Тройной переплет

– Ночью темно, голос красивый, ты умная, – перечислил свои логичные доводы зеленый абориген Онтара под громовые раскаты хохота.

Смеялись все и по ту сторону зеркала, и по эту, избавляясь от долгого напряжения нервного дня, от страхов, горячки боя и тревог за будущее. Улыбнулся даже Гал и задумчиво пошутил (или не пошутил, кто их воинов разберет):

– Тебе еще днем ее терпеть придется…

– Спасибо, но я пока замуж вообще не хочу, – вежливо поблагодарила колоритного жениха Элька.

– Надумаешь, приходи, – великодушно разрешил гоблин под очередной взрыв громового хохота. Но на него не отреагировал, может, счел такую реакцию проявлением радости за его колоритную персону со стороны варваров-людей, чем-то вроде аплодисментов.

– Обязательно! – пообещала Элька, твердо убежденная в том, что какие бы странные идеи ни забредали в ее голову, такой не возникнет точно.

Благополучно разрешив вопрос с последним пленником, коего отправили в башню в сопровождении одного воина исключительно с целью указания дороги и отключения визгунов, попадавшихся на пути следования, Лукас и Гал засобирались домой. Разумеется, они клятвенно пообещали вернуться завтра незадолго до открытия врат. Мирей, оказав всю возможную помощь как людям, так и пострадавшим иных рас, помещенным под стражу, присоединилась к друзьям.

– Тогда на прощанье за наш сегодняшний и грядущий успех позвольте предложить вам гиракского вина – лучшего не сыскать на Оргеве! – воодушевленно воскликнул принц, снимая с пояса фляжку, и почему-то попросил: – Шавилан?!

– Сию минуту, ваше высочество, – охотно отозвался чароплет и дернул с косицы очередную бусину голубовато-прозрачного цвета, пробормотал под нос и пошевелил пальцами, на груде не пригодившихся при обороне камней возник поднос с небольшими прозрачными рюмочками по числу людей, «приглашенных» к столу. Простых воинов, разумеется, в расчет никто не брал. Поить каждого, так никакой фляжки не хватит, бочку выкатывать придется!

Во время допроса Вайда о чем-то напряженно думала, покусывая нижнюю губу, а тут вдруг сорвалась с места, первой подхватила волшебный поднос и принесла его принцу. Несколько удивленный такой нетипичной услужливостью, Арсин открутил крышку и аккуратно разлил тягучее густо-рубиновое вино. Женщина обнесла принца, Тарина, Шавилана, Мирей, последним подала бокальчики посланцам Совета богов, спасителям отечества – мужеского пола, взяла оставшийся себе. Принц несколько мгновений подумал, выбирая тост, и решительно провозгласил, желая не смерти врагам и не победы, но кое-чего куда более значимого:

– За мир и процветание Оргевы!

Гал одобрительно кивнул. Все выпили. Эльфийка пригубила из своего бокальчика и неожиданно обратилась к коменданту замка, сурово нахмурив тонкие брови:

– Напрасно, у тебя ничего не получится. – Глаза жрицы сверкали гневным золотом расплавленной магмы. Очень редко Мирей злилась по-настоящему, и коллеги совершенно не привыкли видеть ее такой.

– О чем вы, мадемуазель? – не понял Лукас причины такого обращения.

– Она знает о чем, – серьезно и почему-то очень сердито отозвалась Мирей, вернула бокальчик на поднос и нажала на перстень, исчезая без обычных милых слов.

Одарив покрасневшую до свекольного оттенка Вайду недоуменными взглядами, маг и воин вежливо простились с оргевцами и тоже вернулись домой, где Рэнд и Элька на два изнывающих от любопытства голоса требовали от эльфийки ответа: чем это таким непотребно-возмутительным ее умудрилась разгневать комендантша, не сказавшая и пары слов. Макс не приставал только в силу природной стеснительности, но глаза сверкали столь же неистовым интересом.

– Она пыталась приворожить Лукаса и Гала, – неохотно призналась Мирей.

Вроде бы такого рода тайны ей следовало оставить при себе, но уж слишком сильно было возмущение жрицы, подпитываемое негодованием богини. (Ирилия давно считала членов команды чем-то вроде семьи своей любимицы.)

– Обоих? Экая темпераментная особа, а по виду и не скажешь! Куда ей столько и когда она только успела втрескаться в них, за несколько-то часов? – удивилась непосредственная Элька.

– Чего, мужиков в замке мало? Нет, наши, конечно, лучше, но не настолько же, чтобы так рисковать, или настолько? – задумался Рэнд, впившись демонстративно-пытливым взглядом в друзей. Сейчас он здорово напоминал ту жену из анекдота, хвалившую любовницу мужа на светском рауте.

– Не из-за любви, чтобы они наверняка остались помогать, – пояснила Мирей. Кажется, мотив действий возмутил жрицу еще больше, чем сам поступок.

– А почему у этой находчивой бабы ничего не вышло? – заинтересовался Фин. – Зелье, что ль, выдохлось или твоя Ирилия помогла?

– Ирилия предупредила, – спокойно согласилась жрица, постоянно пребывающая на прямой линии связи с богиней, – но Лукас-инкуб, он сам есть живое воплощение приворота, а Гал… – Теплая улыбка осветила лицо эльфийки, сделав его похожим на иконописный лик… – Того, кто защищен пламенем истинной любви, ложная не одолеет.

Лукас, освобождаясь от теплой одежды, отвесил Мирей признательный поклон. А заодно скинул маскировочные чары. Начинал кланяться человек-шатен, а закончил огненно-рыжий инкуб с маленькими рожками – истинное воплощение искушения. Самодовольная улыбка мелькнула на его губах.

– Что у тебя с ногой? – вместо стеснения от очередного обнажения его столь долго и тщательно скрываемых чувств строго уточнил Гал у Эльки. Та до сих пор сидела в одном носке.

– А? – Увлеченная происходящим зрительница глянула вниз на босую ногу, стоящую рядом со второй, облаченной по всей форме – в носочек и туфельку. Только сейчас девушка вспомнила про полученное при спасении Лукаса увечье. – Ерунда, на камнях рассадила, все уже зажило. Зато я думаю, это нам может здорово пригодиться!

– Элька, спасибо за то, что спасла меня. – Инкубская улыбочка на красивом лице мага сменилась серьезным, странно-ласковым выражением.

– Всегда пожалуйста! – подмигнула Элька другу, и он залихватски подмигнул ей в ответ.

– Что и как нам может пригодиться? – устало переспросил воин охочую до проказ негодницу, ожидая очередной сумасшедшей, но небесполезной идеи. Только поэтому и не пресек разговор на корню.

Какими бы нелепыми или сумасбродными ни казались предложения, на трезвый и безукоризненно логичный взгляд Эсгала, очень часто именно они, эти сумасшедшие предложения Эльки, являлись самыми полезными. Великую загадку этого феномена воин постичь так и не сумел, но решил для себя, что где-то во Вселенной кому-то очень нравится подсмеиваться над выкрутасами хаотической колдуньи и оставлять его, скептика, в дураках. Может быть, Силам или самому Творцу?

– Ну, это та самая тайна, о которой я сегодня утром говорить не хотела, – хитро улыбнулась Элька, весело пошевелив пальчиками на босой ноге, – потому что на тебя обиделась, но ради дела придется расколоться прямо здесь и сейчас! Внимайте, друзья! Оказывается, моя кровь для вампиров – жуткий кайф, они от одного ее запаха дуреют, а вкус так и вовсе с ума сводит. Нам же что надо? Показать, какой этот консорт болван, и если он только почует, он всякий контроль потеряет…

– Ильдавур пил твою кровь? Отвечай?! – не проорал, скорее с каким гортанным рыком тихо потребовал откровенности Гал, подхватывая Эльку из кресла как пушинку и встряхивая ее. Таким разгневанным команда его давно, пожалуй с алторанских пор, не видела и просто растерялась, не зная, что делать и как успокоить разбушевавшегося оборотня. Физические меры воздействия к нему, в силу разных весовых категорий, были неприменимы, а магически усмирить того, кто разрушает заклятия, было столь же непросто.

– Нет, – пискнула полупридушенной мышью Элька и продолжила: – Он мне палец лечил, я в ресторане о бокал порезалась. Вот он и растолковал мне, что к чему, да я и сама видела, как он закаменел…

Гал подчеркнуто аккуратно опустил Эльку в кресло и быстрым шагом вышел из комнаты.

– Опять обиделся? – растерянно поинтересовалась она у столь же растерянно молчащего общества, достала окровавленный располосованный носок, всучила магу и со словами: – Лукас, если нам это использовать придется, придумаешь, как свежим сохранить, а я к Галу, – понеслась из комнаты, как была босая на одну ногу, скинув для скорости и вторую туфлю.

Глава 16

Истории любовные, мышиные и прочие

Ни в коридоре, ни на лестнице, куда вихрем вылетела Элька, воина уже не было. Даже не слышались шаги. Применив метод дедукции, девушка устремилась на первый этаж, цепляясь за перила и перепрыгивая через три ступеньки кряду. В нижнем коридоре тоже было пусто, но это не остановило преследовательницу, испытывавшую стойкое ощущение дежавю. Она подбежала к дверям в комнаты Гала и, стукнув для порядка на сей раз в незапертую дверь, с разгону ворвалась внутрь. Воитель стоял вполоборота и как раз собирался снять через голову рубашку. Он резко обернулся и в стеснительном замешательстве вперил в Эльку зеленый и какой-то странно виноватый взгляд.

– Гал, ты чего ушел, мы тебя чем-то расстроили? – прямо спросила Элька, подходя поближе.

– Я ушел переодеться и смыть кровь, – промолвил воин, отводя взгляд и возвращая рубашку на место. Коротко вздохнув, он завел старую привычную шарманку: – Тебе не следует находиться в моей комнате с…

– Ты не ответил на вопрос, – качнула головой Элька. – Сначала рычал, тряс меня, как грушу, а потом, не сказав ни слова, почти убежал. Так марафет наводить не уходят!

– Извини, я причинил тебе боль? Напугал? – виновато понурился Гал, комкая край рубашки в кулаке.

– Ты? Напугал? – насмешливо фыркнула Элька и, запросто хлопнувшись на жесткий диванчик рядом со стоящим воином, задорно объявила: – Не дождешься! Я тебя не боюсь и, что бы ты ни выкинул, бояться не начну! И ничуточки мне не больно было, ты мне ни разу больно не делал, даже когда сердишься и ругаешься, всегда очень осторожен! Да, ты воин, значит, не ромашки сажаешь, а убиваешь, но чего ради я должна этого бояться или брезговать? Ты-то от того, что я хаотическая колдунья, мне бойкота не объявил?! Да, тебя бесит моя дружба с Ильдавуром, я понимаю, но ведь терпишь, хоть и злишься чуток…

– Чуток? Я злюсь страшно, в иное время, раньше, я бы убил его, не рассуждая, но теперь… – криво улыбнулся Гал и еще разок вздохнул. – Даже теперь я иногда боюсь, что могу что-то такое сделать…

– А я не боюсь, и ты не бойся. Ты стал другим, я же вижу и знаю, даже если сам ты еще не видишь, насколько другим. И вовсе незачем тут «переодеваться и смывать кровь», давай натягивай рубашку, ты почти чистый, снежком все оттер, а эту капельку на ухе и так соскребем!

Элька подскочила с диванчика и, послюнив пальцы, ухватила Гала за мочку левого уха, где оставалось маленькое бурое пятнышко – единственное вещественное доказательство прошедшего боя. Воин охнул, выпрямившись как струна и почти закатив глаза.

– Ты чего, больно? Ногтем задела? Я нечаянно, – виновато протянула мойщица, отдергивая пальчики. – Вот, уже все чисто.

– Жаль, – шепнул одними губами Гал, открыв глаза, ставшие яростным зеленым пламенем с золотыми искрами по ободку.

– О-о-о! – таки услышав это тихое словечко, с проказливой улыбкой догадалась о причине Элька. – Тогда я с удовольствием тебе все ушки помою! Не знала, что у оборотней это такое уязвимое местечко…

– Надо работать, скоро ужин, – с совершенно очевидной неохотой торопливо отказался воитель, принимаясь застегивать рубашку.

– Тогда пошли к нашим! – вроде бы поддержала трудовые начинания коллеги Элька и тут же, нахально пользуясь его состоянием, провокационно уточнила: – Ах да, ты меня поцеловать не хочешь или это тоже слишком и ты так быстро не можешь?

Вместо ответа Гал решительно шагнул к провокаторше, склонился (из-за разницы в росте наклоняться пришлось сильно) и накрыл ее губы своими горячими, почти обжигающими губами…

– А ты врун! Все-таки врун! – отдышавшись, заявила разрумянившаяся Элька, уютно устроившись в кольце рук оборотня.

На лице воина отразилось искреннее замешательство с недоумением в равных пропорциях.

– Зачем тебе платить девушкам? Если ты так не только целуешься, то это они должны приплачивать! – вспомнив старый разговор, объявила Элька, чем заставила Гала покраснеть, а потом бесцеремонно схватила за руку и снова, уже привычно, потянула за собой прочь из комнаты.

Воин покосился на босую ногу проказницы, легко, как пушинку, подхватил ее на руки, бережно прижал к груди и понес от своих комнат до дверей в Элькины. Причем нес совсем неспешно! Неужто устал в сражении? Боком Гал толкнул дверь, опустил свою ношу на ковер и заботливо велел:

– Обуйся!

– Ладно, – улыбнулась Элька, вытащила запасные голубые носочки, синенькие туфельки-лодочки и быстро надела на ножки. – Вот, жалко только, что теперь придется на своих двоих до зала совещаний топать, мне кататься понравилось. Так, знаешь ли, куда удобнее, чем поперек плеча! Может, снова обувь по дороге потерять и палец ушибить?

– Не надо, – с удивительно нежной улыбкой качнул головой Эсгал, снова взял хулиганку на руки и понес по коридору, лестнице и дальше до пункта назначения.

Шагал он размеренно и плавно, девушка, положив голову ему на грудь, наслаждалась поездкой. Все ухажеры, что когда-либо пытались носить Эльку на руках, несмотря на птичий вес девицы, очень скоро начинали тужиться, краснеть и задыхаться, а у Гала даже не сбилось дыхание. Ему, оборотню и воину, нести ее было совсем не в тягость, скорее напротив. Единственное, о чем он жалел, что расстояние от Элькиной комнаты до зала совещаний так мало и нет под рукой мага, способного превратить его в бесконечность.

Перед дверьми Эсгал поставил проказницу на пол, а она быстро, пока носильщик не успел ретироваться или отстраниться в очередном приступе смущения, нежно чмокнула его в щеку:

– Спасибо! – А потом влетела в зал с привычным радостным вопросом: – Чего вы уже успели натворить без нас, любимых?

– Пока, мадемуазель, я лишь исполнил данное вами поручение, – иронично отчитался Лукас, демонстрируя симпатичный хрустальный флакончик с красной жидкостью. Даже потребные для колдовства и работы мелочи в руках изысканного мосье становились подобны сувенирной продукции. Главное было – не демонстрировать их там, где штучки мосье могли счесть таковой, а то отбиться от толпы желающих приобрести эксклюзивный товар не было бы никакой возможности!

– Ага, значит, это наша наживка! – полюбовавшись флакончиком, обрадовалась Элька и тут же задала следующий вопрос: – А с кем сведущим ты хотел советоваться по ключам?

– Угадай с трех раз, кто, по идее, почти вездесущ и кого фигасе дозовешься? – ухмыльнулся Рэнд, как обычно, качаясь на стуле, раскачиваться в кресле ему уже надоело.

– Связист. Связист. Связист, – занимая свое место, выдвинула девушка три версии под мелодичный смешок Мирей и сдавленное хрюканье Макса.

Команда снова сидела за столом, чтобы видеть друг друга при обсуждении проблемы и иметь возможность разместить необходимый инвентарь.

– Да еще и ребят пока нет, – продолжил Фин. – Теперь Лукас думает, как состряпать качественную иллюзию для Гала, чтобы превратить нашего гепарда в форвлака на время переговоров. Хватит ли шерстинок гигантского волка с Ниперра или придется где-то разжиться более действенным средством. Хорошо хоть, мышь летучая у нас есть натуральная, света не боится, и никого заколдовывать не придется.

– Моя Мыша – самая мышная мышь во Вселенной! – гордо подтвердила Элька и предложила: – А с иллюзией пока погодите, я попробую уговорить Фельгарда. – При упоминании загадочного имени Элька встретила непонимающие взгляды друзей, спохватилась и пояснила: – Э-э, точно, я вам не успела рассказать за обедом. Сегодня днем я в ресторане не только с тем магом, еще и с форвлаком познакомилась, он работает у Ильдавура.

– Да уж, насыщенное у тебя утречко выдалось! – хмыкнул вор.

– Carpe diem! – улыбнулась Элька, процитировав на латыни расхожую фразу: «Лови момент!»

– Вы считаете, мадемуазель, что это создание захочет помочь по доброте душевной и даже даст ради этого выколоть себе глаз? – весьма недоверчиво нахмурился Лукас, пока коллеги переваривали информацию об очередном сногсшибательном знакомстве подруги, позабывшей поставить их в известность о таком «незначительном» факте.

– А он уже кривой, – беспечно отмахнулась Элька и продолжила рассуждать вслух: – И, конечно, задарма он работать не будет. Мирей, я все равно хотела с тобой поговорить, как минутка появится. Фельгард границы у Ильдавура охраняет и глаза лишился, когда эльфы налет устраивали, зрение так и не восстановилось, очень мощная зачарованная стрела попалась. Ты со своей богиней посоветуйся, вдруг она согласится посодействовать? За новый глаз Фельгард нам точно поможет! Ты же пророчица, сама подумай, не просто ж так он мне прямо сегодня встретился! В том же самом ресторане, где я с Атриэлевой невестой и Марликаном столкнулась.

– А как назывался ресторан? – почему-то заинтересовался именно этим вопросом мосье Д’Агар.

– «Волшебный вкус», хорошее местечко, кормят вкусно, уютно, и вид из окна на фонтанчики милый, – дала справку Элька. – Если хочешь, я тебе покажу как-нибудь.

– Не стоит, мой ангел, я знаю это место, – уголком рта улыбнулся маг и объяснил друзьям причины своего странного интереса: – Этот ресторан любят волшебники, и чаще всего именно они посещают «Волшебный вкус». Их привлекает не столько кухня, хотя, мадемуазель права, она изумительна, но и само место. Здание стоит на ПЕРЕПУТЬЕ.

– Чего, на перекрестке, что ли? И что в этом здоровского? – удивился Фин вкусам рестораторов и публики.

– Нет, мой друг, на перепутье магическом, судьбоносном. Таковы встречи и знакомства, что случаются в ресторане, – постарался объяснить Лукас слишком сложное понятие максимально примитивными словами. – Если Судьбе, Року, Случаю угодно тебе что-то подсказать, то именно в этом месте ты найдешь ответ. Но мораль в том, что видеть его и толковать тоже надо уметь, чтобы не совершить ошибки. Поэтому обычные люди избегают «Волшебного вкуса», и именно поэтому его так любят волшебники. Дар хаотической магии сегодня привел мадемуазель в знаковое место, и, я полагаю, привел неспроста. Мы должны со вниманием отнестись к ее встречам и прислушаться к словам.

– То-то официант меня сразу волшебницей назвал, – отыскав ответ на свой утренний вопрос, совершенно успокоилась Элька, ничуть не испуганная «знаковостью» вкусного обеда в замечательной компании. Чудес в мирах много, им стоит радоваться и принимать с открытым сердцем и душой, а не препарировать, разбирая по косточкам!

– Я помолюсь Ирилии и испрошу ее совета, – с явственно ощущаемыми нотками сомнения в голосе согласилась с доводами друзей эльфийка, сложив руки ковшиком, и полуприкрыла глаза. Всю ее фигуру окружило знакомое золотое сияние, Мирей погрузилась в медитацию.

А Фин тем временем возобновил выкрикивание мантры, разработанной еще метаморфами и с переменным успехом применяемой членами команды для вызова Силы-Посланника, вечно пребывающего где-то в недоступных далях. Элька, Лукас и Макс присоединились к стараниям друга. Гал же взял последнее из трех посланий – кораблик из тетрадного листа в клеточку, приплывший из недоступного Силам урбомира, – и задумчиво хмурился, крутя его в пальцах.

– Ай, ребята, приветики, у меня тут дел невпроворот, давайте по-быстренькому, что надо, лады? – откликнулся какой-то глухой, странно далекий и совершенно не по-связистски деловой, хорошо знакомый баритон.

– Я сегодня почти все время за наблюдателя, считай в сознании, – великодушно предложила Элька испытанный в последнее время прием.

Если Связист куда-то сильно торопился или время было дорого, коллеги предлагали Силе воспользоваться чем-то вроде телепатической связи, позволяющей почти мгновенно получить полное представление о происходящем. К удивлению общества, оказалось, что самыми доступными для такой процедуры Связист считает сознания Эльки и Мирей, у первой в пику хаотической природе магии и поведения обнаружилось весьма четкое построение мыслительного процесса, а легкость в общении с Мирей объяснялась ее навыком ментального диалога с богиней. Попытки «почитать» Гала вызвали у Силы мощный приступ головной боли, странный втройне от того, что головы-то у энергетического создания не имелось, а в Максовом заумном пространстве бедняга едва не заплутал, как в петле Мебиуса, на веки вечные. Лукас и Рэнд оказались примерно в середине шкалы предпочтения, первый – из-за излишней скрытности (переломить себя после долгих веков маскировки магу было нелегко), второй – из-за слишком сильно эмоционально окрашенного восприятия, искажающего фактическую картину происходящего сверх приемлемого для анализа.

Связист угукнул, на пару секунд заткнулся и протянул:

– Да-а, дела, три задачки одним комом… Вам, стало быть, теперь ключи отнять надо на Оргеве. Это несложно, знаю я то заклятие, которое Онтар и Архи плели, когда мир пополам пилили. Пока вампирчик помнит, что он хранит, их не забрать, но если хоть на секунду забудет, ключи, как обычную вещь, отобрать можно, они и выглядеть будут такими, как он считает, ключи-то колдовские. Главное – шанса не упустить. Элька насчет крови дело говорила, может сработать. Я с Силами Времени перетру, чтоб они там чуток подкрутили ход, не ждать же вам завтрашнего дня…

А насчет Венстика почти ничем не помогу, очень закрытый урбомир, Силам туда дороги нет, что там творится – не знаю. И вы, когда там работать будете, учтите, магия может вообще не действовать, даже зеркало наблюдений, а перстни только туда и обратно вас доставить смогут, на это их мощи хватит. Но опять же насчет времени я договорюсь, чтоб, когда туда отправитесь, его ускорили. Работу сделаете и в ту же минутку вернетесь, на Оргеву еще до ночи успеете. Если лады, я побег…

– Не смеем вас задерживать долее необходимого, мосье Связист, – настолько подчеркнуто вежливо, что сразу становилось ясно, какая досада скрывается за этими привычно-любезными словами, попрощался Лукас, пока Гал неодобрительно хмурился, а Рэнд подбирал ругательство позабористее.

Ответом стала тишина, настолько пустая, что сразу становилось ясно, Сила-Посланник исчез, даже не отпустив на прощанье ни одного насмешливого комментария и, по обыкновению, не велев магу мосьекать. Вероятно, в самом деле был чрезвычайно занят, как частенько случалось в последнее время.

– Все так, как должно, – разомкнула уста Мирей, прежде чем друзья начали возмущаться безалаберностью энергетического приятеля, всерьез и хором.

Глаза жрицы все еще были полузакрыты, тело окружено ореолом света, она продолжала пребывать в трансе. Оттого с повышенным вниманием прислушались коллеги к словам эльфийской провидицы.

– Умерьте досаду, все правильно, и ныне лишь в наших руках нити событий, тройной переплет, что способен сложиться в прекрасный узор. На Венстик пусть колдунья идет и тот, кого она изберет спутником, потом лишь с форвлаком ей говорить надлежит. Условие таково: за помощь будет даровано исцеление… – Губы девушки еще раз шевельнулись, потом сложились в проказливую улыбку и прибавили: – Присмотритесь к забаве ваших питомцев, это поможет…

Мирей глубоко вздохнула, золотой свет погас, и эльфийка развела руки, потягиваясь одним гибким, грациозным движением, похожим на начало танца.

– Наших питомцев? – взъерошил волосы Рэнд, принимаясь искать взглядом своего крыса и Элькину мышь, запропавших почти сразу после обеда, когда команда увлеклась разбором тройного задания. Зверьков в комнате действительно не было.

– У меня их тоже нет, – поделилась свежим наблюдением владелица уникальной летучей мышки-посланца, заезжавшая в личные апартаменты на Гале, чтобы обуться.

Лукас нагнулся к приятелю, снял с его штанов пару крысиных волосков, подбросил в воздух с присвистом и замысловато прищелкнул пальцами:

– Реше патен энсе вои!

«Отыщи частица целое!» – перевела Элька близко к тексту.

Волоски вспыхнули. В воздухе явственно завоняло паленым, и маг, потирая пальцы, вскочил, чертыхаясь, с совершенно незаклинательным воплем-продолжением:

– Я же запирал утром дверь! Они в магической комнате!

Мосье со всех ног ринулся туда, где, по словам жрицы, а быть может, и самой Ирилии, забавлялись домашние зверьки. Рэнд и Элька, как владельцы виновников переполоха, галопом понеслись следом за магом, а остальные члены команды, переглянувшись, остались на месте. Макс опасался помешать друзьям своей неловкостью, Гал старался без особой нужды к магической комнате не приближаться, чтоб не повредить артефактов, а Мирей… Мирей просто спокойно ждала, когда беглецы вернутся назад, и ничуть не тревожилась.