Помоги проекту - поделись книгой:
В статье «Первые плоды мирного труда», направленной в Нью-Йорк, Тель-Авив, Торонто, Монтевидео и др., указывается, что за годы войны и послевоенные месяцы вступил в строй ряд новых заводов…
В статье «Разведчики» подробно описывается Кузнецкий угольный бассейн, приводятся цифры запасов угля, глубины залегания; указываются данные о строительстве энергетических предприятий (Енисейстрой), проект, мощность которого, как сообщает автор, втрое превысит мощность Днепрогэса. В многочисленных статьях о Биробиджане сообщаются подробные сведения об экономике области, новостройках, полезных ископаемых…
В статье «Евреи в Орске» называются имена евреев – инженерно-технических работников предприятий Орска, сыгравших «значительную» роль в промышленности, и в то же время перечисляются промышленные предприятия Орска: «Здесь выросли огромный никелевый комбинат, заводы имени Чкалова, механический, металлических конструкций, сельскохозяйственного машиностроения и строительных материалов. В Орске по плану пятилетки строится завод тяжелого машиностроения, не уступающий по масштабу Краматорскому и Уральскому заводам тяжелого машиностроения. За пять лет работы завод может полностью оснастить оборудованием металлургический комбинат типа Магнитогорского. Впервые в СССР в районе Орска открыто силикатное, никелевое месторождения. Здесь обнаружена известь, гипс, доломиты, огнеупорные глины. Все это является надежной сырьевой базой для новостроящегося Орско-Халиловского металлургического комбината».
Нужно учитывать тот факт, что при Иосифе Сталине страна находилась за «железным занавесом», и в Лондоне и Вашингтоне не знали места расположения, мощности и т. п. гигантов советской индустрии. А ведь эта информация очень интересовала западных военных. Им она требовалась для разработки планов нанесения ядерных ударов по крупнейшим советским промышленным центрам. А тут такой царский подарок.
«Из материалов также видно, что Еврейский антифашистский комитет отстаивал «особые права» евреев на получение дарственного имущества, поступавшего во время войны из-за границы, и требовал от советских органов участия представителей комитета в распределении имущества.
МИХОЭЛС, ФЕФЕР и писатель БЕРГЕЛЬСОН в связи с предложением ассоциации еврейских писателей Канады об оказании помощи еврейским писателям, проживающим в СССР, направили ответное письмо, в котором указывали: «С благодарностью принимаем Ваше предложение. Было бы целесообразно из намеченного Вами количества посылок половину посылать по индивидуальным адресам, которые мы Вам сообщим, и половину – по адресу Еврейского антифашистского комитета для распределения среди остальных писателей по его усмотрению».
Далее в докладе министра госбезопасности Абакумова идет подробное описание деятельности ЕАК внутри страны, начиная от продвижения идеи создания «Еврейской советской республики» на территории… Крыма («Создание еврейской автономной республики в Крыму отвечало бы самым глубоким чаяниям еврейских масс») и заканчивая, например, изданием в Киеве газет и журналов на еврейском языке, организации специальных магазинов для продажи еврейской литературы, возобновления работы издательства, организации еврейских библиотек и театров, периодической радиотрансляции на еврейском языке и т. д.».
По утверждению Абакумова, руководство ЕАК начало выступать «с различными проектами по вопросу создания еврейской республики на территории Советского Союза» после возвращения из поездки по США.
Во время обыска в помещениях ЕАК было изъято множество документов, которые согласно действующему тогда закону были квалифицированы как «антисоветские». Сразу же после их получения сотрудники ЕАК должны были их сдать в МГБ, а не хранить на рабочем месте.
«Ни один из обнаруженных документов антисоветского характера не был направлен руководством Еврейского антифашистского комитета в соответствующие советские органы для установления и проверки авторов. Кроме того, в Еврейском антифашистском комитете, а также в газете «Эйникайт» было изъято свыше трех тысяч различных книг на еврейском языке, а также большое количество журналов и газет, полученных из-за границы. Среди частично просмотренных книг обнаружено значительное количество литературы антисоветского содержания…»
На основании всего вышеизложенного министр госбезопасности Виктор Абакумов сделал такой вывод:
«Таким образом, обнаруженные при роспуске Еврейского антифашистского комитета документы подтверждают имеющиеся в МГБ СССР агентурные материалы и показания арестованных еврейских националистов о том, что комитет во главе с МИХОЭЛСОМ, ФЕФЕРОМ и другими, по существу, превратился в антисоветский центр, который, ориентируясь на Америку, проводил в СССР подрывную работу.
МГБ СССР продолжает изучение материалов, изъятых в Еврейском антифашистском комитете» [144].
О странной с позиции человека, воспитанного с позиции интернационализма, а не иудаизма, деятельности ЕАК свидетельствуют и другие факты.
Во время Великой Отечественной войны в советском обществе вновь возникла проблема бытового антисемитизма. Одна из причин – массовое перемещение евреев по стране. Сначала они уходили с запада на восток, спасаясь от немецкой оккупации, а затем начался обратный процесс – они возвращались домой. Можно назвать три причины их конфликтов с местными жителями.
Во-первых, вечный «жилищный вопрос». Приезжим где-то надо было жить, поэтому происходил процесс «уплотнения» – это когда в квартиру власти вселяют еще несколько семей. Добавьте к этому проблему хозяев квартир, находящихся в эвакуации. Они возвращаются и обнаруживают, что их жилье кем-то занято, причем на законных основаниях. В роли «лишенцев» могли оказаться сами евреи или представители других национальностей [145].
Во-вторых, стремление эвакуированных евреев трудоустроиться в систему торговли, снабжения, учреждения советской власти и культуры [146]. Причем эта ситуация была типична не только для республик Средней Азии или Сибири, но и Москвы.
Если говорить о сфере культуры, то, по мнению чиновников из Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), в августе 1942 года там сложилась специфичная ситуация. Например, в «Большом театре Союза ССР, являющемся центром и вышкой русской музыкальной культуры и оперного искусства СССР, руководящий состав целиком нерусский». Исполняющий обязанности директора и главный дирижер – евреи. Из четырех дирижеров – два еврея, один армянин и один русский. Иудеи также художественный руководитель балета, заведующие хором и оркестром, главные концертмейстер и администратор.
Еще хуже, по мнению чиновников, обстояло дело с подготовкой музыкальных кадров. Например, в Московской государственной консерватории директор и его заместитель – евреи. Поэтому все «основные кафедры в консерватории (фортепьяно, скрипка, пение, история музыки) находятся… понятно, в чьих руках. А в Ленинградской государственной консерватории в руководстве только один русский – и то заместитель начальника. Можно говорить о преобладании лиц с нерусскими фамилиями как среди критиков, так и среди заведующих отделов литературы и искусства центральных газет, начиная от «Правды» и заканчивая «Вечернею Москвой» [147].
Третья причина – стремление отдельных высокопоставленных евреев помочь исключительно своим собратьям. Яркий пример – деятельность ЕАК.
Для многих эта организация ассоциируется с двумя историческими событиями: предложением руководителей ЕАК создать в Крыму Еврейскую автономную республику и убийством руководителя этого комитета сотрудниками госбезопасности по приказу Иосифа Сталина. О первом событии пишут крайне редко и мало, зато второе отдельные авторы смакуют достаточно подробно и эмоционально.
Начнем с проекта создания Еврейской автономной республики на полуострове Крым.
План изначально был нереален из-за множества причин. Сейчас сложно сказать, знали или нет об этом его разработчики или они, вдохновленные процессом создания Государства Израиль, решили пойти тем же путем. В случае успеха им бы достались не только лавры победителей, но и возможность занять руководящие должности в новой республике.
Во-первых, шла война и заниматься переселением и обустройством нескольких миллионов евреев никто бы не стал. Ведь речь шла не просто о переезде из пункта «А» в пункт «Б» сотен тысяч людей со своим имуществом, но и об их обустройстве на новом месте. Опыт реализации похожих проектов был у органов госбезопасности, когда насильственно депортировали отдельные народы, и у партийных органов – эвакуация в первые месяцы войны. Если бы Москва приняла такое решение, то возникли бы проблемы со снабжением Красной Армии – количество транспортных средств и пропускная способность магистралей ограниченны.
Во-вторых, звучит цинично, но члены ЕАК «страшно далеки были от народа». Маловероятно, что большинство евреев покинули бы места постоянного проживания и поехали бы неизвестно куда. Да, они мигрировали по стране, сначала на Восток – спасаясь от немцев, а затем возвращались обратно – туда, где жили до войны, или селились в крупных населенных пунктах.
В-третьих, после депортации крымских татар кому-то нужно было заниматься сельским хозяйством – в первую очередь обслуживать многочисленные виноградники и фруктовые сады. Поэтому в Крым начали активно отправлять украинцев, русских, белорусов – тех, кто привык работать в сфере сельского хозяйства. Чем бы там занимались несколько миллионов евреев – непонятно. Все попытки советской власти «приучить» их к крестьянскому труду были, мягко говоря, не очень успешными. Сфера науки, культуры, управления, торговли и другого интеллектуального труда – здесь все великолепно, а вот с тяжелым физическим трудом – ну не получалось.
В-четвертых, в Москве понимали – создание новой автономной республики может стать миной замедленного действия. Если бы она была создана, то на территории Советского Союза появилась республика, где проживали исключительно представители одной национальности, которая жила по своим, иудейским, законам. Для наглядности представьте, что «филиал» Израиля существует на территории Крымского полуострова. Странная ситуация для интернационального Советского Союза? В годы «холодной войны», да и сейчас Тель-Авив и Вашингтон связывают не только партнерские, но и дружеские отношения. Несложно представить, какую опасность представляла бы для СССР Еврейская автономная республика.
Кто-то может возразить: а чем евреи хуже, чем латыши или узбеки? У тех ведь были свои союзные республики! Да, были, но они, если не углубляться в историю, возникли на основании существовавших до Октябрьской революции государств или мест их компактного проживания, где присутствовали элементы системы управления. У евреев таких элементов в начале прошлого века не было.
Хотя ЕАК «прославился» не только этой инициативой, но и активной помощью представителям одной нации. И это происходило в государстве, где официально и фактически проводилась политика интернационализма. А любая попытка дестабилизировать обстановку во время «холодной войны» при Сталине жестко и решительно пресекалась.
Часть вторая
Система
Глава 4
«МОССАД» – внешняя разведка
«Институт разведки и специальных задач» (на иврите ha-Mossad le-Modiin ule-Tafkidim Meyuhadim) – так звучит официальное название «МОССАД», самой известной из всех израильских спецслужб. В годы «холодной войны» она стала таким же брендом, как ЦРУ или КГБ, и продолжает оставаться таким же и сейчас.
«Учреждение» (так в переводе с иврита звучит слово «моссад») было создано в декабре 1949 года в качестве «центрального ведомства концентрации и координации служб разведки и безопасности». Таким образом, «Ведомство по координации» («а-Мосад Летэум») получило под свой контроль Политический отдел МИДа страны (внешняя разведка), а также должно было координировать действия других двух организаций: «Шабак шин бет» (Служба общей безопасности) и «Мамана» (разведывательного сектора при оперативном отделе Армии обороны Израиля). В таком виде «МОССАД» просуществовал до марта 1951 года, пока не был выведен из структуры МИДа и подчинен непосредственно премьер-министру страны. С этого момента он стал выполнять функции органа внешней разведки Израиля.
Деятельность «МОССАДа» не ограничивается только шпионажем и проведением активных мероприятий (похищения, убийства и т. п.) за пределами Израиля. Также сотрудники этой организации занимаются, как заявлено на ее официальном сайте, «репатриацией евреев из стран, выезд из которых невозможен, при содействии официальных учреждений Государства Израиль, занимающихся вопросами репатриации».
Формально «МОССАД» гражданское учреждение, но почти весь персонал имеет опыт армейской службы. Во-первых, большинство сотрудников – бывшие офицеры военной разведки или Службы безопасности. Во-вторых, в стране существует всеобщая воинская повинность, поэтому суровую школу армейской жизни прошли все.
Оперативный департамент – несколько десятков отделов, каждый из которых отвечает за определенный географический район мира.
Управление политических акций и связи. Основная задача – поддерживание связей с правительствами тех стран и иностранных спецслужб, с которыми у Израиля сложные дипломатические отношения.
Управление ЛАП (Lohamah Psichologit) – разработка и проведение акций психологической войны и пропаганды.
Департамент исследований. Анализ и хранение собранной разведывательной информации. Состоит из пятнадцати географических специализированных отделов или «столов». В сфере интересов департамента: США, Канада и Западная Европа, Латинская Америка, СНГ и страны Балтии, Китай, Африка, Магриб (Марокко, Алжир, Тунис), Ливия, Ирак, Иордания, Сирия, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Иран. Также есть отдел, занимающийся вопросами создания ядерного оружия странами – противниками Израиля.
Технический департамент занимается вопросами создания спецтехники для нужд «МОССАДа».
Еще два департамента «МОССАДа» выполняют административно-технические функции.
Количество сотрудников «МОССАДа» – около 2000 человек.
С октября 2002 года пост директора «МОССАДа» занимает генерал-майор армии Израиля Меир Даган.
Реувен Шилоах – 13 декабря 1949 года – 12 сентября 1952 года;
Иссер Харель – 13 сентября 1952 года – 26 марта 1963 года;
Меир Амит – 27 марта 1963 года – начало 1968 года;
Цви Замир – 1968–1974 годы;
Ицхак Хофи – 1974 год – 26 июня 1982 года;
Нахум Адмони – 27 июня 1982 года – 1989 год;
Шабтай Шавит – 1989–1996 годы;
Дани Ятом – 1996 год – 24 февраля 1998 года;
Эфраим Халеви – 25 февраля 1998 года – 1 октября 2002 года;
Меир Даган – 2 октября 2002 года – по настоящее время.
Система подготовки и повышения квалификации кадров для «МОССАДа» состоит из трех основных компонентов:
– базовые оперативные курсы для новичков и сотрудников низшего звена;
– оперативные курсы;
– оперативные курсы практической направленности.
Все кандидаты на офицерские должности, перед тем как непосредственно приступить к выполнению служебных обязанностей, обязаны пройти обучение на четырехмесячных базовых оперативных курсах.
Полный цикл обучения занимает почти два года и проводится групповым методом по 12 человек в группе. Большую часть времени слушатели учатся в районе Тель-Авива. Преподают на курсах как штатные преподаватели, так и специально привлекаемые к этому на временной основе офицеры разведки, а также сотрудники штаб-квартиры, включая директора «МОССАДа» и директоров главных управлений, которые время от времени читают лекции по своей специальности.
Для повышения квалификации существует Школа повышения оперативного мастерства, где обучаются не только сотрудники «МОССАДа», но и других израильских спецслужб. Там группы численностью 40–60 человек проходят двух-трехмесячные курсы по вопросам мировой политики, политических и экономических целей израильского государства, новых методов технического обеспечения разведопераций, а также новейших данных о зарубежных разведслужбах.
Некоторые молодые сотрудники «МОССАДа», у кого есть пробелы в образовании или языковой подготовке, направляются на учебу в зарубежные университеты, где они параллельно с получением высшего образования (и под прикрытием этого) ведут внеурочную оперативную работу [148].
Зарплата руководителя «МОССАДа» приравнена к зарплате начальника Генштаба и генерального комиссара полиции и составляет 10 тыс. долларов США. Начальник отдела «МОССАДа» получает от 5 до 8 тыс. долларов в месяц. Кроме этого, сотрудники израильской разведки могут выйти на пенсию в 45 лет (служба за границей засчитывается год за полтора) [149].
Сейчас до 20 % сотрудников этой организации – женщины. В первые годы существования «МОССАДа» они служили на вспомогательных оперативных должностях, например, играли роль жен или невест (смотря по тому, как строилась легенда) агентов или резидентов, работавших за рубежом. Также без их участия невозможно было организовать «медовые ловушки». Это когда к потенциальному объекту вербовки или похищения подводили даму с целью заманить его в ловушку или выудить из него информацию.
С течением времени женщины в «МОССАДе» стали выполнять все более сложные и многообразные функции. Журналист Амит Навон утверждает:
«В каждом из управлений и отделов «МОССАДа» в составе оперативных групп работают женщины. Например, согласно публикациям зарубежных СМИ, в подразделении «Радуга», специализирующемся на тайном проникновении в квартиры и офисы с целью фотографирования секретных документов и установки аппаратуры прослушивания, служит немало дам. Точно так же, как в подразделении «Ярмарка», занимающемся обеспечением безопасности офицеров разведки в момент встреч с источниками информации. Женщины работают и в группах, осуществляющих слежку за теми или иными объектами, и в звеньях, которым поручают захват и похищение интересующих «МОССАД» лиц, а иногда и ликвидацию» [150].
Бывший руководитель оперативного отдела «МОССАДа», который проработал в разведке 27 лет, утверждал, что иногда он привлекал женщин для выполнения отдельных заданий. Хотя такое случалось редко. Ведь, по его мнению, «…значение женщин в разведке часто преувеличивают. Дамы хороши для шпионских романов и фильмов. Бывают случаи, когда они полезны как прикрытие, например, если изображаешь солидного, женатого человека. Но для добывания информации? Вряд ли. Особенно если женщина красивая. Она бросается в глаза, запоминается, и это плохо» [151].
Амит Навон взял интервью у экс-заместителя директора «МОССАДа» Ализы Маген:
«…Для меня все в «МОССАДе» началось случайно, – рассказывает дама. – Собственно, меня взяли туда простой служащей, делопроизводителем. До этого я успела отслужить в армии. Через несколько месяцев после того, как я поступила на работу, для выполнения некой миссии срочно потребовался человек, свободно говорящий по-немецки. А немецким я как раз владела практически как родным языком. Мне тут же оформили заграничный паспорт, и я поехала. Это был прорыв. Я стала оперативным работником, не пройдя даже базисной спецподготовки. В ходе этой первой миссии мне предстояло водить машину за рубежом. А я не умела водить и не имела прав. Меня спешно, за несколько интенсивных уроков, вроде бы научили, но каждый раз, когда я садилась за руль, меня охватывал страх. Вообще то, что меня, неподготовленную, не имевшую водительских прав в Израиле, взяли для выполнения заданий за рубеж, было в некотором смысле авантюрой. Тогда «МОССАД» часто импровизировал таким образом. Теперь служба научилась обходиться без подобных импровизаций. После первой операции начальник «МОССАДа» Исер Харель обратил на меня внимание. Меня стали подключать к разным делам.
– У женщины в разведке есть какие-нибудь преимущества перед мужчинами?
– Я, к примеру, верю, что интуиция у женщин развита сильнее, чем у мужчин. А разведка – это работа, где без интуиции не обойтись. Кроме того, есть места, где женщина может спокойно пройти и, не вызвав подозрений, увидеть все что надо. А появись там мужчина, да еще один, без дамы, – он неизбежно вызовет подозрения.
– Простите за такой вопрос, но в разведке женщин часто используют и как приманку, верно? Так было, например, в истории с Мордехаем Вануну. Ту женщину звали Синди.
– Что есть, то есть, не стану отрицать. Но, вопреки расхожим представлениям, такие случаи не столь уж часты. Кстати, при приеме женщин на работу в «МОССАД» наша служба гарантирует им, что, вербуя некого мужчину как источник информации, не потребует от женщины невозможного. К слову, Синди ведь тоже не вступила в близкие отношения с Вануну. Она лишь завлекла его. На протяжении долгих лет курс подготовки офицеров по сбору информации и резидентов внутри «МОССАДа» был закрыт для женщин. И лишь десять лет назад, когда начальником внешней разведки Израиля стал Шабтай Шавит, на этот курс стали принимать и женщин.
– Это правда, что женщин не брали в подразделение «Перекресток» потому, что оно работает с арабами, а араб никогда не станет иметь дело с женщиной, даже если женщина просто должна передать ему пакет?
– Это правда. «Перекресток» работает с арабами, а араб не считает женщину равноценным партнером, человеком, которому можно доверять. Но есть масса должностей, где сотрудник не имеет непосредственных контактов с информаторами-арабами. Например, в подразделениях, занятых поиском разведывательной информации в открытых источниках (газеты, радио, ТВ). Там женская аккуратность, интуиция, тщательность просто необходимы» [152].
Большинство авторов книг, посвященных деятельности «МОССАДа», в своих произведениях не затрагивают тему «Секс и шпионаж». Иногда, правда, описывая ту или иную операцию, они намекают, что между представителем «МОССАДа» и завербованным израильской разведкой человеком или будущей жертвой похищения были интимные отношения.
Автор книги «МОССАД». История лучшей в мире разведки» Иосиф Дайчман утверждает:
«МОССАД» изредка использует женщин для сексуальной компрометации объектов разработки. Для этой роли предпочитают одиноких женщин и берут их на такого рода операции только однократно. «МОССАД» редко разрешает своим работникам, мужчинам и женщинам, вступать в сексуальные связи даже в интересах дела. Сейчас отношение к сексу меняется, и хотя никто не заставляет женщин использовать свои чары в шпионских интересах, считается, что это – одно из средств в арсенале разведки.
Если шантаж на сексуальной почве является составным элементом какой-то разведывательной операции, то «МОССАД» чаще всего использует настоящих проституток. Например, «МОССАД» широко практикует нелегальный вывоз в Израиль агентов-арабов из соседних стран для подробного опроса. Такой опрос проводится в каком-нибудь маленьком городе, и за свои услуги агент награждается проституткой. Временами его развлечения снимаются на пленку (для возможного шантажа в будущем).
Гораздо свободнее «МОССАД» эксплуатирует в сексуальном плане своих сотрудников мужского пола. Интимные связи с секретаршами иностранных посольств и стюардессами, которые могут сообщать полезную информацию о дипломатах, аэропортах и тому подобное, стали обычной практикой.
Здесь порой случаются казусы. Один моссадовец получал от европейской агентессы информацию и все остальное. Прошло несколько лет, и даму передали на связь новому разведчику. При первой же встрече она оказалась крайне удивлена, что новый оперативник не захотел лечь с ней в постель. Оказывается, агентесса считала, что секс является неотъемлемой частью ее работы на израильскую разведку…» [153].
С 12 июля по 14 августа 2006 года произошло вооруженное столкновение между Израилем, с одной стороны, и радикальной шиитской группировкой «Хезболла» [154], фактически контролировавшей южные районы государства Ливан, – с другой. Этот конфликт в Израиле принято называть Второй ливанской войной, а в арабском мире – Июльской войной.
Конфликт был спровоцирован 12 июля ракетно-минометным обстрелом укрепленного пункта «Нурит» и приграничного населенного пункта Шломи на севере Израиля (при обстреле ранено 11 человек) с одновременным нападением на пограничный патруль (убийство трех и захват двух израильских военнослужащих) Армии обороны Израиля на израильско-ливанской границе боевиками «Хезболлы».
В результате боевых действий, по данным из различных источников, было уничтожено от 700 до 250 боевиков. Армия обороны Израиля, по официальным данным, потеряла убитыми 121 человека, 400 солдат получили ранения. По разным оценкам, в результате ракетно-бомбовых ударов израильской авиации по городам Ливана погибли от 850 до 1200 граждан этой страны. В результате ракетных обстрелов Израиля погибли 44 израильтянина. Около 100 человек получили серьезные ранения, 2000 – ранения. 300 000 человек временно эвакуированы из Северного округа, точное количество беженцев не известно.
По официальным израильским данным, опубликованным в газете «Гаарец» от 13 августа 2006 года, общие убытки от конфликта составили около 6 млрд долл. США, из них 2 млрд долл. США – прямые военные расходы. При этом фактически Израиль проиграл эту войну, так как не только не смог достичь своих целей, но и спровоцировал мощный внутриполитический кризис.
Хотя основная вина за поражение была возложена на премьер-министра Эхуда Ольмерта [155], министра обороны Амира Переца (занимал этот пост в 2006–2007 годах) и бывшего начальника Генштаба Израиля Дана Халуца [156], но все равно эксперты также обвинили в произошедшем «МОССАД».
«По мнению бывшего сотрудника ЦРУ Роберта Баера, знакомого с работой израильских коллег, «МОССАД» оказался не способен собрать достаточное количество информации о военном крыле «Хезболлы», что резко контрастировало с исключительно успешными действиями израильтян против террористов на палестинских территориях.
Эксперты полагали, что разведка не смогла предоставить военным достаточно сведений о местах расположения складов оружия и боеприпасов, а также об укрытиях лидеров террористов.
Баер пояснил, что «МОССАД» не обратил должного внимания на разделение обязанностей внутри «Хезболлы»: открыто функционирующие офисы благотворительных, образовательных и политических подразделений группировки почти не связаны с его боевой инфраструктурой, которая в основном действует под покровом тайны и обладает хорошими контрразведывательными возможностями.
Авиаудары по всем известным объектам «Хезболлы» наносили относительно небольшой ущерб боевой мощи террористов и не сказывались на количестве выпускаемых по Израилю ракет.
Бывший разведывательный аналитик Государственного департамента США Деннис Плучински отметил, что еще одной ошибкой «МОССАДа» было устоявшееся мнение разведчиков, что в случае начала войны ливанское население повернется против «Хезболлы» [157].
В опубликованной в августе 2003 года статье заместитель начальника аналитического управления Академии изучения проблем национальной безопасности Александр Борисович Рудаков сообщил, что «МОССАД» занимается оперативным сопровождением внешнеэкономических контрактов в сфере торговли оружием.
Поделиться книгой: