Помоги проекту - поделись книгой:
В ноябре 1962 года он был призван в армию. Все усилия попасть служить в танковую часть (это было одним из пунктов подготовленного для него задания египетской разведки) оказались бесполезными. Он уже находился под «колпаком» контрразведки, поэтому его отправили служить в тыловую транспортную часть. Через год он подал просьбу о демобилизации. Причина проста – он не смог добыть интересующую Каир информацию. Несмотря на существующий порядок прохождения срочной службы в Армии обороны Израиля, его просьбу сразу же удовлетворили. Даже после этого ни он, ни курировавший его деятельность сотрудник египетской разведки не поняли, что операция близится к логическому завершению. И демобилизовали его из Вооруженных сил только по той простой причине, чтобы в сообщениях израильских СМИ было указано, что задержан очередной египетский шпион – гражданское лицо, а не военнослужащий.
19 декабря 1963 года Ицхака Кучука арестовали. При обыске у него обнаружили радиопередатчик и шифроблокнот. На первом же допросе к нему применили меры «физического воздействия». Он не выдержал пыток и раскололся. Суд приговорил его к 18 годам тюремного заключения.
В марте 1966 года Ицхак Кучук вместе с двумя арабскими террористами был обменян на трех израильских торговцев. Последние в августе 1965 года грубо нарушили запрет на торговлю и попытались приобрести партию арбузов в находящемся тогда под контролем Египта Газе. Во время сделки «бизнесменов» задержали египетские пограничники [446].
Алсибиадес Кокас жил в Афинах и регулярно совершал коммерческие поездки в Израиль и Египет. В 1956 году его завербовала египетская разведка, вручила «фотоаппарат, шифр и чернила для тайнописи» и с разведывательной миссией в октябре того же года отправила на Землю обетованную. Он должен был выполнить простейшее задание: сфотографировать порт Хайфа из окна номера отеля. С поручением он справился, но, когда возвращался в Грецию, таможенники обнаружили у него фотопленку с видами стратегического объекта, но задерживать «коммерсанта» не стали. С этого момента он попал в поле зрения израильской контрразведки.
В начале 1957 года он снова посетил Израиль – официально для закупки списанного военного имущества, а на самом деле – попытаться поселиться в стране, но потерпел неудачу. Пришлось возвращаться в Грецию. Через какое-то время он снова приехал в Израиль, теперь уже для поиска человека, который сможет продемонстрировать ему списанное военное имущество. Он ничего не приобрел, зато его часто видели в компании с лейтенантом артиллерии. В апреле 1957 года он в очередной раз уехал из Израиля, в августе вернулся туда снова и через две недели был арестован по обвинению в шпионаже. Суд приговорил его к шести годам лишения свободы [447].
Американская журналистка Мэри Фрэнсис Хаген работала на несколько изданий в нью-йоркской штаб-квартире ООН. По просьбе своего жениха – сирийского дипломата Галаба аль-Хейли – она решила заняться шпионажем в Израиле. В 1956 году она приехала на Землю обетованную и начала проявлять повышенный интерес к различным военным объектам. Почти сразу же она попала в поле зрения контрразведки и через какое-то время была арестована. 27 апреля 1956 года суд приговорил ее к 8 месяцам лишения свободы. После отбытия наказания она вернулась в Нью-Йорк [448].
Наблюдение за сотрудниками советского посольства в Тель-Авиве иногда позволяло получить неожиданные результаты и «заработать» положительную репутацию перед спецслужбами ведущих западных стран. В качестве примера – история разоблачения гражданина Канады.
В 1959 году сотрудник канадской контрразведки Рой Гуиндон был командирован в Москву. Любитель амурных приключений попал в организованную КГБ «медовую ловушку». Во время посещения Большого театра он познакомился с некой Ларисой Федоровной Дубановой, которая не только великолепно владела английским языком, но и благосклонно ответила на пылкие ухаживания иностранца. Правда, через несколько месяцев она объявила, что беременна. Выбирая между скандалом и сотрудничеством с КГБ, канадец согласился на второй вариант и в августе 1959 года стал агентом советской внешней разведки. Он добыл шифры, использующиеся на линиях связи между посольством в Москве и Оттавой, а также установил «жучки» в помещениях дипмиссии. Из Советского Союза его направили сначала в США, а потом в Израиль.
Одну из встреч Роя Гуиндона с советским «дипломатом» – сотрудником внешней разведки зафиксировали сотрудники израильской контрразведки и сообщили своим канадским коллегам. «Агента Москвы» поспешили отозвать в Канаду [449].
В Израиле 25 ноября 1964 года сотрудниками «Шабака» был арестован один из лидеров политического движения «Молодой Израиль» Шмуэль (Сами) Барух. Кратко расскажем историю этого человека.
Он родился в 1923 году в семье аптекаря в Иерусалиме. В 1939 году уехал в Манчестер, где поступил на учебу в Технологический институт на специальность инженера-текстильщика. Вот только вместо учебы он попал в действующую армию. Воевал в Африке и в Европе. После окончания Второй мировой продолжил учебу. В 1949 году, после успешного окончания учебы в отделении института в Лидсе, открыл текстильную фабрику в Манчестере. Бизнес был не очень рентабельным, и в 1958 году, спасаясь от многочисленных кредиторов, он перебрался в Израиль. В то время на Земле обетованной текстильная промышленность была признана одной из стратегических отраслей и поэтому находилась в зоне максимального экономического благоприятствования. Хотя и поддержка государства не помогла Сами Баруху. В 1963 году он был признан банкротом, а его фабрика за долги продана с аукциона. Именно в это время Ицхак Иммануэль создал политическое движение «Молодой Израиль», которое должно было защищать интересы репатриантов из стран Восточной Европы. Сами Барух стал администратором этой политической организации.
В середине 1963 года он вместе с женой и детьми уехал в Швейцарию, где предложил свои услуги египетской разведке. Так звучит «официальная» версия произошедшего. На самом деле политик попал в организованную Каиром ловушку. Дело в том, что резидент египетской разведки в Западной Европе Хасан Абд Эль-Магид Абд Эль-Фатах часто использовал такой прием. Он предлагал живущим в Европе израильским бизнесменам, ищущим инвестиции для своих проектов, дешевые ссуды из подставных фондов, при этом основным условием выдачи кредита было подписание контракта на поставку сырья и оборудования с указанными египетским разведчиком компаниями. Дело в том, что специалисты этих фирм были египетскими разведчиками или сотрудниками спецслужб другой, дружественной Египту, страны.
Достоверно известно, что Сами Барух тайно посетил Египет. Учитывая то, что Каир и Тель-Авив находились в состоянии войны, сам факт визита мог служить основанием для задержания сотрудниками «Шабака». О том, что политик тайно посетил Египет, спецслужбы Израиля узнали случайно. Рейсом Цюрих – Рим – Каир летел не только Сами Барух, но и знавшая его женщина. Во время регистрации она оказалось рядом с ним и узнала, что он летит не в Италию, как она, а дальше – в Египет. Когда дама вернулась в Израиль, то она обо всем рассказала сотрудникам «Шабака».
В конце 1963 года за Сами Барухом было организовано наружное наблюдение. Правда, оно не позволило добыть доказательства его шпионской деятельности. В ноябре 1964 года, когда он вместе с семьей решил совершить морскую прогулку на яхте, руководство «Шабака» настояло на его аресте, так как беспочвенно опасалось, что он может сбежать за границу.
В январе 1965 года суд признал Сами Баруха «виновным в установлении контактов с вражеским государством, передачи этому государству сведений об Израиле и готовности передавать информацию, которая могла бы нанести ущерб безопасности Израиля. На основании вышеперечисленных трех пунктов обвиняемый Сами Барух был приговорен к 18 годам тюремного заключения» [450].
Сами Барух был не единственным жителем Израиля, кто попал в организованную резидентом египетской разведки в Западной Европе Хасаном Абд Эль-Магидом Абд Эль-Фатахом «бизнес-ловушку». Другую жертву звали Абд Эль-Рахим Караман, правда, по национальности он был арабом, а не евреем, да и политикой не увлекался.
Караман родился в 1923 году в богатой арабской семье на территории Палестины. До середины пятидесятых годов жил в арабской деревне рядом с Хайфой, потом переехал в Париж, затем снова вернулся обратно.
В 1967 году решил усыновить ребенка из числа палестинских беженцев, для чего обратился в посольство Египта во Франции. На него обратил внимание Хасан Абд Эль-Магид Абд Эль-Фатах, который представился владельцем компании по производству сельхозтехники. В ходе беседы «бизнесмен» заявил, что хочет выйти на израильский рынок, но для этого ему нужно знать, что там происходит. Абд Эль-Рахим Караман подготовил маркетинговое исследование и передал его «бизнесмену». Через несколько месяцев общения египетский разведчик сумел завербовать Абд Эль-Рахима Карамана. После этого события последний в течение шести месяцев проходил спецподготовку в Брюсселе. Затем он вернулся в Израиль и начал активную разведдеятельность.
Ему удалось сфотографировать и передать снимки в Египет:
установленных в 1969 году на кораблях ВМФ Израиля ракет «Габриэль» [451];
портовых сооружений в Хайфе.
Добыл подлинные документы гражданина Израиля Цви Герцога.
Начал создавать разведсеть, состоящую из проживающих в Израиле арабов.
«Провалился» из-за того, что Центр приказал «двойному агенту» Рафату Али Эль-Гамалю передать ему фотоаппаратуру.
В январе 1970 года, после возвращения из Лондона, был арестован и в марте того же года приговорен к 16 годам тюрьмы. В марте 1974 года был обменян на израильского разведчика Баруха Мизрахи [452].
В шестидесятые-семидесятые годы израильские СМИ регулярно сообщали об арабах – жителях Израиля, которые были завербованы египетской разведкой во время посещения стран Западной Европы или Кипра. При этом в газетах ничего не писалось о величине нанесенного этими шпионами ущерба безопасности Земли обетованной – а он был минимальным. Ведь из-за своих непрофессиональных действий агенты почти сразу же попадали в поле зрения израильской контрразведки, которая и так уделяла им повышенное внимание. Правда, по другой причине – из-за их возможной связи, родственной или дружеской, с арабскими террористами. Расскажем несколько типичных историй.
Араб из деревни Дабурия в Израиле Махмуд Масаллах был завербован в 1962 году в Кельне. Он вернулся в родную деревню и приступил к выполнению задания: сбору информации о Вооруженных силах Израиля и военной администрации на оккупированных территориях. До момента ареста успел отправить пять писем на почтовый адрес в Германии, где докладывал о ходе выполнения задания. Все его послания перехватила израильская контрразведка. В ходе обыска у него дома были обнаружены и изъяты фотоаппарат, бинокль и чернила для тайнописи. Трибунал приговорил его к 10 годам тюремного заключения [453].
Житель деревни Маилия, расположенной в Галилее, Фарадж Абед был завербован в 1964 году во Франции, где изучал богословие. В качестве первого задания ему поручили собрать информацию об израильских офицерах, находившихся на стажировке во Франции. Потом он вернулся в Израиль и попал под подозрение, когда фотографировал окрестности Хайфы. Затем он вернулся во Францию, где должен был подружиться со студентами-евреями, стажировавшимися на заводах французского авиаконструктора Марселя Дассо [454]. С заданием он не справился, так как очень болезненно воспринял тот факт, что на предприятиях к студентам-евреям относятся значительно лучше, чем к израильским арабам.
В конце мая 1967 года он вернулся в Израиль. У него было два задания. Во-первых, он должен был вести наблюдение за передвижениями британских военных кораблей в бухте Хайфы. Для этого его снабдили фотоаппаратом и чернилами для тайнописи. Во-вторых, он должен был организовать встречу другого агента с офицером египетской разведки на Кипре. Оба задания он не выполнил, так как был задержан вместе с агентом. Оба были осуждены на длительные сроки тюремного заключения [455].
Абдель Разек Зуаби родился в Назарете в 1944 году. До сентября 1963 года, пока не принял решение тайно посетить находившийся тогда под контролем Египта сектор Газа, работал плотником в Петах-Тикве (город в долине Шарон, около 10 км к востоку от Тель-Авива). Попав на территорию сектора Газа, он решил остаться, отказавшись от предложения египетской разведки выполнять ее задания. В течение года он жил у своего родственника в провинции Хан-Юнис. После того как он снова отказался от сотрудничества с египетской разведкой, потерял работу. И тогда он решил перебраться в Иорданию, но египетские спецслужбы не позволили ему уехать. В результате он согласился выполнять тайные поручения Каира.
Первое из них – тайно проникнуть в Израиль и купить ивритско-арабский словарь и несколько газет, а затем вернуться обратно. Он с ним справился. Потом было еще две «ходки» в Землю обетованную. Во время последнего посещения Израиля, 30 декабря 1964 года, он был задержан и в марте 1965 года приговорен к 6 годам лишения свободы [456].
В апреле 1969 года на Кипре египетской разведкой был завербован прибывший туда художник из города Хайфа Эмиль Лабиб Наджар, который нуждался в деньгах. Вернувшись в Израиль, он должен был снять квартиру в Хайфе, в районе Хадар Ха-Кармель, откуда можно было вести наблюдение за хайфским портом, и направлять телеграммы по специальному адресу. Вскоре после начала шпионской деятельности он чем-то привлек внимание израильской контрразведки, был арестован за шпионаж и осужден на 10 лет лишения свободы [457].
Владелец газетного киоска в Акре [458] Арафат Салим Абу-Дуба приехал на Кипр в октябре 1968 года и попал в организованную египетской разведкой «медовую ловушку». Ему «подставили» красивую девушку, с которой он после романтичного вечера в кафе отправился к ней домой. В разгар их интимного свидания появился агент египетской разведки и начал шантажировать незадачливого кавалера. Последний согласился работать на Каир. Ему был присвоен оперативный псевдоним «Шломо». Агент вернулся в Израиль и приступил к выполнению задания. Так как он очень часто пользовался фотоаппаратом, то вскоре попал в поле зрения израильской контрразведки, был задержан и приговорен к 8 годам тюремного заключения [459].
Абдель Рахим Караман родился в 1933 году в Хайфе. В 1967 году, во время поездки во Францию, был завербован египетской разведкой. В отличие от других агентов, чьи истории рассказаны выше, он прошел двухмесячную спецподготовку в Брюсселе и получил радиопередатчик. Его основное задание: наблюдение за перемещением кораблей ВМФ Израиля в акватории порта Хайфа, а также вербовка новых агентов.
Весной 1969 года ему удалось завербовать израильского араба Тауфика Фуада Батаха, который работал на таможне в Хайфе. Он также раздобыл израильский паспорт с помощью сотрудника туристической фирмы. Правда, переправить этот документ в Египет не успел. Был арестован 14 января 1970 года в аэропорту Лида. В тот же день был задержан завербованный им агент. 25 марта того же года суд приговорил Абделя Рахима Карамана к 12 годам лишения свободы, а Рахима Тауфик Фуад Батаха – к 8 годам.
В заключении они находились сравнительно недолго. В апреле 1974 года их обменяли на израильских разведчиков [460].
Альберт Мелех родился в Египте, но в 1949 году, в возрасте шести лет, вместе с родителями переехал в Израиль. Отслужил в десантных войсках. В 1964 году уехал в Нью-Йорк, где поступил в технический колледж, чтобы освоить профессию авиамеханика. Был завербован египетской разведкой. В 1968 году вернулся в Израиль и поступил на работу на рыболовное судно, которое большую часть времени находилось за пределами территории Израиля. В мае 1970 года, остро нуждаясь в деньгах, в Париже он снова встретился с представителем египетской разведки – военным атташе полковником Иззатом эд-Дином Мухтаром. Тот задал ему несколько вопросов, «касающихся методов мобилизации израильской армии, фортификационных сооружений на Синайском полуострове, новых моделей противогазов, последних типов самолетов и новых военных аэропортов». Заплатил 10 тысяч долларов США.
В апреле 1971 года, когда Малех вернулся в Израиль, во время беседы в аэропорту он признался, что имел контакт с египетскими спецслужбами, но заявил, что «хотел оказать услугу своей стране, выявив методы работы врага». Был приговорен к 12 годам лишения свободы [461].
7 декабря 1972 года в израильских СМИ появилось лаконичное сообщение:
«Службой госбезопасности «Шабак» произведены аресты членов нелегальной организации, действовавшей на севере и в центре страны. В ее состав входили как националистически настроенные арабы, так и евреи, придерживающиеся крайне левых радикальных убеждений. Ряд арестованных преступников обвиняется в шпионаже против Израиля и в подготовке террористических акций».
Подробности этой операции, проведенной израильской контрразведкой, стали известны через несколько лет. Что же произошло тогда и какую реальную опасность для безопасности Израиля представляли задержанные?
Начнем с того, что арестованные были членами леворадикальной группы «Мацпен» («Компас»). Она возникла в начале шестидесятых годов и объединила тех, кто выступал за «десионизацию» Израиля, ликвидацию еврейского государства и всемерную поддержку «национально-освободительной борьбы» палестинцев. Первоначально деятельность группы «Мацпен», объединившей несколько десятков еврейских левых радикалов, носила чисто пропагандистский характер и не представляла угрозы безопасности страны. Разумеется, за всеми членами этой группы внимательно следили органы госбезопасности.
Через какое-то время в рядах этой группы произошел раскол, и некоторые функционеры «Мацпена» пришли к выводу о необходимости укрепления связей с арабами, только в этом случае их борьба против еврейского государства приобретала смысл и значение. Они создали группировку «Красный фронт».
Один из ее лидеров – студент Дан Веред – установил контакт с владельцем книжного магазина в Хайфе Даудом Турки. Последний также находился под наблюдением израильских спецслужб. И не только из-за того, что в его книжном магазине продавалась литература леворадикальных авторов, но и поддержки им палестинского террора. Разработка Дауда Турки началась еще в 1968 году, когда израильской госбезопасности стало известно о встрече Дауда Турки на Кипре с резидентом палестинской террористической организации Хабибом Хаваджи. По агентурным данным, Хабиб Хаваджи одновременно работал на египетскую и сирийскую разведки. По заданию Хаваджи Дауд Турки начал создавать разведывательно-диверсионную организацию из числа израильских арабов. Он активно занимался вербовкой новых членов – евреев, которые через третьи страны переправлялись в Сирию, где их готовили к проведению диверсионных операций и актов саботажа в Израиле.
Среди завербованных им людей был один из лидеров «Красного фронта» студент Хайфского университета и уроженец киббуца Ган Шмуэль Уди Адива. Последний по своим политическим взглядам был крайне левым радикалом, сторонником «китайского» пути в марксизме, верным почитателем идей Мао Цзэдуна. Также он выступал в защиту прав палестинцев, что не приветствовалось властями Израиля.
В сентябре 1971 года Уди Адив был переправлен в Сирию, где прошел курс диверсионно-разведывательной подготовки на базе сирийской разведки. После возвращения в Израиль он завербовал своих единомышленников по «Красному фронту» – Дана Вереда, Давида Купера и Ихизкиэля Коэна, таких же леворадикальных экстремистов, как и он сам. Понятно, что обо всех противозаконных деяниях Уди Адива прекрасно знала израильская контрразведка, но задерживать агентов сирийской разведки она не спешила.
Только в ночь на 6 декабря 1972 года органами госбезопасности были проведены массовые аресты всех причастных к деятельности шпионской сети, и начались допросы арестованных [462]. Процитируем официальную версию деятельности этой разведывательно-диверсионной группы, которую в своей статье в журнале «Алеф» озвучил журналист Александр Шульман:
«В ходе допросов глава «еврейской ячейки» Уди Адив признался, что был завербован Даудом Турки летом 1971 года, когда они участвовали в конференции группы «Мацпен». В сентябре 1971 года Уди Адив был отправлен за границу, где встретился с резидентом арабских разведок Хабибом Хаваджи. На встрече Хаваджи не раскрыл свое имя, а представился Адиву под кличкой «Абу-Камаль». В ходе встречи Уди Адив сообщил «Абу-Камалю» о наиболее чувствительных для Израиля местах проведения террористических актов и согласился поставлять информацию об израильских военных объектах.
Для организации связи с палестинцами и сирийским разведцентром Уди Адив прошел обучение тайнописи и кодировке сообщений. В дальнейшем Адив направлял письма с закодированной информацией на адреса арабских резидентов. Вернувшись в Израиль, Адив приступил к вербовке сообщников из числа знакомых ему леворадикальных экстремистов.
Затем на подготовку в Сирию был переправлен еще один сообщник Уди Адива – Дан Веред. Дан Веред прошел в Сирии обучение диверсионной деятельности, его также обучили радиоделу, и в дальнейшем он использовался в качестве шифровщика и дешифровщика кодовых сообщений, передаваемых по радио Дамаска.
В сентябре 1972 года Уди Адив был вновь нелегально переправлен в Сирию. Там, в центре сирийской разведки, он прошел стрелковую подготовку и обучение диверсионному делу. Он передал сирийской разведке информацию об израильских военных и промышленных объектах. Ему было поручено осуществить нелегальный провоз оружия в Израиль из Ливана и организовать тайники для его хранения в районе Тель-Авива» [463].
Известно лишь об одном эпизоде разоблачения «тайных информаторов Вашингтона». В конце семидесятых – начале восьмидесятых годов было поймано пять человек, которые участвовали в операциях научно-технической разведки. Никаких подробностей неизвестно [464].
Громкий скандал разразился 8 ноября 2002 года, в тот день сотрудники «Шабака» задержали подполковника израильской армии бедуина Омара эль-Хайеба по подозрению в передаче агентуре «Хезболлы» секретной информации. Большую часть службы эль-Хайеб провел на северной границе Израиля в подразделении бедуинов-следопытов, в 1996 году был тяжело ранен в погоне за боевиками «Хезболлы» и потерял глаз. Он считался одним из самых успешных офицеров-бедуинов, сделавших карьеру в Армии обороны Израиля. В связи с тяжелым ранением получил инвалидность, однако вернулся в строй и был назначен ответственным за агитационную работу среди бедуинов. 18 июня 2006 года, незадолго до начала боевых действий в Ливане, военный суд приговорил его к 15 годам тюремного заключения по обвинению в шпионаже, контактах с вражескими агентами и наркоторговле [465]. Добавим, что в результате расследования по обвинению в контрабанде наркотиками было задержано еще 18 военнослужащих Армии обороны Израиля [466].
Иногда в шпионов сотрудники «Шабака» оформляют психически нездоровых людей, даже тех, кто отказался от выгодного предложения иностранной разведки. В качестве примера – история Йосифа Амита.
Сын офицера полиции Хайфы, окончил «военную школу-интернат для детей офицеров» (аналог советских суворовских и нахимовских училищ), служил в боевых частях.
В 1972 году в звании капитана был переведен в подразделение спецназа «Эгоз». Во время одной из операций был ранен и переведен в 504-й отдел «Амана». Это подразделение занималось вербовкой агентуры в Ливане, Ираке, Сирии, Египте и других арабских странах – соседях Израиля. В конце семидесятых годов ему было присвоено звание майора, тогда же его назначили начальником Северного подотдела 504-го отдела. Он отвечал за вербовку агентуры на территории Ливана.
В 1978 году водитель Амита был задержан с грузом наркотиков в машине в поселке Азур рядом с Тель-Авивом. На допросе задержанный заявил, что его начальник не только знал об этом бизнесе, но и получал процент от прибыли. Если учесть, что в Ливан они ездили регулярно, то объем ввозимых наркотиков мог потянуть для «наркокурьеров» на большой тюремный срок. Судьба водителя неизвестна, зато Амит в ходе следствия был признан невменяемым и три года провел в психиатрической лечебнице.
С 1981 года жил на пенсию по инвалидности и доход от работы частным детективом.
В 1984 году познакомился с офицером ВМФ США Дэвидом, который служил на одном из судов 6-го флота США. Через год моряк под предлогом обсуждения совместного бизнес-проекта пригласил его во Франкфурт. Там он познакомился с двумя сотрудниками ЦРУ «Бобом» и «Лайзой», которые попытались завербовать его. Он отказался сотрудничать с разведкой США и вернулся в Израиль. Дома он рассказал друзьям о своем приключении в Европе, а кто-то из них сообщил об этом в «Шабак».
24 марта 1986 года Йосиф Амит был арестован по обвинению в шпионаже в пользу США и передаче американцам секретной информации. Весной 1987 года был приговорен к 16 годам тюремного заключения. В 1992 году был освобожден [467].
В ноябре 2007 года был арестован «Шабака» при помощи отдела полиции по борьбе с международными преступлениями и предстал перед судом врач-психиатр, служивший в Армии обороны Израиля в качестве офицера психиатрической службы («Кабан»), майор запаса Давид Шамир. Подсудимый обвинялся в попытке шпионажа в пользу вражеского государства, контактах с иностранной агентурой, в попытке помешать судопроизводству, а также в том, что пытался получить от Ирана деньги в обмен на информацию, которой он располагает «как израильский гражданин и офицер ЦАХАЛа».
В ходе следствия он признал, что в апреле 2007 года задумал получить вознаграждение в обмен на имеющуюся у него секретную информацию. Она включала армейские правила поведения в чрезвычайных ситуациях, планы эвакуации гражданского населения в случае авианалета, а также схемы базирования медицинских частей армии. С этой целью он написал электронное письмо в иранский МИД. В послании он представился как израильский гражданин и офицер израильской армии, заявил, что обладает обширными связями с людьми и компаниями, в том числе и секретными. Шамир отметил также, что готов поделиться данными, которыми располагает. Через несколько дней он получил ответ, но сотрудничество между ним и Ираном так и не возникло.
В августе того же года, утверждает следствие, офицер продолжил попытки связаться с Исламской Республикой. Он послал факсы в иранские консульства в Англии и Турции, после чего факс уничтожил, а номера телефонов консульств в своем мобильном зашифровал. Однако удача не сопутствовала ему и на этот раз: ответа не последовало. В октябре он повторил опыт, но и тут безрезультатно.
В начале ноября 2007 года Давид Шамир послал электронное письмо в университет «Аз-Заар» в секторе Газа. Шамир написал, что является израильским гражданином и хочет принять участие в палестинской борьбе. Получить ответа на свое предложение он не успел, так как был задержан [468].
В январе 2008 года был приговорен к пяти годам тюрьмы условно.
В конце августа 2010 года прокуратура Иерусалима вынесла обвинительное заключение по делу жителя Израиля араба Ахмеда Авада. Его обвинили в том, что во время обучения на острове Кипр он установил связи с экстремистской организацией «Братья-мусульмане» [469]. Также этот человек «встретился с одним из руководителей шпионского департамента «Хамаса» и получил конкретные задания по сбору данных военного характера в районе Иерусалима. В прошлом году Авад прошел специальную подготовку в лагере «Хамаса», после чего вернулся в Израиль под чужим именем» [470].
Глава 15
Наши люди в Израиле
Подробная и подлинная история операций советской, а затем и российской внешней разведки на Земле обетованной в ближайшие годы точно не будет написана. Если все же такая книга будет опубликована, то она произведет эффект разорвавшейся «бомбы». Тель-Авиву придется признать тот факт, что тайные информаторы Москвы чувствовали себя на территории Израиля почти как дома. Иначе чем объяснить тот факт, что часть этих людей в течение нескольких лет занималась шпионажем и была разоблачена не благодаря стараниям контрразведки, а на основе показаний перебежчиков.
По утверждению автора книги «Оружие возмездия» Альберта Плакса, «в сентябре 1994 года в израильских тюрьмах за предательство и шпионаж в пользу Советского Союза отбывали наказания 17 заключенных» [471]. Из них известны имена меньше половины. Большинство из этих людей нанесло колоссальный ущерб Израилю и действовало безнаказанно не один год. Понятно, что если будут сообщены имена и послужные «шпионские» списки остальных, то это еще сильнее скажется на имидже израильской контрразведки.
Альберт Плакс также утверждает, ссылаясь на заявление руководителя «Шабака» Якова Пэри, что с 1974 по 1999 год в Израиле было разоблачено 60 советских агентов [472]. Из них известны имена меньше трети от общего количества. Учитывая то, что те, чьи имена попали в СМИ, нанесли колоссальный ущерб Израилю, то что тогда совершили остальные, если о них Тель-Авив запретил что-либо сообщать?
В большинстве изданных на русском языке книг, посвященных истории израильских спецслужб, нет даже упоминания об успешной операции, которую в конце сороковых – начале пятидесятых годов провела советская разведка. Причина этого молчания проста – израильская контрразведка так и не смогла нейтрализовать ни одного из входящих в эту резидентуру агентов. Мы исправим этот недостаток и расскажем о малоизвестном эпизоде «тайной войны» на Земле обетованной.
Летом 2004 года умер ветеран внешней разведки подполковник в отставке Иосиф Михайлович Гарбуз. При жизни он был известен лишь узкому кругу коллег по работе.
После окончания Московского военно-инженерного училища с 1941 по 1943 год он участвовал в разведывательно-диверсионных операциях, проводимых сотрудниками Второго отдела Четвертого управления НКВД СССР (разведка и диверсии на оккупированной территории) под Москвой и Сталинградом. Тяжело раненный во время боев под городом на Волге, он в возрасте 19 лет был удостоен одной из высших боевых наград – ордена Красного Знамени. Затем работал в центральном аппарате Четвертого управления НКГБ СССР.
Его творческий талант оперативного работника раскрылся в блестяще проведенной им разработке по делу «Басмачи», завершившейся проникновением в руководство созданного гитлеровскими спецслужбами «Туркестанского легиона» [473] и фактически полной ликвидацией его боевых подразделений в 1944 году.
В 1945 году оперативная группа Петра Гудимовича и Иосифа Гарбуза в освобожденной Варшаве восстановила агентурный аппарат советской разведки и создала важнейший канал, по которому после войны на Запад был выведен известный нелегал и ярчайшая звезда советской разведки Иосиф Григулевич.
С 1948 по 1951 год Иосиф Гарбуз в качестве нелегала и спецагента Отдела «ДР» МГБ СССР [474] находился в Румынии, Палестине и Израиле. Одним из его достижений на этом участке оперативной деятельности было приобретение им ценного источника информации о состоянии разработок в Израиле бактериологического оружия. Этот ценный источник так и не был разоблачен израильской контрразведкой. В отличие от его коллеги – Маркуса-Авраама Клинберга, который проработал на советскую военную разведку свыше 30 лет и все же был разоблачен израильтянами. О последнем подробно будет рассказано ниже.
В 1952 году, награжденный орденами Красного Знамени, «Знаком Почета», медалями «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За освобождение Варшавы» и «Партизану Отечественной войны», по состоянию здоровья Иосиф Гарбуз был уволен в запас [475].
По другим данным, с 1950 по 1955 год он учился на оптико-механическом факультете Московского института инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии. Также в литературе можно встретить утверждение о том, что еще в 1946 году Иосиф Гарбуз вместе с разведчиком-нелегалом Александром Таубманом и коллегой по Четвертому управлению НКВД – НКГБ СССР Юрием Колесниковым легализовался в Палестине, где им удалось создать советские агентурные сети, действовавшие в этом регионе против Англии. Также планировалось проводить боевые и диверсионные действия против англичан.
Засылка советских агентов в Палестину исходила из стремления Москвы в первые послевоенные годы усилить свои позиции на Ближнем Востоке и вместе с тем подорвать британское влияние в арабских странах. Внешнеполитическое ведомство Советского Союза рекомендовало руководству страны проводить политику благоприятного отношения к созданию еврейского государства в Палестине. Предполагалось, что его руководство займет просоветскую ориентацию.
Чем же занялись советские агенты в Палестине? Юрий Колесников организовал доставку стрелкового оружия из Румынии для еврейских военных формирований. Александр Таубман попытался возобновить связь с советским агентом, внедренным еще в 1937 году Яковом Серебрянским в одну из еврейских сионистских организаций в Палестине. Иосиф Гарбуз оставался в Румынии, отбирая там кандидатов для будущего переселения в Израиль.
Следует иметь в виду, что, помогая евреям, на самом деле руководство Советского Союза ставило своей задачей создание собственной агентурной сети внутри сионистской политической и военной структуры [476].
Описанная выше операция – лишь вершина айсберга! Леонид Млечин в своей книге «Иосиф Сталин – создатель Израиля» утверждает, что начальнику управления нелегальной разведки Александру Короткову поставили задачу: «вербовать агентуру среди евреев, уезжающих в Палестину» [477]. Учитывая его многолетний успешный опыт разведчика-нелегала, сотрудника центрального аппарата и резидента легальных и нелегальных резидентур, можно утверждать, что с новой задачей Александр Коротков справился успешно.
В Израиль в качестве резидента легальной резидентуры был направлен Владимир Иванович Вертипорох. Он и его многочисленные подчиненные занимались добычей информации и вербовкой агентуры.
По утверждению цитировавшегося выше Леонида Млечина, «палестинские евреи, придерживающиеся левых взглядов, выходцы из Восточной Европы, охотно шли на контакт с советскими представителями, отвечали на любые вопросы, рассказывая все, что знали. Делали это искренне, с удовольствием.
Советских разведчиков больше всего интересовали военные. Они интересовались подпольной военной организацией «Хагана», преобразованной затем в Армию обороны Израиля, и «Пальмаха»… Евреи-военные симпатизировали Советскому Союзу, не считали зазорным делиться с советскими людьми информацией, даже считавшейся секретной» [478].
Нужно учитывать тот факт, что большинство командиров «Хаганы» и «Пальмаха» впоследствии сделали карьеру в Вооруженных силах и спецслужбах Земли обетованной. Возможно, что среди этих людей были завербованные советской разведкой агенты.
Израильская контрразведка в 1950 году задержала капрала Элиаа Мелех Райхера, сержанта топографической службы Густава Голомберга и секретаря военной секции Компартии Израиля Ури Винтера. Всем им было предъявлено обвинение в шпионаже [479]. С большой долей вероятности можно утверждать, что все трое были «тайными информаторами Москвы».
Поделиться книгой: