Помоги проекту - поделись книгой:
Она хоть и красива, но порочна,
Так прочь ее! - опять пойду искать.
Смотрю вокруг, весь свет передо мною,
С небес на землю опустился я.
Там, на горе с террасою дворцовой
Увидел я юсунскую Цзянь Ди.
Я повелел, чтоб выпь была мне сватом,
Но выпь сказала: "Это не к добру".
Воркует горлица об уходящем,
Я ненавижу болтовню ее.
Сомнения в моем таятся сердце,
Пойти хотел бы сам, но не могу,
Свой дар уже принес могучий Феникс,
Увы! Ди-ку меня опередил.
Ушел бы я, но где найду обитель?
Я странствовать навеки обречен...
У Шао Кана не было супруги,
Когда две девы юйские цвели.
Но, видно, сват мой слаб, а сваха - дура,
И снова неудача ждет меня.
Мир грязен, завистью живя одною,
Там губят правду, почитают зло.
Длинна дорога к царскому порогу,
И не проснулся мудрый властелин.
Мне некому свои поведать чувства,
Но с этим никогда не примирюсь.
Собрал цзюмао и листву бамбука,
Велел по ним вещунье погадать.
Лин-фэнь сказала: "Вы должны быть вместе,
Ведь где прекрасное, там и любовь.
Как девять царств огромны - всем известно.
Не только здесь красавицы живут.
Ступай вперед и прочь гони сомненья,
Кто ищет красоту, тебя найдет.
Где в Поднебесной нет травы душистой?
Зачем же думать о родных местах?
Увы! Печаль все омрачает в мире,
Кто может чувства наши объяснить?
Презренье и любовь людей различны,
Лишь низкий хочет вознести себя:
На полке у него - пучки бурьяна,
Но орхидеей не владеет он.
И как таким понять всю прелесть яшмы,
Когда от них и мир растений скрыт?
Постели их наполнены пометом,
А говорят, что перец не душист!.."
Хотел я следовать словам вещуньи,
Но нерешительность меня томит.
По вечерам У-сянь на землю сходит,
Вот рис и перец, вызову ее.
Незримым духам, в бренный мир летящим,
Навстречу девы горные идут.
Волшебно яркий свет от них струится,
У-сянь мне радость возвестила вновь:
"Бывать старайся на земле и в небе,
Своих единоверцев отыщи.
Тан, Юй, суровые, друзей искали,
И с мудрыми не ссорились они.
Будь только верен чистоте душевной,
К чему тогда посредники тебе?
Фу Юэ на каторгу в Фуянь был сослан,
Опорою престола стал потом.
Люй Ван в придворных зрелищах сражался,
Его оставил при себе Вэнь-ван.
Был пастухом Нин Ци, создатель песен,
Но сделал князь сановником его.
Спеши, пока не миновали годы,
Пока твой век на свете не прошел.
Боюсь, что крик осенний пеликана
Все травы сразу запаха лишит.
Прелестен ты в нефритовом убранстве,
Но этого невеждам не понять.
Завидуя, они глаза отводят
И, я боюсь, испортят твой наряд".
Изменчиво в безумном беге время,
Удастся ли мне задержаться здесь?
Завяла и не пахнет "орхидея",
А "шпажник" не душистей, чем пырей.
Дней прошлых ароматнейшие травы
Все превратились в горькую полынь,
Поделиться книгой: