Помоги проекту - поделись книгой:
Средство действительно оказалось фантастическим: уже через три дня Елена почти перестала пить! Если раньше ей необходимо было каждый съеденный за столом кусок запивать водой, сладким чаем, газировкой, то теперь она могла обойтись двумя ложками обыкновенной воды в день. Столь экономный подход восхищал ее саму: она казалась себе верблюдом — жителем пустынь.
Напольные весы радовали — на них стремительно уменьшались цифры, которые прежде только росли.
Елена скидывала почти по килограмму в день.
К концу первой недели треть лишнего веса испарилась. К концу второй — изменения заметила не только Елена, но и ее друзья. К концу третьей — и враги тоже. А еще — посторонние молодые люди в метро и на улице. Почему бы и не кинуть взгляд на симпатичную молодую девушку со стройной фигуркой!
Разумеется, все знакомые интересовались причинами столь эффектных перемен. Елена ссылалась на занятия фитнесом с новым тренером — ей не хотелось слишком быстро раскрывать секрет. Волшебные капсулы, на которые она не могла нарадоваться, уже подходили к концу. Что будет, когда она перестанет пить их?
Вот вопрос, не дававший покоя. Долго ли продержится эффект?
Окажется ли он таким радикальным, как обещал ей магазин «ПОХУДЕЙКА», или опять все достижения исчезнут, как только иссякнет их источник?
Солидный жизненный опыт склонял Елену именно к такой версии. Хотелось надеяться на лучшее, но девушка слишком хорошо знала: чудес не бывает.
Наконец таблетки кончились. Прошла неделя без них, две, три… Елена, скинув сорок килограммов веса, не поправилась ни на грамм. Для более точных измерений она приобрела электронные весы. Но и суперточные весы уверяли: вес держится; Обычно уже через пару дней он начинал «плыть» в сторону увеличения. Победа? Нет, надо подождать еще… Неужели действительно радикальное эффективное средство найдено? Неужели — панацея?!
Елена никак не могла поверить в свое счастье.
Но когда прошла весна, а за нею лето со всеми радостями пляжного отдыха с хорошей фигурой… Когда Елена вернулась из отпуска с массой новых и перспективных знакомств среди особ мужского пола… Когда впереди замаячила осень, Елена признала, наконец: прошел год, она привыкла к своему новому легкому весу, и ее тело явно не желает меняться к худшему. Следовательно, средство найдено!
Теперь, пожалуй, пришло время поделиться с подругами. Конечно, только с самыми близкими.
Однако наступившая осень подействовала на девушку как-то странно. Сырость и холод, которых она раньше не замечала — достаточно было тепло одеться, — теперь приводили к непрерывной вялости, слабости… Хуже того: на лице и руках у нее высыпали неожиданно гнойники. Да такие неприятные…
— Что это?! — в ужасе воскликнула врач-терапевт, когда Елена явилась к ней на прием и показала свои желтые мокнущие пятна на коже. Стараясь как-нибудь нечаянно не дотронуться до пациентки, участковая отправила ее в кожно-венерический диспансер.
В диспансере Елена сдала массу разных анализов и поговорила с разными врачами. Ей прописали несколько мазей от грибка, таблетки, промывания и курс уколов антибиотика… Елена послушно исполнила все рекомендации, но никакие лечебные процедуры не помогли.
Всякий врач при одном только взгляде на Елену сразу понимал, что с таким лицом — пятнистым, желтого цвета, с которого буквально капает гной, — женщина может выйти на работу только в том случае, если ее обязанность — играть в кино жену Франкенштейна. Нигде больше Елена показаться не могла. Мокнущие желтые пятна покрывали уже все ее тело. Мышцы слабели, конечности отказывались служить. Загадочное заболевание грозило превратить молодую женщину цветущего возраста в инвалида.
В конце концов, кто-то из врачей, сжалившись над несчастной, как последнее средство, сунул ей записку с адресом одной научно-исследовательской лаборатории в знаменитом медицинском институте: может быть, там ей помогут?
Елене пришлось выложить солидную сумму за нестандартный генетический анализ.
Зато его результат позволил, наконец, установить диагноз.
— В вашей крови мы обнаружили хлорофилл, — без обиняков заявил девушке профессор Константин Федорович Пауков, генетик и биохимик. — А генетический анализ показал, что клеточные аналоги имеются только у
Елена не сразу поняла, что именно ей говорят. А когда до нее дошло — едва не упала в обморок!
— Ваше заболевание вполне характерно для ферокактуса: это растение родом из американской горной пустыни, — вещал профессор Пауков. — Ферокактус не выносит темноты и холода — моментально начинается фитофтороз! Генетически вы — ближайший родственник этого растения, и я полагаю, единственная возможность вылечиться для вас — следовать своей природе. То есть вам необходимо создать такие условия, при которых кактус внутри вас — то есть вы… будет чувствовать себя в своей тарелке. А лучше всего вот что! Заведите-ка такого зеленого друга в доме! Это будет ваш индикатор, по нему вы хорошо изучите все условия, которые необходимы и вам, и ему для счастливой здоровой жизни. Условия не слишком сложные: жара и солнце при повышенной влажности, либо сухость при ярком солнце и прохладе. Вот ваше лечение. Можно попробовать еще и специальные примочки против фитофтороза — в цветочных магазинах продается, например, э-э-э…
Не дождавшись рецепта, Елена зарыдала — все-таки трудно привыкнуть к мысли, что ты отчасти кактус.
Доктор Пауков не был каким-то научным сухарем. Напротив, он был человек понимающий. Переждав кризисный момент, он дал пациентке успокоительного, а после долго и заботливо расспрашивал ее о родственниках, наследственных болезнях в анамнезе, о привычках и образе жизни. Ученому было крайне любопытно, каким путем девушка сумела породниться с кактусом и заполучить столь редкостную среди людей болезнь. Сочувствуя, Пауков пояснял:
— Я думаю, что вы… Как бы это сказать… Каким-то, понимаете, образом произошел горизонтальный обмен генами. Грубо говоря — вы что-то съели.
В конце концов добросовестный доктор Пауков раскопал тайну: всему виной оказался тот самый препарат, купленный в магазине «ПОХУДЕЙКА». Надо было внимательней читать английский текст! Как выяснилось, инструкцию перевели на русский не полностью.
Средство, которое помогло Елене стремительно сбросить сорок килограммов, являлось генно-модифицированным продуктом, основой которого как раз и послужил
Отныне, покупая продукты в магазинах, девушка тщательно изучала этикетки. Но это зря… Ведь генно-модифицированные продукты у нас пока никак не маркируют…
Доктор Пауков советовал Елене приобрести ферокактус, чтобы в домашних условиях изучить его привычки и пристрастия.
— Главное: правильный образ жизни! — настаивал доктор.
Образ жизни Елена поменяла кардинально, ориентируясь на предпочтения своего зеленого друга.
Солнце в комнатах в достаточной мере заменили лампы дневного света, прохладу создавали кондиционеры. Квартира, в общем и целом, потребовала минимальных переделок.
Мокрые желтые пятна с лица Елены постепенно сошли. Вернулась прежняя упругость мышц и кожи. Правда, вместе с этим волосы на руках и ногах тоже излишне укрепились, сделавшись ненатурально колкими…
Но это, впрочем, пустяки.
Ведь современная косметика предлагает столько прогрессивных средств для эпиляции!
Камера-оракул
События, произошедшие на станции «Александровский сад» в мартовскую неделю накануне выборов Президента России в 2004 году, не попали в официальные отчеты.
Удивляться этому не приходится. Немного найдется людей, способных отнестись к фактам серьезно, когда речь идет о сверхъестественном. Предсказание будущего, выполненное самопроизвольно современной видеотехникой? Поверить в такое следственным органам было б, пожалуй, не проще, чем в Деда Мороза.
На входе в вестибюль станции «Александровский сад» установлены видеокамеры. В этом нет ничего необычного; видеокамеры установлены повсюду в метрополитене, особенно в центре.
Одна из видеокамер станции расположена таким образом, что помимо входа в метро захватывает еще и часть городской панорамы напротив, а также — угол знаменитого экзерциргауза, или Манежа.
Странности начались во вторник, 9 марта, вечером, в самое горячее время суток, когда толпы москвичей осаждают метро, возвращаясь с работы или учебы домой.
В охранном пункте станции «Александровский сад» дежурил молодой служащий Владислав Ершов. Скучая, он наблюдал кадры, передаваемые с четырех видеокамер узловой станции: три из вестибюля «Александровского сада» и один — со станции «Боровицкая». Везде одно и то же: толпы входящих людей, толпы прорывающихся на пересадку и почти никого, кто хотел бы выйти… Как вдруг Ершов заметил, что одна из панорамных видеокамер показывает совершенно пустой вестибюль и закрытые стеклянные двери. И это в час пик?!
Ершов засомневался: может быть, он что-то пропустил? На всякий случай уточнил у своего сослуживца, дежурившего в тот день вместе с ним: может быть, вестибюль этот закрыт? Может, там проводятся ремонтные работы? Сослуживец, Геннадий Карагаев, удивился вопросу и сообщил, что нет, станция работает в обычном режиме. Более того, он сам только что побывал в том вестибюле и лично видел, какой там сейчас наплыв народу.
Ершов и Карагаев вместе всмотрелись в экран и увидели, что за дверями пустого вестибюля… горит здание Манежа! Языки огня вздымаются все выше, ветер относит их ко входу в метро, и временами пламя вспыхивает так ярко, что экран видеокамеры засвечивается!
— Чертовщина какая-то, — заметил Карагаев, завороженно наблюдая пожар.
— Надо звонить 01! — Ершов уже схватил трубку телефона, но напарник его остановил.
— Погоди! Я только что оттуда. Никакого пожара нет. Шли люди, там все нормально…
Кто-кто, а охранники хорошо понимают, что за ложный вызов им придется отвечать. Решили проверить: выбежали наружу, протолкались сквозь гущу идущих, как ни в чем не бывало, людей… На улице убедились: Манеж стоит, огня нет и в помине. Нет даже дыма. Даже запаха гари!
Тогда что и откуда транслирует видеокамера?!
Розыгрыш? Запись? Видеомонтаж?
Осмотрели видеокамеру — на первый взгляд, с нею все было в порядке. Вернулись в дежурку и, посовещавшись, вызвали мастера по ремонту, отвечавшего за работу системы видеонаблюдения.
Мастер явился спустя сорок минут; к этому моменту камера, будто опомнившись, исправно показывала то же самое, что и все другие: толпы москвичей, осаждающих двери вестибюля. Никакого пожара в Манеже больше не было.
Причем не было даже в записи: каким-то необъяснимым образом та часть видеопленки, на которой должны были сохраниться кадры пожара, оказалась стерта. При этом и Ершов, и Карагаев утверждали, что не стирали видеозаписи.
На рассказы охранников о случившемся мастер отреагировал так же, как большинство мастеров, когда поломка бывает исправлена до их прихода: пожал плечами. Мало ли, что случается? Магнитные поля, электромагнитные возмущения… По крайней мере, камера исправна и работает в штатном режиме. Как и все остальные видеокамеры. А тогда — с мастера какой спрос? Объяснять необъяснимое или тем более разбирать чужие галлюцинации — не его дело, к ремонту касательства не имеет.
На этом инцидент 9 марта был исчерпан.
…Чтобы заново повториться вечером 10 марта. Только с другим составом участников: в этот день по станции дежурили охранники Н. Бутенков и А. Гордиенко.
В момент, когда их внимание привлек горящий Манеж на экране, они сделали ровно то же самое, что и их товарищи накануне. Разве что мастер по ремонту в этот раз явился пораньше и успел вместе с другими ужаснуться грандиозной силе огня, пожирающего Манеж. Кроме того, А. Гордиенко успел заметить точное время начала пожара: 21.00 по московскому времени.
Проверка видеокамеры и всей системы наблюдения в среду отняла много времени, но так же, как и накануне, ни к каким новым открытиям мастера по ремонту не подвигла.
Все, кто видел несуществующий пожар, транслируемый видеокамерой, в один голос утверждали, что это было жуткое зрелище. Огонь бушевал так яростно, что казался живым; у зрителей то и дело возникало ощущение, что стекло экрана может расплавиться от жары. Рядом с видеоаппаратурой люди чувствовали нехватку воздуха; многим мерещился запах дыма.
Пожар-галлюцинация продолжался до 21.21, после чего камера снова будто бы вернулась в сознание и, как ни в чем не бывало, начала показывать пассажиров, торопливо пропускающих картонные проездные через электронные блоки входных стоек.
Необъяснимый феномен повторялся вечер за вечером в течение всей недели. Все сотрудники «Александровского сада» и прилегающих станций были уже в курсе. Многие лично видели Манеж, сгорающий в пожаре, которого нет.
Были высказаны различные предположения и догадки: от более-менее материалистических и научно обоснованных до запредельно фантагешных. Кто-то выдумал странную версию, что на камеру непонятным образом воздействуют духи прошлого и наблюдатели видят на экране пожар Москвы при Наполеоне. Большинство со смехом опровергали эту фантастическую теорию: все знают, что Манеж выстроен был А. Бетанкуром только в 1817 году, как раз в честь победы над Наполеоном. При чем же тут какие-то духи прошлого? Другие возражали: дескать, место все-таки историческое, в самом сердце столицы. Если при Наполеоне Манежа и не было, то, может, что-то другое было? В конце концов, за таким пламенем и не разглядишь толком — что же там на самом деле горит!
Кадры чудовищного пожара беспокоили всех, кто их видел. Каждому казалось, что здесь что-то нечисто и следует срочно принять меры. Но — какие? С экрана на людей веяло большой бедой, но никто не знал, что предпринять.
14 марта 2004 года видеокамера — возмутительница спокойствия — оказалась сломана, и уже больше ничего не показывала.
Именно в этот день Манеж выгорел дотла.
Пожар начался ровно в 21 час по московскому времени. По всей стране были как раз закрыты участки для голосования — выборы Президента России состоялись. Весь день в Москве порядок охраняли в усиленном режиме. Во всех учреждениях дежурили, особенно на территориях, прилегающих к Кремлю непосредственно. Такой территорией был и Манеж. И тем не менее…
Пожару в Манеже впоследствии присвоили высшую категорию сложности; огонь уничтожил большую часть выставки произведений российских театральных художников. От здания остались только наружные стены, кровля выгорела насквозь. Погибли двое пожарных.
Расследование уголовного дела ни к чему не привело: виновных в поджоге не нашли. Это странно, но неудивительно для столь зловещей истории.
Вскоре Манеж почти полностью перестроили: под ним есть теперь автостоянка, внутри эскалаторы, лифты и стекло. Недовольные называют нынешний вариант Манежа «новоделом». Что ж… Зато можно не волноваться, что духи прошлого когда-нибудь побеспокоят это место.
Если, конечно, еще какая-нибудь видеокамера не предскажет иного будущего.
Письмо злосчастья
Как-то раз начальнику управления образования Северного округа Москвы, Михаилу Гавриловичу, на рабочий электронный ящик пришло письмо.
Обычно письма с незнакомого адреса он сразу из почты вытирал, полагая, что незнакомое — значит ненужное.
А тут оплошал: рука на автомате потянулась, щелкнула мышью — письмо и открылось.
Вот сидит и волей-неволей читает ерунду:
«Здравствуй, незнакомец!
Это письмо счастья. Ты должен разослать его пяти своим друзьям сегодня до полуночи. А если не сделаешь так — ночью в полночь придет к тебе мертвая девочка Яна и выколет глаза.
Ее мачеха выколола ей глаза и оставила умирать в подвале дома, и она умирала там в страшных муках, страдая от голода, жажды и холода. И никто не слышал ее криков, не пришел ей на помощь, когда она истекала кровью.
Поэтому она решила мстить всем людям.
И если ты не разошлешь это письмо счастья пятерым своим друзьям, то девочка Яна ровно в полночь придет к тебе, пока ты спишь, и выколет тебе глаза.
Разошли письмо прямо сейчас, и тебя минует страшная участь. Если ты сделаешь все правильно — тебе будет везти в деньгах и в любви, ты поднимешься вверх по карьерной лестнице, и еще пять лет жизни тебе будет удача во всех начинаниях и богатырское здоровье.
Если же нет — пеняй на себя!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!»
И ссылка еще внизу какая-то.
Вот ведь мило. Понедельник и без того день тяжелый, а тут еще и письмо злосчастья!
Михаил Гаврилович, как начальник управы образования, был человек несуеверный: взял и стер письмо.
Зато его секретарь Вероника оказалась не настолько морально выдержанной особой.
Она тоже получила дурацкое письмо, но с мыслью, что от греха подальше и береженого Бог бережет, разослала это письмо по пяти разным адресам — большей частью, своим коллегам в управлении.
В итоге довольно слабенький почтовый сервер управления весь день будто похмельем мучился — то и дело подвисал, пока суеверные управленцы перекидывали опасную почту туда-сюда друг другу по пять-десять раз.
Большинство оказалось инфицировано счастьем, и не могло отказать себе в счастье инфицировать еще кого-нибудь…
Михаил Гаврилович, скрипя зубами аккуратно вытирал одно и то же письмо, которое ему скидывали доброжелательные сотрудники в течение дня раз тридцать. В конце концов, он решил своими силами остановить безумие.
Составил и сам отправил ВСЕМ в управлении свое письмо.
«Здравствуй, работник управления!
Это письмо-приказ.
Если ты получишь письмо с девочкой Яной и просьбой разослать его пятерым друзьям — сотри это письмо из своей почты немедленно и НЕ СМЕЙ НИКОМУ ПЕРЕСЫЛАТЬ ЕГО БОЛЬШЕ!
Иначе к тебе приду лично я, Михаил Гаврилович, и не в полночь, а прямо сейчас, и выпью кровь из твоего трусливого сердца!..
А если это не подействует, ГАРАНТИРУЮ: к нарушителю будут применены самые строгие административные меры вплоть до увольнения!!!!!!! Шутки кончились.
К сожалению, к этому моменту работники управления уже так заморочились получать и отправлять друг другу письмо счастья с девочкой Яной, что приказ начальника был воспринят просто как очередной виток той же самой игры.
И все пошло по кругу: кто-то автоматически отправлял письмо начальника по тем же адресам, что и предыдущие письма с Яной. Кто-то, вчитавшись и перепугавшись «административных мер», начал срочно вытирать у себя отправленные письма с Яной и в спешке тер деловую корреспонденцию… А, потом пытался ее восстановить путем активных переписок с адресатами… И получал в ответ письмо Яны, которое уже сделало круг по внешним адресам и вновь вернулось в управление. Кто-то вместо письма Яны нечаянно стирал письмо начальника…
В общем, свистопляска продолжалась до тех пор, пока админ не вырубил сеть.
Поделиться книгой: