Путем перемен

— Однако в этом-то и крылась моя наипервейшая ошибка: видеть в людях существ разумных, нацеленных на реальный и позитивный результат, желающих развиваться и постигать новое, учиться у жизни и себе подобных, а не пакостить по мелочам и уж тем более — в вещах судьбоносных… Но если понадобится, я первый открою все карты! — объявил он. — Поскольку мне нечего скрывать. Все мои инвестиции известны, отчетность ведется исправно, мой бизнес переживет любую проверку на предмет легитимности. Я отвечу на вызов!

— Чем я могу вам помочь, мистер Бэннинг? — выдохнула Молли.

— А что у нас по плану? — деловито осведомился босс, стремительно разделавшись с обедом.

— Две встречи. Обе с клиентами. Они звонили сегодня утром, — ответила Молли и, мгновение поразмыслив, добавила: — Они настаивали на срочном разговоре с вами. Может быть, и до них дошли эти нелепые и отвратительные слухи? — с детской непосредственностью спросила она.

— Может, да, а может, нет. Не исключено, что они хотят именно вложить свои деньги для пущей сохранности, а не забрать их, как хотелось бы нашим недоброжелателям, — сказал он, и наступила полнейшая тишина.

Если бы в этот миг Джаррод разразился хохотом, Молли бы это нисколько не удивило. Но босс был серьезен, даже слишком.

— Кое-что я намерен предпринять, как только мы вернемся в офис, — глухо, без привычной напыщенности проговорил он. — Созвонюсь с определенными людьми своего круга, попрошу, чтобы они по возможности выяснили, кто плодит эти измышления.

Впервые за три года совместной работы Молли показалось, что по ясному и самонадеянному лицу обожаемого босса промелькнула тень нешуточной озабоченности. И. неудивительно, что это случилось именно теперь, когда весь мир рискует сорваться в пропасть. Если бы Джаррод и в этой ситуации продолжал хранить свою козырную безмятежность, она решила бы, что либо он помешан на собственной неуязвимости, либо сам дьявол.

— Детективные процедуры отнимут и времени и денег много больше, — вслух размышлял Джаррод, словно забыв, что Молли здесь, рядом с ним, ковыряется в своем цыпленке-гриль, маленькими кусочками запихивая его в свой маленький рот. — Я найду этого мародера, чего бы мне это ни стоило, — процедил он. — Хочу лично посмотреть в глаза тому, кто множит хаос в и без того нелегкой ситуации, тогда как усилия каждого должны быть направлены на стабилизацию, на изживание последствий спекулянтского вредительства. Я собственными ногами растопчу этого червя, потому как никто не смеет безнаказанно вторгаться в мою вотчину, настраивать против меня моих клиентов, моих людей.

Молли была поражена. Она не ожидала, что этот бесспорно неприятный инцидент мог произвести на ее хладнокровного и неустрашимого рыцаря столь острое раздражающее действие. Он буквально скрежетал зубами, словно уже обгладывал косточки своего врага.

— Значит, на повестке дня три задачи, — констатировала Молли, развернув вечно сопутствующий ей блокнот персонального помощника великого человека.

Джаррод вопросительно уставился на нее.

Молли приготовилась записывать пункт за пунктом, вслух проговаривая перечень дел, не терпящих отлагательства.

— Первое: поиск человека, распускающего слухи о вашей несостоятельности. Второе: мониторинг и документирование материального и морального ущерба, наносимого деятельности корпорации этими слухами. Третье: предъявление судебного иска за сознательное причинение вреда деловой репутации фирмы.

Девушка исправно сформулировала задачи дня, сделала таинственные пометки на полях ежедневника и торжественно захлопнула его.

Джаррод внимательно смотрел на свою подчиненную. Он бы посчитал это за издевательство со стороны кого угодно. Но в добродушной Молли Тейлор он был уверен, как в самом себе. За все три года он не заметил за ней ни хитринки. Юное, чистое создание…

— И то, что моя верная помощница, невзирая ни на какие козни, со мной, об этом тоже все должны знать! — объявил он. — Ты молодец, Молли. Взяла и разложила все по полочкам. Найти, вменить в вину и наказать. Вот именно этим мы и займемся. И ты мне поможешь.

— Только скажите, что я должна сделать, сэр!

— А на что ты готова пойти, Молли? — заинтересовался мужчина, распаленный персиковым румянцем на нежных щеках молоденькой подчиненной.

— Сверхурочные, командировки, отказ от бонусов в счет покрытия убытков. Все, что хотите, сэр!

— Сверхурочные… — задумался Джаррод. — Ты постоянно трудишься сверхурочно, Молли, — проговорил он несколько разочарованно.

Молли просительно посмотрела на него. К сожалению, она ничего больше не могла предложить своему боссу, а хотела бы… Очень хотела!

— Мы могли бы вынести штаб армии сопротивления за пределы офиса. Что скажешь? Ты же понимаешь, мы должны действовать предельно осторожно. Быть может, Питеру Олонби удастся завербовать кого-то из наших. Тогда любое наше действие немедленно станет известно злоумышленнику…

— Верно, — вставила Молли, покоренная прозорливостью своего босса.

— Ты со мной? — спросил Джаррод.

— Конечно, мистер Бэннинг! — воскликнула девушка.

Джаррод удовлетворенно покивал.

— Мы должны не только оперативно вычислить заговорщика, но и незаметно подобраться к нему, а для этого необходимо исключить любую возможность утечки информации…

— Согласна, — посчитала нужным вставить секретарша.

— …и дело не только в материальном ущербе, который могут причинить его действия, — продолжал начальник, не разбрасываясь своим вниманием на бесполезные ремарки подчиненной. — Следует преподать негодяю хороший урок… Что же касается тебя, Молли, — вновь адресовался он непосредственно к ней, — я стану платить тебе больше.

— Не стоит, мистер Бэннинг, — засмущалась и зарделась Молли.

— Не спорь! — пресек он. — Это вопрос принципа. Мы на осадном положении. Ты в курсе всех дел. Я не хочу, чтобы человек, на которого я рассчитываю всецело положиться, был искушаем. Поэтому намерен упредить даже самые щедрые предложения со стороны Олонби и ему подобных. Теперь это вопрос репутации.

Деловая репутация Джаррода Бэннинга в числе его приоритетов занимала первое место, что он неизменно подчеркивал, пока слово «репутация» в его устах не начинало звучать как чудодейственное заклинание, как пароль, как боевой клич, как магическая формула.

Молли медленно прихлебывала кофе и откровенно любовалась им. Мамочка и тетушки пичкали ее сказками, даже когда детство закончилось.

Она продолжала витать в заоблачных высях, уже начав вести самостоятельную жизнь. И эта жизнь была с ней достаточно милосердна, поскольку ни разу не дала повода усомниться в установках, заложенных романтичными мамочкой и тетушками. Потому и деньги никогда не были в их представлении чем-то значительным. Просто дамам везло не сталкиваться с их полным отсутствием. Но и впрок они не считали нужным запасаться, жили, как птицы небесные, чем Бог пошлет.

Теперь мамочка и тётушки были на пенсии. И до последнего времени их стабильности ничто не угрожало. Однако и они, идеалистки, постепенно начали сталкиваться с определенными сложностями. Что-то всех их ждет в будущем? — этим, вопросом так или иначе успела задаться каждая из них.

Босс, вошедший в раж, продолжал разглагольствовать:

— Послушай, Моллирелла! А не показаться ли нам обоим миру во всей славе и силе?!

Молли закашлялась от неожиданности.

— Гм… то есть? Что вы хотите этим сказать?! — почти испугалась она.

— Есть идея! — торжественно объявил он.

Молли боялась громких идей. Как человек, привыкший иметь дело преимущественно с документацией и формальными контактами, обусловленными производственной необходимостью, она не терпела экспромтов и поспешностей. Потому насторожилась.

— Три пункта, что ты пометила в своем блокнотике, могут сделать из нас параноиков, боящихся собственной тени, если мы не возьмем за правило наслаждаться плодами своего труда. Мобилизация — это отлично, две пары глаз и ушей не позволят нам упустить главное. Но мы должны четко сознавать, ради чего все это затевается, — аргументировал бизнесмен.

— И ради чего же? — искренне заинтересовалась Молли, не улавливая в его словесных конструкциях четкой идеи.

— Мы должны не только чувствовать нерушимое единство между начальником и подчиненным, между вдохновителем и исполнителем, между работодателем и работником, но и красноречиво продемонстрировать это недоброжелателям. Крепить это единство, наперекор всему получать от этого единства удовольствие…

— Сэр, — осторожно перебила его Молли, — а что, если вы лично обзвоните всех наших крупных клиентов с заверениями, что им не о чем беспокоиться? — внесла секретарша, как ей казалось, ценную идею.

Джаррод на мгновение задумался, после чего энергично принялся качать головой.

— Нет, так мы только сыграем на руку саботажникам, подтвердим обоснованность слухов. Наша же задача состоит в том, чтобы их полностью опровергнуть… Я предпочитаю видеть каждого из сомневающихся в своем кабинете и с глазу на глаз в личной беседе дать им понять, что все волнения напрасны. И ты, Молли Тейлор, мне в этом поможешь. Но это с девяти до пяти. А во внерабочее время тебе придется, не из офиса разумеется, сделать некоторые звонки, собрать определенную информации, составить для меня ряд сводок и отчетов, подготовить статистические выкладки, систематизировать оперативные данные фондовых рынков… — пустился он в перечисление задач, которые напугали бы кого угодно, только не Молли Тейлор. — Но прежде я выведу тебя в свет, Моллирелла! — вновь шокировал он ее.

Она была готова к бессонным ночам у монитора компьютера, но не к горнилу светской круговерти, оттого вновь приуныла.

— Чем тебя не устраивает эта идея? — недовольно отозвался он на ее скисший вид. — Что может быть проще, чем пустить пыль в глаза?

— Ну… не знаю… — пробормотала секретарша, поправив очки. — Я не впишусь. Мне же известно, какие люди вращаются в вашем кругу, сэр. Я не такая, — покачала она головой.

— Героями светской хроники не рождаются, а становятся! — со знанием дела изрек Джаррод. — Пойдем от простого к сложному. Я закачу прием у себя. Приглашу несколько пар. Ты будешь моей компаньонкой. Постепенно войдешь в курс. Ты толковая, я в тебе уверен… Но есть один отличный повод показаться уже сегодня. Помнишь пригласительный, который пришел в мой адрес на днях? На две персоны. Думаю, нам стоит посетить эту церемонию.

Молли всегда с трудом поспевала за мыслью Джаррода, которая развертывалась перед ней с ускорением сверхзвукового истребителя. Он на ходу генерировал все новые и новые идеи, буквально перебивая самого себя.

— Но до церемонии считанные часы! И вы не собирались на нее, вы сами так мне сказали…

— Тогда не собирался. Но ты же видишь, как все меняется. В данный момент я считаю это прекрасным поводом продемонстрировать всем и каждому, что у нас нет причин для пессимизма!

— Но у меня даже нет подходящего вечернего наряда, — удрученно пробормотала секретарша, заправляя за уши выбившиеся пряди.

Джаррод уставился на нее насмешливым взглядом.

— И по этой единственной причине ты готова отказать мне в маленькой услуге, Молли Тейлор? Не ожидал от тебя такого дезертирства!

— Гм… нет! Но…

— Что там у вас, женщин, входит в экстренный набор королевы красоты? Платье, туфли, сумочка? И, по-твоему, я настолько никчемный мужчина, что не смогу снабдить свою спутницу всем необходимым для блистательного дебюта?

— Я, конечно, благодарна вам, но…

.— Можно подумать, я делаю это для тебя, Молли, — одной-единственной фразой, походя, опрокинул он девушку в ее же собственных глазах.

Молли сглотнула, но ради процветания фирмы постаралась взять себя в руки и ни словом, ни делом не выказать обиды, которая грозила засесть глубоко.

— Итак, Моллирелла, мы не постоим за ценой! Сделаем все в лучшем виде. Считай это своим повышением, машинистка, — добил босс и полез в бумажник. — Сейчас дам тебе свою карточку. Самому мне идти по магазинам с тобой некогда, Молли. Я бы очень хотел, чтобы ты постаралась выглядеть подобающе поводу, но в то же время не забывала, что ты моя подчиненная, а не содержанка. Чтобы ни у кого не сложилось на этот счет заблуждений… И просмотри мой график на предмет подобных мероприятий. Теперь мы будем светиться на них регулярно…

— Если так, то я беру назад свои слова относительно прибавки. Думаю, теперь она мне понадобится, — осторожно проговорила подчиненная.

— Слышу речи разумного человека, — одобрительно отозвался босс. — Значит, будем считать, что договорились.

Молли кивнула.

— А теперь поспешим в офис. Ты снабдишь меня материалами к предстоящим встречам с клиентами, заправишь впрок кофеварочный аппарат, после чего можешь отправляться просаживать мои денежки. В твоем распоряжении будет что-то около часа. По-моему, этого тебе вполне хватит. Будь в офисе за час до начала церемонии. У меня для тебя есть еще кое-какие поручения…

Глава вторая

— Ты еще здесь? Отлично! Выдай-ка мне перечень всех крупных корпоративных клиентов в одном списке и всех частных инвесторов — в другом, — потребовал от нее Джаррод Бэннинг, когда Молли собралась уже бежать по магазинам, и она вынуждена была повернуть от лифта к столу в приемной. — Я тут подумал, что некоторые из них могут быть этим вечером на церемонии. Хочу воспользоваться такой возможностью переговорить с ними… Не забудь указать в перечне статус и масштаб их участия в текущих финансовых проектах корпорации, чтобы в случае удачного стечения обстоятельств, разговор сложился предметный… М-да… Зайдешь потом ко мне, я должен продиктовать тебе несколько свежих идей, чтобы ничего не забыть! — сказал он и заперся в своем кабинете.

Молли уставилась безотрадным взглядом на его глухую дверь, затем вздохнула и приступила к выполнению, как всегда, срочного поручения, поскольку при переменчивом характере босса других поручений она не знала. Как ни старалась она придерживаться графика дел, но уже с самого утра Джаррод ставил все с ног на голову, выдавая каждую четверть часа по гениальной идее.

Она лишь мельком взглянула на часы в углу экрана, понимая, что сказка про Золушку будет ей дорого стоить, если она не управится с его заданием в максимально сжатый срок.

— Где мой электронный секретарь? — по внутренней связи спросил ее босс пару минут спустя. — Да, кстати, ты давно обновляла программное обеспечение?.. Сбрось все, что ты сейчас наработала, в электронную книжку. После этого можешь отправляться по своим делам.

— Да, хорошо, я сейчас, — отчеканила Молли в маленькое гнездышко встроенного микрофона их нового устройства связи и, подумав, добавила: — Мистер Бэннинг?

— Да?

— Это последнее распоряжение? — деликатно уточнила Молли.

— Да, — подтвердил босс.

— Угу, — отозвалась секретарь и поспешила завершить дело, прежде чем он изобретет очередное поручение для усердной служащей.

Она положила перед ним на стол полный комплект распечаток по интересовавшим его вопросам, электронного секретаря и устремилась по магазинам.

Девушка в туфлях на плоской подошве, в трикотажном джемпере под горло, в юбке трапецией ниже колена семенила по людному тротуару. Она искала взглядом подходящий бутик, каких немало было на любой улице делового центра. Руководствовалась она при этом иррациональными соображениями, решив войти в тот бутик, который выглядел бы менее отпугивающим.

— Я торопилась, — часто дыша, сказала Молли, ступив на порог его кабинета.

Она смотрелась чрезвычайно запыхавшейся. А босс выглядел не на шутку взбудораженным, чего прежде она за ним не наблюдала.

— Что-то случилось? — спросила Молли.

— Постоянно звонит телефон! — объявил Джаррод Бэннинг. — Похоже, все наши инвесторы собираются вернуть свои вложения.

— А я так и не успела изучить инструкцию нашего коммутатора, — посетовала помощница.

— О чем ты говоришь? При чем здесь коммутатор? Ты сделала то, зачем я тебя послал?! — засыпал ее возгласами негодования всегда такой невозмутимый руководитель.

— Да, я купила платье, как вы мне велели, — кивнула она. — Вот ваша кредитка.

— А туфли и прочее, что причитается в таких случаях?

— Да, — вновь кивнула она.

— Можешь воспользоваться моей внутренней комнатой, — предложил ей Джаррод.

Молли насторожилась. Ни разу за три года ей не доводилось бывать в святая святых Джаррода Бэннинга. Она лишь знала от служащих, проводящих уборку офисных помещений, что там помимо небольшого гардероба находятся маленькая комнатка отдыха, пара тренажеров для занятий спортом и душевая кабинка.

Когда Молли приходила на работу к девяти, босс уже был здесь и благоухал свежестью, когда она уходила домой, он все еще оставался в своем кабинете, за исключением тех дней, когда уезжал в командировку. Так что Молли даже никогда не задумывалась, где он живет, как и с кем проводит время, когда не работает.

Девушка быстро сообразила, что ей туда не хочется. Опасность того, что он по забывчивости или, не дай бог, подругой какой причине войдет на свою интимную территорию, когда она будет принимать душ, переодеваться или просто приводить себя в порядок страшила молоденькую подчиненную.

— Еще есть время, — сказала Молли и села за рабочий стол, взявшись за инструкцию для телефонной станции.

Джаррод опустился на диван для посетителей, чего тоже никогда не делал.

Сейчас все в нем — порывистость движений, надтреснутый голос, внезапно обнаружившаяся сутулость — изобличало крайнюю нервозность, граничащую с отчаянием.

— Было несколько звонков от частных лиц, которые хотят затребовать свои срочные вложения! — патетически объявил он.