Помоги проекту - поделись книгой:
Одну из версий развивает Бари Хамиш в своей книге «Кто убил Ицхака Рабина?». Он, в частности, считает, что, возможно, Амир был агентом израильских спецслужб, которые пытались помочь Рабину на приближающихся выборах и решили использовать покушение как фактор, влияющий на их результаты. Амир получил от спецслужб холостые патроны, но заменил их боевыми. По этой причине ему дали приблизиться к Рабину на минимальное расстояние, так как были уверены в том, что покушавшийся, из-за того что вооружен пистолетом с холостыми патронами, не опасен для охраняемого лица. Амир этим воспользовался, и убийство состоялось.
По другой версии, покушение на Рабина было спланировано министром иностранных дел и политическим противником жертвы Шимоном Пересом.
Тем не менее назначенная правительством комиссия под руководством Меира Шамгара, бывшего Председателя Верховного суда, не нашла оснований для пересмотра официальной версии.
В апреле 2000 года израильская газета «Едиот ахронот» опубликовала главы из воспоминаний руководителя «Шабака» Гилона, который был вынужден уйти в отставку после смертоносного покушения на Ицхака Рабина. Комиссия расследования во главе с Меиром Шамгаром возложила на него ответственность за необустройство должной охраны премьер-министра. Затаивший обиду на коллег и критиков, он изложил свою версию произошедшего.
Он назвал причины, позволившие убийце реализовать свой замысел. Правда, и они вызывают массу вопросов и свидетельствуют не только о низком уровне подготовки телохранителей, но и ставят под сомнение профессионализм самого Гилона, который допустил такую ситуацию и публично признался в этом.
Во-первых, находящееся под защитой лицо должно быть окружено кольцом на все 360 градусов. В случае с Рабином охранники охватывали только 320 градусов, оставив открытым подступ к спине премьера. Это вызывает массу вопросов по поводу уровня подготовки телохранителей. Если они допустили такую грубейшую ошибку, то что они еще могли сотворить?
Во-вторых, при появлении пистолета в руках Амира охранники были обязаны немедленно свалить Рабина с ног и лечь на него. Этого не было сделано. Действительно, телохранители должны были своими телами прикрыть охраняемое лицо. Данное упражнение многократно отрабатывается на тренировках и должно быть на уровне рефлексов. Поэтому возникает вопрос: а чему обучали охранников, если они оказались неспособными выполнить элементарное действие?
В-третьих, при виде пистолета охранники должны были стрелять на поражение сразу, и занять это должно было не более 1,8 секунды. Окружающие высокопоставленных лиц сотрудники охраны теоретически натренированы таким образом, что подобные действия должны совершаться автоматически, но этого не произошло.
Авигдор Эскин обратил внимание еще на четыре важных момента покушения.
Во-первых, премьер-министра принято окружать двумя кольцами охранников. Первая группа действительно должна прикрывать перед, бока и спину, а вот вторая должна находиться на расстоянии нескольких метров и заботиться о стерильной зоне между первым и вторым кольцами. В тот день Рабина окружали всего три телохранителя, а четвертый в критический момент отлучился и помогал певцу Авиву Гефену упаковывать чемоданы. Возле Рабина находилось трое офицеров полиции и трое охранников. Второго кольца и вовсе не было.
Во-вторых, в непосредственной близости от жертвы находился не только Амир, но и студент Мордехай Исраэль. Оба посторонних беспрепятственно подошли к охраняемому.
В-третьих, был выкрик одного из охранников: «Холостые, холостые!» Суматоха воцарилась сразу после первого выстрела. Вокруг стоял невыносимый шум. Поклонники премьера скандировали: «Рабин – царь Израиля!» Если бы охранники начали стрелять в Амира на поражение, это привело бы к беспорядочному огню со всех сторон. А кто и зачем выкрикнул, будто стреляли холостыми? Этого мы не знаем по сей день.
В-четвертых, медицинская экспертиза позволяет предположить, что один из выстрелов был произведен Рабину в грудь. Противоречивые показания врачей не дают возможности делать однозначных выводов, но одна из пуль, видимо, вошла спереди, а ее никак не мог выстрелить Амир. Кроме того, видеокамера запечатлела Рабина в позе, никак не соответствовавшей версии об одних выстрелах в спину. Отсюда и гипотеза, что в Амира стрелял один из охранников, но попал в Рабина. Подчеркнем еще раз: нет доказательств правильности этой версии, но и официальная гипотеза страдает немалыми изъянами [249].
В октябре 2005 года один из израильских телеканалов показал документальный фильм, где зрителям была продемонстрирована рубашка, которая была на жертве в ночь убийства 4 ноября 1995 года. На рубашке четко видно два входных пулевых отверстия, сделанных, по официальной версии, пистолетом Игаля Амира и вошедших в тело со спины. Вместе с тем тут же «красуется» третье пулевое отверстие, но уже на груди.
Создатели фильма Нафтали Гликсберг, Арик Бернштейн и Нурит Кидер воспроизвели сцену убийства и продемонстрировали третье пулевое отверстие в качестве «важной улики, не фигурировавшей в материалах следствия».
Отчет следственной комиссии по делу об убийстве Ицхака Рабина, составленный под председательством экс-президента Верховного суда Меира Шамгара, гласит, что глава правительства Ицхак Рабин был убит двумя пулями. Вывод был сделан на основе десятков свидетельских показаний и данных судмедэкспертизы, проведенной патологоанатомами под руководством профессора Йегуды Хисса.
Кроме того, комиссия постановила, что третья пуля попала в телохранителя сотрудника отдела охраны государственных деятелей «Шабака» Йорама Рудина. «Это направление (третьей пули) было опровергнуто следствием неоднократно, а комиссия Шамгара полностью отвергла ее», – заявил Карми Гилон. По его словам, он о третьем пулевом отверстии на рубашке со стороны груди даже понятия не имеет и слышит об этом первый раз. В интервью «Гаарец» он посетовал, что телохранители не пристрелили Игаля Амира, как собаку.
После вынесения Игалю Амиру приговора одежда покойного премьер-министра была передана в государственное хранилище. Одежда лежала в картонной коробке в сейфе, и доступ к нему имели только сотрудники хранилища. Директор хранилища Йегошуа Фроиндлих заявил:
«За то время, пока рубашка была у нас, она оставалась в закрытом, строго охраняемом месте. Наши сотрудники являются опытными профессионалами, и они к вещам, находящимся в хранилище, не прикасаются. Никто из них не имел доступа к одежде покойного премьер-министра».
Косвенно о правдивости слов последнего свидетельствует заявление министра здравоохранения Эфраима Снэ, сделанное им для прессы сразу после констатации смерти Ицхака Рабина в больнице «Ихилов». Тогда он сказал, что на теле покойного было обнаружено три пулевых отверстия. Правда, тогда заявление высокопоставленного чиновника, под непонятно чьим давлением (властей, представителей «Шабака», решивших сохранить честь мундира, или «заговорщиков»), опровергли представители больницы «Ихилов».
Они сообщили, что «речь идет о поспешном заявлении, опубликованном всего через семь минут после констатации факта смерти. Все проверки, проведенные после этого, доказали, что третьего отверстия не было».
Профессор Йегуда Хисс, главный патологоанатом Института судебно-медицинской экспертизы, отвергает теорию заговора вокруг количества пулевых отверстий в теле покойного премьер-министра. «В протоколе, составленном на основе медицинского осмотра после убийства Рабина, утверждается, что в его теле было найдено две пули, прошедшие через пиджак со стороны спины. В протоколе отмечается, что впереди на рубашке Рабина имеется небольшая дырочка, причиной появления которой не может быть пуля или порох. Речь шла не о свежей дыре, а о старом отверстии, возможно, прожженном сигаретой».
Непонятно, правда, как высокопоставленный и опытный политик мог появиться на людях в стираной или прожженной сигаретой рубашке. Испачканные или прожженные сигаретой представительские рубашки и костюмы выбрасываются сразу. Поэтому появление премьер-министра на торжественном мероприятии в застиранной рубашке со старой дыркой от сигареты трудно представить. Можно допустить, что Рабин прожег рубаху сигаретой уже на митинге, но опытные эксперты могут установить точно, а не приблизительно, что послужило причиной появления отверстия – пуля или сигарета – и когда это отверстие появилось. Термины «возможно» и «предположительно давно», «отверстие давнее» в этом контексте звучат явно непрофессионально [250].
Автор книги «Кто убил Ицхака Рабина?» Барри Хабиш (в 1999 году она была издана на русском языке [251]) указал еще на несколько странностей, связанных с «Шабак». Например, по непонятной причине ее сотрудники проигнорировали все сообщения о том, что Амир неоднократно заявлял о своем намерении убить Рабина.
Резервист из армейской разведки Шломи Галеви учился вместе с Амиром в Бар-Иланском университете. После того как ему стало известно, что Амир ведет разговоры об убийстве премьер-министра, Галеви сообщил об этом своему армейскому командиру. Тот велел Галеви немедленно пойти в полицию. Там к словам последнего отнеслись очень серьезно. Все же пусть и бывший, но сотрудник военной разведки. Его показания переслали в «Шабак», где они и пролежали четыре месяца, пока их не «обнаружили» через три дня после убийства Рабина.
После этого Галеви постарался не появляться «на публике». Свое поведение он объяснил журналистам так: «Убийство Рабина – больное место «Шабака». Я человек маленький, а они могущественная организация. Я не знаю, что они могут со мной сделать».
И это был не единственный сигнал о готовящемся покушении. Как минимум еще один человек сообщил о планируемом убийстве, назвав приметы и место учебы будущего убийцы. И к его сообщению в полиции отнеслись серьезно, но после передачи в «Шабак» никто не провел проверку данного сигнала.
Также на одном из семинаров правых радикалов, который организовал Амир, сотни человек слышали, как он выражал свои радикальные мысли, среди которых были библейские обоснования допустимости убийства Рабина.
Игаль Амир не держал в секрете свои намерения убить Рабина. Он говорил об этом сотням людей на организованных им субботних семинарах, а также, кажется, всем, кто находился в пределах слышимости от него в Бар-Илане. И тем не менее вечером 4 ноября 1995 года ему было позволено беспрепятственно приблизиться к премьер-министру.
Выше мы рассказали о том, что до сих пор непонятно, сколько пуль попало в тело жертвы – две или три. В своей книге «Кто убил Ицхака Рабина?» Барри Хабиш еще больше запутал ситуацию. Вот что он пишет:
«…Вывод Комиссии Шамгара состоит в том, что Амир дважды выстрелил Рабину в спину: первый раз в верхнюю часть спины с расстояния примерно 50 см, и затем в нижнюю часть спины, стоя в 20 см над телом. Комиссия также заключила, что Амир ранил телохранителя Йорама Рубина в локоть с расстояния примерно 20 см.
Теперь посмотрим на показания старшего лейтенанта Баруха Гладштейна. Эти показания были даны 28 января 1996 года на суде над Игалем Амиром.
Гладштейн: «Я служу в Криминалистической лаборатории при израильской полиции. Я представил свое профессиональное заключение по данному делу в кратком отчете, зарегистрированном под номером 39 / Т, после того как меня попросили провести анализ одежды Ицхака Рабина и его телохранителя Йорама Рубина с целью определения дальности выстрелов.
Я хотел бы сказать несколько поясняющих слов, прежде чем представить свои заключения. Мы пришли к нашим выводам, проанализировав материалы при помощи микроскопа, фотографий и чувствительных химических и технических процедур. После выстрела содержащиеся в гильзе частички вылетают через дуло. Эти частички включают в себя сажу, свинец, медь и другие металлы.
Чем с большего расстояния произведен выстрел, тем меньше концентрация этих частичек и тем более они рассеяны. При стрельбе с нулевого расстояния, в упор, происходит другое явление: характерный разрыв одежды и избыток пороха на одежде, вызванные тем, что пороховым газам некуда деться из ствола. Даже если выстрел произошел с расстояния сантиметр, два или три, вы не увидите разрыва в одежде и избытка пороха – они возникают лишь при выстрелах, сделанных буквально в упор.
Для дальнейшей оценки расстояния мы в схожих условиях выстрелили такими же пулями из пистолета подозреваемого. 11 ноября 1995 года я получил пиджак премьер-министра, рубашку и майку, а также одежду телохранителя Йорама Рубина, включая его пиджак, рубашку и майку. В верхней части пиджака премьер-министра я обнаружил пулевое отверстие справа от шва. Согласно моим анализам распыления пороха, это отверстие стало результатом выстрела с расстояния менее чем 25 см. Тот же вывод был сделан и на основе анализа рубашки и майки.
Второе пулевое отверстие было обнаружено в нижней левой части пиджака. Оно характеризуется крайним избытком пороха, большим количеством свинца и 6-сантиметровым разрывом ткани – все характеристики выстрела в упор».
Повторим важнейшие выводы старшего лейтенанта Гладштейна: первый выстрел был сделан из оружия, находившегося на расстоянии не более 25 см от тела Рабина, а при втором выстреле дуло оружия касалось тела. На самом деле, по словам Натана Гефена, который присутствовал на суде, Гладштейн сказал, что в момент первого выстрела оружие находилось в 10 см от тела – и именно так это первоначально было напечатано в протоколах суда. Затем число «25» было грубо написано поверх числа «10». Если убившие Рабина выстрелы были произведены с расстояния 25 см и в упор, то эти выстрелы не могли быть сделаны Амиром.
Гладштейн продолжает: «Что касается нижнего пулевого отверстия, то согласно найденным возле него остаткам свинца и пороха, а также вследствие того, что было обнаружено вторичное отверстие поверх основного, с большой вероятностью этот выстрел был сделан, когда премьер-министр находился в согнувшемся положении. Выстрел был сделан сверху вниз. У меня есть фотографии, иллюстрирующие мои выводы».
После этого суду были показаны фотографии одежды Рабина. Согласно комиссии Шамгара, первый выстрел был сделан, когда Рабин стоял, а второй – когда он лежал ничком на земле, прикрытый телом Йорама Рубина. Нигде, кроме показаний Гладштейна, нет и намека на то, что в момент второго выстрела он был в согнутом положении.
Гладштейн: «Изучив пулевое отверстие на рукаве Йорама Рубина, я определил, что наличие меди, свинца и пороха говорит о том, что выстрел в него был тоже сделан, скорее всего, в упор. Наличие меди свидетельствует о том, что пуля, использовавшаяся для выстрела в Рубина, отличалась от пули, следы которой обнаружены на одежде премьер-министра и которая состояла только из латуни. Пуля, ранившая Рубина, так и осталась ненайденной».
Мы попадаем теперь в причудливую ситуацию: после показаний старшего лейтенанта Гладштейна, свидетельствующих, что Амир не стрелял пулями, убившими Рабина, Амир решает сам допросить свидетеля – он полон решимости поставить под сомнение эти утверждения…» [252].
После побега из страны ценного «секретоносителя» в адрес «Шабака» зазвучали другие обвинения. Службу безопасности обвиняли в том, что ее сотрудники своевременно не смогли разоблачить «диссидента».
В 1985 году сотрудник ядерного центра Мордехай Вануну, узнав о предстоящем увольнении, тайно пронес на территорию сверхсекретного объекта фотоаппарат и сделал 57 кадров. После получения выходного пособия беспрепятственно улетел за границу. В Непале он принял буддизм, а в Австралии крестился. В 1986 году он объявил мировой общественности, что Израиль проводит ядерную программу и располагает ядерным оружием. Еще перед тем как лондонская «Sunday Times» опубликовала об этом статью, Вануну был похищен сотрудниками «МОССАДа» и насильственно возвращен на родину, где был в ходе закрытого судебного процесса признан виновным в государственной измене. За «предательство и шпионаж» Мордехай Вануну был приговорен к 18 годам заключения, из которых 11 лет он провел в строгой изоляции.
Иссер Харель (1948–1952);
Иззи Дорот (1952–1953);
Амос Манор (1953–1963);
Йозеф Хармелин (1964–1974);
Авраам Ахитув (1974–1981);
Авраам Шалом (1981–1986);
Йозеф Хармелин (1986–1988);
Яаков Пери (1988–1994);
Карми Гилон (1994–1995);
Ами Аялон (1995–2000);
Ави Дихтер (2000-15 мая 2005 года);
Юваль Дискин (15 мая 2005 года – по настоящее время).
Родился в 1945 году в киббуце Мааган, на берегу озера Кинерет. Когда его призвали в армию, он попросился в морской десант.
В 1965 году окончил офицерские курсы и был назначен командиром разведывательно-диверсионного подразделения ВМФ Израиля «Сайярет-13».
Позднее командовал отрядом торпедных катеров, эскадрой ракетоносцев, был начальником военно-морских баз в Ашдоде и Хайфе.
С 1988 по 1991 год занимал должность зам. командующего ВМС.
С 1991 по 1996 год – командующий ВМС Израиля.
С февраля 1996 года по июнь 2000 года – руководитель «Шабака» [253].
С сентября 2007 года по декабрь 2008 года занимал пост министра без портфеля в правительстве Израиля.
Родился в Германии в 1930 году, имя при рождении – Авраам Гутфрид.
В 1935 году его семья переехала в Палестину.
Учился в ешиве Кфар А-Роэ, в 16 лет вступил в «Хагану», затем перешел в разведслужбу «Шай», на основе которой позднее была создана Служба общей безопасности Израиля. В этот же период он изменил свою фамилию Гутфрид на Ахитув.
В 1961 году Ахитув был переведен на работу в службу внешней разведки «МОССАД». Руководил одним из зарубежных отделений «МОССАДа».
В 1974 году Авраам Ахитув был назначен руководителем «Шабака» и оставался на этой должности до выхода на пенсию в 1980 году.
Будучи на пенсии, Ахитув занимал руководящую должность в совете директоров банка «Апоалим» и оставался на этой должности до 1995 года. Впоследствии он был директором инвестиционной компании «Ницба» и концерна Израильской военной промышленности.
Умер 15 июля 2009 года [254].
С 1994 по 1995 год – руководитель «Шабака».
В сентябре 2001 года был назначен послом Израиля в Дании.
Родился в 1955 году.
Был ответственным за операции «Шабака» в городах Туль-Карм, Иерусалим, центральном районе Израиля, заместителем главы «Шабака», специальным советником главы внешней разведки Израиля («МОССАД») [255].
С 15 мая 2004 года – начальник «Шабака».
Родился в городе Ашкелон 14 декабря 1952 года.
Армейскую службу проходил в «Сайерет Маткаль» под командованием Эхуда Барака.
С 1974 года служил в «Шабаке». Начав работу в качестве сотрудника службы безопасности государственной авиакомпании «Эль Аль», Дихтер впоследствии прошел специальное обучение арабскому языку, работал на палестинских территориях и в Ливане и заведовал различными отделениями «Шабака».
В 1992 году он был назначен главой управления Южного округа «Шабака».
В 1996 году, после убийства премьер-министра Израиля Ицхака Рабина, – начальник отдела личной охраны высокопоставленных государственных служащих.
В 1999 году назначен заместителем руководителя «Шабака».
С 2000 по 2005 год – руководитель «Шабака».
В декабре 2005 года объявил о своем вступлении в ряды партии «Кадима».
В мае 2006 года занял пост министра внутренней безопасности в правительстве Эхуда Ольмерта.
В декабре 2007 года, по предложению Дихтера, Кнессет санкционировал создание базы данных сотовых и стационарных телефонных номеров всех жителей страны, с помощью которой полиция могла определять местонахождение владельца телефона.
В 2008 году Дихтер поддержал расследования, проводимые в отношении лидера крайне правой партии «Наш дом – Израиль» Авигдора Либермана.
В августе 2008 года Ави Дихтер вступает в борьбу за руководство партии, но на внутренних праймериз набирает только 6,5 % голосов, проигрывая Ципи Ливни (43,1 %), Шаулю Мофазу (42) и Меиру Шитриту (8,5 %).
В марте 2009 года Дихтер покинул пост министра внутренней безопасности [256].
Родился в Польше.
В 1939 году эмигрировал в Палестину.
До 1948 года служил в «Шай», затем в «Шин Бет».
Поделиться книгой: