Клан Шосе. Зарождение империи

И потому им было объявлено что они отныне свободны, но обязаны заключить трудовой контракт с кланом Шосе на пять лет, в течении которых они должны были хоть как-то отбить на них затраченные средства. Да, в Империи нет рабства, но есть иной вид того же рабства: трудовое. Сейчас эти рабы не имеют никаких документов о том, что они подданные Империи, а узнав что они бывшие рабы их жалеть никто не будет, за преступления, совершенные против них, наказывать будут соизмеримо как за убийство крупнорогатого скота. Который, впрочем, нам также был очень нужен, уже сейчас встают вопросы о том чем кормить население города, на одном зерне не проживешь, а скот был сожран армией и противником, который не оставил после себя ни одного не разоренного стада. Двести коров были бы полезнее чем двести людей, и я был несколько удручен этим, но такова реальность.

Каори и Тэймэй решили заняться разгрузкой и размещением бывших рабов, отпустив меня с Кираном Добрым осматривать судно, что следовало за сухогрузом и которое было нашим единственным небольшим кораблем, на котором можно вести боевые действия. С него выгружали ненужные двигатели внутреннего сгорания и устанавливали вместо них мощные электродвигатели. На нашем флагмане будет достаточно владеющих, а клан Райдзин предоставит капитана, что по совместительству будет и штатным орудием, и батарейкой для электродвигателей.

— Ну что, смогли разведать где находятся остатки торгового флота Империи, угнанного Федерацией? — Спросил я Кирана, как только мы остались одни в капитанской рубке.

— Разведать то разведали, они, кстати, официально занимаются скупкой рабов и перевозят их именно на этих кораблях, но не стоит к ним сейчас соваться, есть предложение лучше и выгоднее. — Заговорщицки проговорил Киран, а в его глазах загорелся огонь. — Предлагаю наведаться к моим старым коллегам.

— Киран, к пиратам только безумец сунется, сейчас они и так наводнили близлежащие моря, я видел что сухогруз от них пострадал, да и морские акулы не такой уж простой противник, а воевать в море они умеют как никто иной. — Киран на мои слова лишь усмехнулся.

— Знаешь, Дэйчиро, когда ты еще был только в планах я уже кошмарил один городок на краю света. Так что знаешь, я тебе вот что скажу. Никогда не уважай и не бойся акул, если ты хозяин этих земель, то должен быть хозяином и той части моря что примыкает к твоим землям. — Киран оголил свою правую руку, на которой был виден очень старый отпечаток руки, что был выжжен прямо на коже. — Это мне оставил на память хозяин того городка, отпустив нас он наказал нападать только на те суда что не идут в его порт, и знаешь, он быстро начал обогащаться и заслужил уважение среди акул. Пиратов можно использовать, они сами будут тебе поставлять рабов и корабли, но сперва надо заслужить их уважение.

— Гоняясь за ними по всем морям? Делая засады? — Пираты никогда не вступают в бой если не уверены в своей победе, а к бегству они подготовлены, так как от военных их спасает скорость и численность на корабле.

— Гоняться бессмысленно, надо бить прямо в сердце. Из-за положения Империи, что сейчас не может контролировать полностью свои территории, образовался небольшой вольный городок, где сейчас стоят на ремонте как минимум два сухогруза и два быстроходных крейсера, один точный удар и их корабли станут моими! — Киран уже как будто не был со мной, а его руки душили чье-то горло. — Гребанный Ясомото думает что я уже стар и что я прощу ему нападение на мою собственность, но нет ему давно пора кормить акул.

— Старый знакомый?

— Очень старый, он обосновался на небольшом острове в пятистах километрах от вас на заброшенной морской базе и собирается из нее сделать свой форт и перевалочную базу для торговых судов, которые имеют разрешение на перевозку товаров. Там даже есть пункт регистрации, где отслеживаются проходящие суда, что не оплатили налог союзу северных акул.

— Ты хочешь сказать что Империя платит пиратам?

— Нет конечно, платят кланы, как же там называется эта услуга? А, вспомнил, сопровождение грузов, все практически законно, но вот эта база нет, и по моим данным она неудобна многим из союза северных акул.

— И почему тогда это остров еще не разграблен? — Вот тут мы и подошли к главному, нам нужны деньги, но никто не должен погибнуть.

— Ну, если бы не повелитель огня, что сейчас находится там, то давно бы все разграбили. — Грустно сказал Киран почесав свой ожог. — С ним не стоит связываться, а вот увести корабли можно попытаться, или по крайней мере дать понять пиратам что приближаться к порту не стоит, к тому же нам позарез нужны пленные.

Ночь была безлунной, электрические двигатели бесшумно вынесли нас под покровом темноты, наша батарейка, что сама настояла на своем участии, до сих пор была зла, Киран пытался отговорить ее, но все было бесполезно, а Чоррун наоборот советовал взять на патрулирование. Ни я ни Киран не сказали о том, что это не просто патрулирование пока ожидаем прибытие товаров перед отправкой в дикие земли.

Эйко сидела на палубе, иногда вливая в конденсаторы энергию через установленные провода.

— Я убью его. — Сквозь зубы в третий раз произнесла сестренка, смотря в ночное небо, а лично мне уже надоело улавливать образы казни Айко.

— Эйко, лучше готовься к свиданию, и помни, от ненависти до любви всего шаг. — Посмотрел я на ощерившуюся сестру. — Я не завидую твоему мужу, но скажу тебе, Айко по крайней мере честен в своих чувствах и словах в отличии от тебя. А теперь добавь энергии, надо посмотреть на что способна эта лохань.

Мы бесшумно скользили по водной глади стараясь не привлекать внимания, трое пиратских судов, встреченные нами за эти два дня, даже не приближались и следовали по своим делам, а так как мы больше разведывали то не старались на них нападать. Эйко за эти дни хоть немного успокоилось и наконец-то вспомнила что она не воин и не безумный берсеркер, жаждущий крови, а еще и мать, которую в городе ждет сын. Киран тем временем окончательно преобразился и, как мне казалось, помолодел, ему нравилось море, он любил по нему ходить, и каждый корабль, что мы не могли взять на абордаж, проводил печальным взглядом, словно у замученного голодом отобрали хорошо прожаренный стейк. Связь с городом и семьей была только один раз в день, и то в виде стенограммы, все это было сделано ради маскировки. Мы даже двигались по определенной системе, что нас маскировали волны, а в случае необходимости Киран маскировал корабль слоем воды, что как купол накрывал невысокий корабль, делая нас еще меньше различимым. Про Эхолокацию и говорить не стоит, корабль был тих, а оборудование, что Добрый установил, было безумно старым и даже искрило, но, по его заверениям, оно было авторской его работой и было даже сейчас очень эффективным в радиоэлектронной борьбе и маскировке, а глушилки, что он сам когда-то делал, были, по его мнению, непревзойденными устройствами и, как он утверждал, никто еще не смог добиться такой эффективности.

— На горизонте корабли! — Ворвался в мою каждодневную медитацию крик сестры.

— Кто и сколько? Эйко, будь спокойней, даже если будет бой помни что убийство это все равно убийство, без разницы кого ты убиваешь, не надо так этому радоваться. — Хмуро сказал я, смотря как передо мной стояла в полном боевом оснащении сестра, а мне надо еще облачаться.

— Ну опять ты ворчишь, пиратские корабли, но их что-то очень много, пять кораблей пока видно, силы, что скоплены на кораблях, пока не известны. — Эйко смотрела как я не спеша подошел к своей броне и начал с помощью психокинетики облачаться, по нескольку раз проверяя на каждом элементе как работает экстренный сброс брони, если хоть один элемент застопорится и не сбросится, а я окажусь в воде, то все, я могу утонуть. — Мне показалось, или бесстрашный воин боится искупаться?

— Эйко, ты хоть представляешь сколько она весит? А воздух в баллоне, что я сделал, не бесконечен. — Прокричал озлобленно я, проверка в море показала что как только я погружаюсь в море в полной броне то становлюсь практически беспомощен, и если я не смогу схватиться за что-то на поверхности своими плетями то иду ко дну, а постепенно нарастающее давление и заканчивающийся воздух в баллоне рано или поздно убьют меня. Глубина максимального погружения, на которое я осмелился, это была сотня метров, где я встал на дно и мог по нему пройтись, но невозможность подняться на поверхность, бешенное давление и постоянно пищащий датчик воздуха, сигнализирующий о том, что у меня двадцать минут, а потом настанет кислородное голодание напугали меня так, что я невольно сам себе удивился, столько страха я не испытывал, наверное, и за всю жизнь. И только потом, после того как меня подняли из глубин я понял почему. Там, на дне, я ощущал себя как тогда в НИЧТО, в той бездне что я был перед попаданием в этот мир и в которую я, как оказалось, не хочу возвращаться. А она ждет меня, и не только меня, но не сейчас, она дождется своего момента чтобы забрать не меня, а все что есть у меня.

— Ладно, злой ты какой-то, я тебя ожидаю через пять минут на палубе, поспеши, Киран обеспокоен таким скоплением пиратов. — Произнесла сестра и хлопнула дверью в знак недовольства мною.

На палубе когда я вышел было затишье, а на носу в медитативной позе сидел Киран Добрый и с помощью внутреннего зрения сканировал пространство, его мастерство внутреннего зрения было неподражаемым, возможно что Императрица могла с ним посоревноваться, но никто в здравом уме не сможет даже предположить что может случиться чтобы бывший пират хотя-бы на десяток километров мог приблизиться к Императрице Хаоне.

Я подошел к нему, молча ожидая когда он окончит сканирование и сам со мной заговорит.

— Шесть кораблей в пяти километрах, еще в десяти километрах за ними следует флагман повелителя огня. — Киран говорил тихо и больше для себя. — На глубине ста пятидесяти метров по бокам плывут две дизельные подлодки, на подходе еще три корабля среднего класса.

Я не выдержал.

— Курс?

— Наш город, расчетное время прибытия около пятнадцати часов. — Его слова заставили на миг остановится мое сердце.

Дальнейшие наши действия были направленны на то чтобы незаметно уйти на безопасное расстояние, не раскрыв себя, и начать связываться с городом внепланово, так как последний сеанс был почти сутки назад, мы были обеспокоены тем что так и не смогли связаться в первые полчаса с городом, он не отвечал. Я был на грани срыва, моя психика и так была не самой устойчивой, а когда идет армада, что собирается по пути следования к месту где сосредоточено все что мне дорого…

Час, гребанный час мы, несясь на всех парах к городу и огибая армаду пиратов, пытались выйти на связь, но все было бесполезно, никто нам не отвечал, ни сухогруз, ни маяк клана Шосе, в котором и было установлено наше единственное оборудование связи. Эйко была у двигателей и подпитывала их, от чего наш корабль разгонялся до бешенных скоростей лавируя и не издавая при этом ни шума, ни дыма, тем временем Киран, что стоял на носу, охлаждал двигатели циркуляцией воды. Я же был практически бесполезен и потому отошел к борту, стараясь не мешать команде что сновала по кораблю готовя к бою наше вооружение. Я сам оружие и мне готовиться особо не надо было, за меня Токо чистил и перепроверял пулеметы и небольшую ракетную установку, которая и так была по крайней мере несколько раз проверена, мои плети не нуждались ни в ремонте, ни в обслуживании, и сейчас лежали рядом с бортом, у которого я стоял. Меня волновало мое психическое состояние, я опять приблизился к той грани, после которой меня могло охватить безумие, помощь Яфы была слишком давно, и сейчас мне нужна была корректировки той системы что мы с ней создали в моем разуме. Мой разум это самое слабое мое место, что словно пазл, скрепленный не клеем, а какими-то соплями, от чего этот пазл постоянно хочет рассыпаться. Сейчас я пытался привести свои чувства в порядок и остановить накатывающуюся на меня волну ярости и страха. Поручень, на который легли мои руки, мучительно скрипел, а доклады Кирану о том, что на связь никто не выходит каждые десять минут, только еще сильней злили меня.

— Дэйчиро. — Практически незаметно подошел ко мне Киран и пристально посмотрел на изогнутую трубу, что служила навершием борта и сейчас была измята моим руками. — Обшивка корабля ни в чем не виновата, Дэйчиро, я уверен что с ними все в порядке, они сильные владеющие, твоя мама не только прекрасна, но и смертельно опасна в бою, поверь мне, она очень сильный противник. Да и остальные там воины, не из тех что дадут себя так просто убить. И Райдзин не та сила которую так легко будет игнорировать.

— Тогда почему они не отвечают!? Киран, ответь, почему никто не выходит на связь! С кем переговариваются пираты, ведь их шифровки уходят в сторону города! Ведь так? — Киран потупил взор. — Скажи мне, с кем они говорят!?

— С городом. — Устало произнес Киран. — У них постоянный канал связи, примерные координаты, местоположения которого совпадают с центром города и маяком клана Шосе.

Он сказал это, а после развернулся и ушёл ничего больше не говоря, координаты, как много они говорили? При этом я так ничего и не знал, и продолжил ждать то ли боя то ли того что мои опасения подтвердятся.

Солнце медленно клонилось к закату, расстояние до города стремительно уменьшалось, а флот пиратов, увеличившийся в два раза, сильно замедлился, и когда мы потеряли их из виду он и вовсе встал. Мы же неслись с бешенной скоростью к городу и уже были обнаружены, но благодаря Эйко догнать флот нас не мог, некоторые корабли могли посоревноваться в скорости, но Киран не был в настроении играть в догонялки и также как я он изнывал от безызвестности, и якорная цепь, полетевшая в противника, сотворила хаос на палубе пытавшегося нас догнать корабля. Там был психокинетик, но поняв что у него нет и шанса он защитил себя и других владеющих, а вот пустым повезло меньше, как и пулеметной установке, что срезало цепью как ножом. Пираты не стали рисковать, рано или поздно их флотилия смогла бы взять нас в кольцо, но видно что у них были иные цели.

Из трюма вышла уставшая и чертовски злая Эйко, попавшегося ей на пути матроса она отшвырнула, и увидев, что я за ней наблюдаю, убрала ладонь свою от лица матроса, уже готовая нанести ему удар электричеством.

— Эйко, успокойся команда ни в чем не виновата. — Я понимал ее, но это неоправданная грубость к команде ни до чего хорошего не доведет.

— Я знаю. — Тихо произнесла она. — Там мой сын, я не могу быть спокойной, я боюсь, Дэйчиро, мне очень страшно.

— Не бойся, с ними все в порядке, в этом я совершенно точно уверен. — Я врал, врал и ей и себе.

— Господа Шосе! — К нам бежал наш радист — Связь! Мы смогли связаться, господин Киран принимает сигнал и расшифровывает его!

Не сговариваясь мы с Эйко шагнули вперед, практически снеся щуплого радиста, ее я пропустил вперед, грохот моих шагов был похож на бой тревожных барабанов. Зайдя в рубку, мы увидели Кирана, что сидел за столом и переписывал с тонкого листа символы и сверяясь с записями записывал на клочок бумаги уже расшифрованный текст. Он не видел и ничего не слышал, он был полностью поглощен расшифровкой, он даже не обратил на слегка погнутую дверь, что, по моему мнению, слишком медленно открывалась. Но вот наконец после пары минут он поднял на нас глаза и взяв клочок бумаги в руке начал читать.

— Город пал, в Империи больше нет земель, принадлежащих Шосе. Эвакуация на сухогруз прошла успешно, конечная точка плавания порт Каори в диких землях, за нами началась погоня, запрашиваем помощь. — Киран немного вздрогнул и продолжил. — Утром сего дня объявлено что Императрица Хаона умерла от яда, а на Императора и его детей было совершено нападение. Императорская семья объявила предателями клан Райдзин и клан Шосе. Ответственность за нападение и отравление ядом возложено на объединение несколько кланов, что возглавляет объедение предательница и матереубийца Тэймэй Шосе вместе со своим мужем, вселенцем из иного мира, чье существование противно самому мирозданью, Дэйчи Шосе. При встрече приказано уничтожать любого члена кланов Шосе и Райдзин, иначе отказавшийся будет объявлен предателем Империи. Текст составлен Каори Шосе, сухогруз Надежда.

Тишина в рубке после окончания чтения Кираном была оглушающей, каждый думал о своем, я слышал их мысли и меня эти мысли радовали. Вот и настал тот миг, о котором я старался не думать, тот, который, как я надеялся, никогда не настанет. Теперь весь мир знает что я вселенец, урод, ценная и опасная зверюшка. И только вопрос времени, когда станет известна вся история Шосе, под удар попали все, и не только Шосе и Райдзин. Чоррун взял с собой лучших, ведь что могло угрожать им? А теперь, по всей видимости, та часть что осталась в столице уничтожена по каким-либо причинам. А там оставались далеко не воины, дети, старики, управленцы и слуги. Много людей было.

Пара строчек изменила все, пазл начал собираться, но обдумывать его не было времени.

— Значит ты из другого мира? — Спросил Киран, смотря на меня черезчур холодным взглядом.

— Да, Киран, я с другого мира, с самого детства я живу здесь и сейчас на том Сухогрузе мои родные! — С угрожающим рыком произнес я. — Сперва они, а потом обсудим все остальное, ты капитан, объясни где они и какая сейчас сложилась ситуация.

Киран медленно вытащил карту морей и расстелил ее на столе, сверившись с координатами он поставил флажок.

— Здесь сухогруз. — Его палец упал на несколько сантиметров левее. — Здесь мы.

Киран на секунду задумался и начал помечать около двадцати точек ровно посередине между нами и сухогрузом.

— Тут флотилия, которая развернулась и последовала за сухогрузом, и если она доберется до сухогруза, то ему конец и не имеет значения успеем достигнуть сухогруз первыми или нет. — Киран посмотрел на меня, а в углу начала всхлипывать Эйко. — Кто еще сейчас преследует сухогруз не известно и, по всей видимости, они не могут взять сухогруз на абордаж или потопить, но помощь им нужна как можно скорее.

— Киран, покажи карту глубин, я задержу флот чего бы мне этого не стоило. — Мой голос эхом раздался в рубке. — НИКТО не имеет право навредить моей семье! Ни Император, ни Империя, ни сами боги! Они моя семья! Они есть я! Без них не будет меня!

— Ты хочешь атаковать с глубин? — Эйко подошла со спины и обняла меня. — Дэйчи, это безумие.

— Это безумие, Дэйчиро. Одному человеку не остановить целый флот. — Киран смотрел на меня как на обезумевшего.

— А я и не человек, Киран, мне отказали в этой привилегии, я ошибка мироздания. Значит, что не может человек то совершу я.

Глава 4

Тьма бездны умиротворяюще укачивала меня словно заботливая мать укачивала свое любимое дети, мне было так хорошо, я забыл уже как всё же прекрасно то чувство когда тебя ничего не волнует. Когда нет ни боли, ни страданий, когда ты можешь просто быть в пустоте и ни одна мысль не мешает насладится пустотой.

— Дэйчиро. — Всё громче и громче раздавался вокруг голос, зля меня. Что за голос и почему он мне мешает? — Дэйчиро!

— Уйди! — Рявкнул я на этот голос, что раз за разом мешал мне. — Не мешай мне!

— Ты не можешь так уйти и оставить всех. — В Бездне загорелся свет и появилась женщина, красивая женщина. — Я не отпущу тебя, ты мой, а свое я никому не отдам, даже бездне.

Я знал её. — Яфа? Это ты?

Резкая боль вырвала меня из нежных объятий бездны заставив вновь почувствовать своё тело, и эта боль помогла мне сделать первый вдох, что оживил и разогнал то оглушение от подводного взрыва что наступило. Я находился на глубине в пятьдесят метров и подводное течение хотело угнести меня из довольно мелких глубин в расщелину, в которой царила тьма и где меня разорвало бы давлением.

Внутренне зрение показало мне что первая мина сработала на отлично, огромная подлодка упокоилась на дне, а из ее разорванного чрева потекло словно кровь топливо.

— Первая мина, нельзя приближаться так близко к точке взрыва. — Произнес я сам себе, проверяя кислородный баллон. Осталось пять минут, пора всплывать.

Внутреннее зрение работало прекрасно, заменяя мне эхолокацию, глаза мне не были помощниками и ориентировался я, как и бывало часто в схватках, только при помощи силы психокинетика, а в толще воды я как многие морские животные видел получше чем на земле, до флотилии осталось пара километров, и они замедлили свой ход. Первая взорвавшаяся мина оповестила их что путь опасен, и необходимо понять что случилось. Вырвавшаяся вперед подлодка поплатилась за свою наглость первой. Мой наспех модернизированный костюм, что нес на себе функцию акваланга, имел много недостатков, я был практически незащищен, после тяжеленой металлической брони кевларовый костюм не внушал мне чувство защищенности, плюс непривычные баллоны на спине и новые плети, сделанные из старых, но в десять раз тоньше, теперь были плоскими и помогали мне передвигаться в толще воды, приобретая по моей воле вид плавников. К стандартным баллонам с воздухом был подключен дополнительный. А также ласты, эти большие ласты меня бесили, однако благодаря им я хоть и не стал грациозным пловцом, но скорость мог развивать немалую. Что сейчас и выяснилось, когда я рванул вперед к подлодке ставить на нее мину. Подплывая к цели я при помощи своих плетей отправил одну из магнитных мин по направлению к подводной, и по по инерции я приблизился чересчур близко к подводной лодке в момент взрыва мины, за что и поплатился потерей сознания и едва не умер.

Подъем на поверхность так же не был отработан, кровь закипала от скорости, те медикаменты для глубоководных пловцов, которыми напичкал меня Киран, работали плохо. Вода кончилась неожиданно, инерция подбросила меня метра на три перед изумленными взорами экипажей пиратской флотилии. На поверхности уже бурлил воздух из подлодки и в этой вакханалии центральное внимание уделялось мне. Пулеметный огонь из корабельных установок заставили меня прервать сбор воздуха, полчаса у меня есть, и потому отведя парочку пуль от себя я вновь устремился в глубину, где меня ждали мои мины. Груда мин, что покоилась на дне, была моим боезапасом, который теперь надо было незаметно прикрепить к флагману пиратов. Акулы морей не представляют что их ждет, пощады им ждать от меня не следует, но сейчас надо разобраться с еще одной подлодкой, что стала отходить от флотилии чтобы те начали бомбардировать окружающие воды глубинными бомбами.

Кровь кипела от перепадов, ноги отваливались, кровь из ушей не запекалась и заполняла все вокруг моей головы, человек не водный житель, ему не место среди глубин, но у меня нет выбора, я стану ужасом подводных глубин для этих пиратов по крайней мере сегодня. Вторая подлодка начала ускоряться, я еле смог достигнуть, мина сорвалась с плети и полетела прямо в двигатель. Взрыв под водой это иное. Это не огонь, это звук. Звук что приносит боль, страшную боль, на мгновение меня вновь сковало и я начал опять чувствовать что бездна рядом, она вновь хочет меня поглотить.

— Я с тобой. — Тихо прошелестел в голове голос Яфы.

— Я знаю. И мне это не нравится. Я потом разберусь что создает твой образ в моей голове. — Раздраженно подумал я и так и не дождавшись ответа поплыл к замершей подлодке.

Торпедный отсек открылся, выпуская торпеду, а сразу за ней выглянул человек в скафандре, который умер от внезапного отделение своей головы от тела. Запечатать торпедные отсеки силой психокинетика было одновременно сложно и просто, толща воды не давала так легко манипулировать своей силой. Торпеда была поднята со дна и отправлена в сторону флотилии, что встала на месте, не зная что делать. Корпус подлодки был не поврежден, а двигатель выведен из строя, там, за толщей металла, сидели люди как в консервной банке и молили о спасении. Я слышал, как они бьют в стенки своей могилы сигнализируя что они живы, что сейчас не стоит начинать бомбардировку. Связь на подводной лодке, насколько я знал, односторонняя, и потому им оставалось только стучать по обшивке, а я вместе с минами на торпеде несся к флотилии, корректируя силой психокинетики и своими щупальцами путь торпеды, в этот момент взорвалась первая выпущенная торпеда, так и не достигнув своей цели. Психокинетики на кораблях не спали, и даже не имея противоторпедный комплекс могли успешно бороться с торпедами.

Подлодок больше нет, пора заняться пиратами. Отплыв от торпеды, что вонзилась в бок металлического гиганта, которым выглядел корабль под водой, я проплыл к моей основной цели. Флагманский корабль не потопить так просто, прикрепив три мины силой психокинетика я запустил детонацию и после взрыва проскользнул в открывшуюся брешь в корабль вместе с водой, что хлынула внутрь. Первый отсек был пуст и быстро заполнялся водой, выйдя из него я закрыл за собой люк перекрыв воде путь. Мне она сейчас будет только мешать и так потоком меня припечатало в одну из стен отсека с чудовищной силой, так же я снял свои огромные ласты, что сейчас мешали.

Внутри было много людей, и то что мне сейчас было необходимо так это двигатель, который надо было вывести из строя. Автоматные очереди, что начали в меня лететь, были легко отклонены силой психокинетика, а мины, что я нес на своей спине, открывали мне отсек за отсеком. Тонкие и непривычно легкие плети работали как всегда прекрасно, рассечённые грудины, отсеченные чужие конечности и визжавшие от боли пиратов, твердая поверхность под ногами. Все так привычно.

Поток огня, что вырвался из коридора, в который я хотел пройти, откинул меня к стене, и долго не думая я метнул в корпус корабля еще четыре мины, что разорвавшись открыли мне новый выход в море, через который я еле смог выбраться при помощи плетей и силы психокинетики. Боль от взрывов и ударных волн я практически не ощущал, барабанные перепонки уже давно не улавливали ни единого звука. Лишь крики людей звучали в моей голове, но уже силой манипулятора, а не ушами. Легенькая кевларовая защита не выдержала удара огня и уже разваливалась, когда я смог выбраться в море то ненадолго замер, прикрепившись к борту флагмана, у которого хоть и было уже две течи, но он даже не думал затонуть. Флотилия остановилась, в воду упала первая глубинная бомба, ее сбросили к подлодке, в которой до сих пор были люди. Они не хотели дать мне даже возможность отдохнуть, думая что бомба сможет убить меня. Сила психокинетика отодвинула от меня слой воды, в этот же момент заполняя пространство воздухом из баллона. Они не знали с кем связались, и для них будет огромным сюрпризом что после этой бомбардировки я выживу. Сила психокинетики вместе с воздухом погасит негативное влияние взрывов под водой, а силой манипулятора я уже стал замедлять свое потребление кислорода, впадая в короткий анабиоз. Час, у них есть час на свои игры и мои поиски. А после я вновь начну свою войну.

Два часа я так и вел свою войну пока еще два корабля не ушли в пучины, а флагман начал набирать воду. Флотилия распалась, капитаны поняли что быть не далеко от флагмана довольно опасно, и как только они встали на якорь и отошли на безопасное расстояние, я поплыл прочь, ориентируясь по потресканному компасу, чувствуя что я на грани. Плыл я не один час пока не заметил все-таки небольшой катер. Токо с еще несколькими членами команды Кирана Доброго ждали меня, выплыв на поверхность я оказался без сил и Токо багром, словно полудохлую акулу, аккуратно подцепил меня и подтащил к борту катера, где уже втроем они смогли меня затащить внутрь. Я ничего не видел и не слышал, мое тело мне не подчинялось и я, проваливаясь в сон, так и не смог понять, помогло ли мое безумство или все что я сделал так и останется бесполезной смертью нескольких сотен людей.

— Дэйчиро, просыпайся. — Тихий и ласковый голос опять начал вырывать меня из не бытья.

— Уйди из моей головы Яфа. — Произнес я, стараясь вновь провалиться в такую приятную бездну.

— Дэйчиро, просыпайся! — Уже более отчетливо и как-то обиженно произнес уже другой голос. Удар по щеке был тем что заставило открыть мне глаза. — Не смей называть меня другим именем!

На меня смотрела взъяренная Тэймэй, а из за ее плеча выглядывала счастливо улыбающаяся Чихеро.

— Живы! — Рявкнул я и сгреб в свои объятия всех, до кого смог дотянуться, и только потом понял что я нахожусь на сухогрузе. А так как в палате были только Чихеро и Тэймэй то они обе оказались прижаты к моей груди и ни одна из них не спешила вырваться из моих объятий. Чихеро и вовсе прильнула так, будто являлась неотъемлемой частью меня, словно и не было той ругани и пропасти, что возникла между нами после свадьбы, а Тэймэй только недовольно сопела что ей не дали выплеснуть на меня всю злость.

— Выпусти меня, здоровяк. — Начала бурчать Тэймэй и я сразу убрал с ее талии свою руку, она тут же начала вставать, а Чихеро поерзав и приняв более удобное положение даже и не думала отлипать. — Со своей женой можно и потом пообниматься, Чихеро, пойдем, надо сообщить остальным что наш герой очнулся.

— Жена то ты. — Проговорила Чихеро. — Но ты иди, а я исполню все что должна сделать верная жена, когда ее любимый вернулся живым из мясорубки. Иди, Тэймэй, я ему все сообщу.

На мгновение застывшая от такой наглости Тэймэй, уже собиралась сказать что-то оскорбительное и едкое в адрес Чихеро и меня, но тут ее глаза начали наполняться слезами, и она вышла из каюты, надеясь, что никто не заметит её слез.

Разговоры с Чихеро были невозможны, так как как только закрылась дверь она накрыла своими губами мои. Вместо тысячи слов ее мысли были теплой волной, что обволакивала меня, ее ничто не волновало, для нее было главное что я живой. Эти несколько минут были тем островком счастья которого была лишена Тэймэй.

Ну а когда в каюту ворвалась моя малышка то я полностью успокоился. Все были живы, потерь практически не было, разве что пара раненых демонов, и то не особо сильно, через месяц они снова будут в строю, куда они и сами рвутся. Каори рассказала мне что как только мы отплыли разведка стала докладывать что соседи стягивают силы к городу, а через десять часов началась атака. Которая захлебнулась в электрическом аду, что создали Райдзин, но в этот момент был получен доклад от разведки что был посажен самолет, из которого вышло около сотни владеющих, и ожидается еще три таких самолета противника, а к городу шли войска Империи, что не нападали на противника, и вот тогда-то и началась эвакуация на сухогруз. Когда наступило утро и сухогруз уже отчаливал от берега, пришло сообщение о смерти Императрицы и уничтожении резиденции Райдзин. Сейчас оставшиеся члены этого клана вместе с Этсуко и Чорруном находятся на нижней палубе и не идут ни с кем на контакт. Эйко, что также пришла проведать меня, сказала что сейчас мне лучше не встречаться с бабушкой, она как и все остальные находятся в состоянии скорби. И пережить такое без эмоций невозможно, наш вечно безумный старик и вовсе не произнес ни слова. Его родные, то, что он создавал всю свою жизнь, все исчезло, он не проронил ни одной слезы, а просто сел на носу сухогруз и теперь смотрит на волны моря, запретив приближаться к нему кого бы то ни было из Шосе.

Все было еще сложнее чем я думал, и мысль что мой отец, оставшийся со своей новой женой и ребенком в столице, наверняка также мертв, резало мое сердце как ножом.

Сухогруз преследовали, но Каори сражалась с теми кто пытался захватить или потопить наше судно, Райдзин также помогали, но с каждым прошедшим часом скорбь и бессилие все сильнее охватывало Райдзин. Киран прибыл вовремя, вместе они смогли потопить два корабля и заставить убегать остальные преследующие их судна. Это уже потом Киран выдвинулся на поиски катера и привез меня. Мы старательно обходили стороной решение собрать общий совет для решения того что нам делать. Киран посоветовал назначить собрание на завтра, так как мне надо хоть немного восстановится. Слышал и видел я очень плохо, а про внутренние повреждения я старался умалчивать, новые шрамы были всего лишь каплей в море тех что я получил за свою жизнь.

Вечером Чихеро встала и покинула меня, оставив в одиночестве, сказав напоследок мне с грустной улыбкой:

— В твоем плече она сейчас нуждается больше чем я. — И поцеловав меня в щечку добавила — Дай ей понять, что она не одна в этом мире.

Через два часа когда свет был выключен пришла она, долго простояв у двери она все же вошла и села на кровать. Я молча дотронулся рукой до ее плеч, от чего она вздрогнула и плавно упала мне на грудь. Принцесса плакала, плакала о своей ушедшей матери и проклинала тех, кто назвал ее убийцей строгой, но любимой матери. А я ей тихо шептал что мы со всем справимся, что все виновные заплатят за свои прегрешения. Тэймэй подняла на меня свои глаза, в них застыли еще не успевшие скатиться слезы.

— Я не хочу умирать. — Тихо произнесла она. — Я не хочу бессмысленных жертв, я не хочу гражданскую войну в Империи, а пока я жива они будут знать что в любой момент вы, Шосе, можете возглавить Империю убив их.

— Шосе никогда не станет управлять Империей. — Тэймэй услышав эти слова лишь грустно улыбнулась.

— Я Шосе, и я уже управляла Империй. А теперь побудь примерным мужем и обними меня как свою Чихеро. Дай почувствовать каково это быть хоть кем-то любимой. Я не хочу быть одной.

Глава 5

Волны били о нос огромного сухогруза беснуясь в своей бессильной, а на самом краю палубы с оплавленными защитными бортами, что мешали смотреть на море сидящему старцу, сидел Чоррун. Он не боялся, что в начинающемся шторме волны смоют его за борт, а капли дождя, что с порывами били по синему шелковому кимоно, не причиняли ему никакого беспокойства. Старик сидел в медитативной позе и словно никого не замечал, на подходе к нему я увидел несколько подпалин от небольших молний на палубе, так он предупреждал что подходить к нему не стоит. Седой старец, что прожил долгую жизнь, смотрел вперед и ни один мускул на его лице не говорил, что он в печали или в глубоком горе. Я попытался просканировать его силой манипулятора, пустота, он ничего не чувствовал. Я начал приближаться к нему шагом за шагом ожидая его реакции, но удар молнии так и не последовал, а ведь даже Каори не смогла к нему приблизится, перед ее лицом внезапно встали несколько шаровых молний, что, грозно потрескивая, проводили ее подальше от старика. Подойдя к безмолвствующему старцу, я сел рядом с ним и стал смотреть на волны, мы без слов могли понять друг друга, он устал, как и я. Всю жизнь он строил великий клан, что был силен и богат, делал упор на то чтобы привлекать в клан подающих надежды владеющих любыми способами, ведь даже Эйко могла стать членом его клана, как и я, но это уже когда было понятно что я не пустой. И вот когда твой путь уже практически закончен, все просто исчезло, нет больше той огромной семьи что старик создавал лет семьдесят. Все что осталось это горстка владеющих, что сейчас в трюме, они подавлены, и находятся у бездны горя, но пока что не сломлены, и все же они разом потеряли слишком многое. Это уже не вызов судьбы, а приговор.

Там, в диких землях, он хотел уйти, и я в тот раз не дал ему этого сделать, а теперь я боялся что увижу его мертвым, побежденным. Пока шел я начал винить себя, ведь если бы он тогда ушел, он ушел бы счастливым, зная, что все будет так как он хотел и клан и все его многочисленные родные процветают. Но я ошибался, Чоррун не был побежден, а его холодный взгляд, что бродил по волнам, не говорил, что безумие горя его охватило. Та слабость, что он проявил в диких землях, была всего лишь несуразностью, временной слабостью, а сейчас же передо мной тот, кого я знал, непобедимый и вечно слегка сумасшедший старик.

Так мы просидели около часа, до совета двух кланов оставалось еще три часа, и если понадобится я просижу еще со стариком до самого начала.

— Как твоё имя? — Прервал Чоррун молчание. — Каким оно было в прошлом мире?

— А это разве важно? — Чоррун повернул ко мне голову и ухмыльнулся. — Вот и ты считаешь, что не важно. Я Дэйчиро Шосе, сын Каори Шосе и Айко Райдзина, внук Изамы Шосе.

— И внук Этсуко Райдзин. — Добавил Чоррун. — Знаешь, она не знала что ты иной, в отличии от меня. Забавно было смотреть как, казалось бы, игра пытавшегося выжить в новом мире человека стала его жизнью. Ты не играл когда мстил за смерть, ты не лгал когда обнимал Этсуко и Айко. Так что я не вижу оснований не признавать тебя родственником по крови. Но то что случилось ужасно, и теперь каждая жизнь умершего члена клана Райдзин должна быть оплачена. — Чоррун посмотрел на меня холодным взглядом ожидая моего ответа на незаданный вопрос.