистым, а слова вырывались с большим трудом. Наконец прозвучало последнее слово, Айна отбросила кинжал и прижалась обеими ладонями к узору на дощатом полу.

Дарий увидел вторым зрением, как из нее хлынул поток силы, впитываясь в руны, перетекая от одной к другой, попадая в спираль, на которую был уложен Ольд. Магические потоки растекались вдоль линий, потом вновь собирались, закручиваясь странной золотистой воронкой где-то под телом его умирающего друга. Мягкий стук отвлек парня от Ольда, заставив взглянуть туда, где находилась Айна.

Северянка лежала, прерывисто дыша, будто прикованная к своей спирали. Ее глаза смотрели вверх, словно сквозь потолок девушка пыталась рассмотреть небесные дали. Громовой волк подскочил к ней, решив немедленно вынести девушку из этой спирали, но ее тело словно приклеилось к полу. Как он не пытался — ему не удавалось сдвинуть Айну даже на сантиметр.

— Бесполезно, — чуть слышно прошептала она. — Руны не выпустят меня, пока ритуал не завершится.

Дарий в ужасе отшатнулся.

— Ты знала? Знала, что так будет? Ты обманывала меня с самого начала!

— Прости, — с трудом улыбнулась девушка побледневшими губами. — Я хочу тебя попросить об одной услуге. Все ради этого…

— Ну уж нет! — В голосе оборотня прорезался глухой звериный рык. Он ее совершенно не слушал.

Схватив свой кинжал, парень полоснул лезвием по обеим ладоням, втирая свою кровь во множество порезов на руках целительницы. Это не помогало. Он видел, как его кровь, достигнув ран, немедленно гаснет, совершенно не исцеляя магических узоров.

Затуманенным взглядом Айна видела, как Радуш пытается спасти ей жизнь, как исказилось его лицо в гримасе отчаяния, когда он увидел, что ничего не помогает. Его кровь — не панацея. Он ведь сам сказал? Нужно взять обещание…Только как, если он не обращает внимания на ее слова, а сил все меньше? Но неожиданно ей начало становиться легче. Слабость и боль отступали, и дело было не в его крови, ведь вся ее сила немедленно уходила в руны, которые отвергали этот дар, так как не Дарий был заклинателем. Сам того не понимая, даже не чувствуя этого, он делился с ней силой. Магический поток начал медленно заполнять ее тело. Заполнять быстрее, чем руны его вытягивали. Человек, даже магистр магии, был бы уже трижды мертв после такой отдачи, а он ничего не чувствует!

Дарий еще какое-то время пытался привести девушку в себя, оттащить, поднять, но все было тщетно. Отшатнувшись от нее, он стал смотреть, как она умирает. Да что же с этим миром происходит? Почему в нем такое возможно? Он в ярости от собственного бессилия стукнул кулаком в пол, пробив насквозь толстые доски настила.

— Верни… — чуть заметно шевельнулись губы целительницы, но волчий слух легко различил шепот. Дарий подскочил к ней, внимательно вглядываясь в бледное обескровленное лицо.

— Что? Что вернуть?

— Руки… на… на плечи, — выдохнула, наконец, Айна.

Ничего не понимая, парень вновь прижал свои руки к резаным узорам на хрупких плечах северянки.

— Так?

— Да… — уже более внятно прошептала она в ответ. — Ты… делишься силой.

Дарий удивленно прислушался к себе, но ничего такого не заметил. Все как обычно, никаких признаков того, что он что-то отдает.

— Ты уверена? Я ничего не чувствую.

Айна загадочно улыбнулась порозовевшими губами.

— Кажется, для тебя это — как капля в океане. Разве океан заметил бы, потеряв каплю?

— Бери сколько нужно, хоть все!

— Все? — она попыталась рассмеяться, но хрипло закашлялась. — Ты как солнце. Как можно его спрятать в кармане? Я только греюсь в твоих лучах — и это дарит мне жизнь. Я не умру теперь, Дарий.

— Еще стихи начни тут декламировать, — обозлился громовой волк. — Ты меня обманула, перепугала, чуть не умерла! Чем ты вообще думала, решившись на такое?

— Я ошиблась. Прости меня. Я хотела взять с тебя обещание отправиться на север. Кроме тебя моему народу никто не сможет помочь. Тому, кто пожертвовал ради тебя жизнью, ты не смог бы отказать…

— Нет, ну ты глупая! Я и так туда собирался в этом году. Не могла просто сказать? Ну, максимум, немного задержался бы, чтобы освободить плененных горожан и немного помочь городу подняться на ноги. Но это я бы сделал в любом случае.

— Ты собирался на север? — распахнула удивленные глаза Айна, а потом все-таки рассмеялась. — Я действительно глупая! Ведь твоего друга можно было спасти гораздо проще, хоть и дольше.

— Героиня торкова, — процедил сквозь зубы Дарий. — Ты же сказала, что не знаешь чем его лечить. Как ты смогла меня обмануть?

— Я не обманывала! Было несколько способов, но у меня не было уверенности, что хоть один из них сработает. Так что, я действительно не знала, как именно его лечить. Только сейчас, когда я связана с твоим другом заклинанием, поняла, который из них бы ему помог.

Магические узоры последний раз вспыхнули и погасли. Айна пошевелилась, пытаясь встать. Дарий, аккуратно придерживая девушку, помог ей принять сидячее положение. Северянка осмотрела себя, что-то прошептала и небрежно провела уже абсолютно здоровой рукой по подолу своей мантии. Кровавые пятна осыпались невесомой пылью, оставив ткань абсолютно чистой. Дарий этого не увидел, переместившись к Ольду и внимательно рассматривая его вторым зрением. Никаких признаков болезни не осталось, его тело было абсолютно здорово, только сильно истощено болезнью. Облегченно вздохнув, парень перенес друга обратно на солому, еще раз осмотрел и вернулся к Айне.

Девушка уже полностью пришла в себя и стояла на ногах, немного покачиваясь от слабости.

— Почему? — обжег ее взглядом громовой волк. Целительница смутилась.

— Перед тем, как я ушла из родных земель, шаман сделал предсказание. Он сказал, что мне придется отречься от своего дома и семьи, сменить родину и присягнуть Палару. И тогда я встречу Радуша, громового волка, и укажу ему путь. Он сказал, что если не указать путь на север — ты не придешь, и случится страшное… После этого меня быстро снарядили в дорогу. Я отправилась с ближайшим караваном, в котором ехал имперский маг. Он-то и заметил у меня способности и привез в Академию. Учиться было легко. За год я прошла программу двух курсов, а еще читала. Все, что только было в Академии о громовых волках. И чем больше узнавала — тем меньше представляла, как убедить подобное тебе существо бросить все свои дела и отправиться, куда я попрошу. Идея возникла только тогда, когда увидела твоего друга. Кто же знал, что шаман ошибся? Все, что он предсказывал до этого — сбылось. Я даже подумать не могла, что ты сам добровольно согласишься прийти к нам.

— Все равно не понимаю, к чему такие крайности. Почему бы я не согласился?