Джессика Харт

Свадьба в сочельник

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ничего.

Тея со вздохом закрыла холодильник и начала обыскивать кухонные шкафы. Пусто. Ничего хотя бы отдаленно напоминающего завтрак. Отличное начало отпуска! Жуткая дорога, неприветливый сосед, четыре часа сна, даже меньше. А теперь и поесть нечего.

— Поезжай на Крит хотя бы на две недели, — передразнила Тея слова сестры, хлопнув очередной дверцей. — Тебе нужно перевести дух. Это будет замечательно. Ничего не делать, только читать, валяться в шезлонге и… умирать от голода.

— Что ты там делаешь?

Услышав голос Клары, Тея выпрямилась, отбросив с лица спутанные волосы. Племянница стояла на нижней площадке лестницы — сонная, взъерошенная, в мешковатой розовой футболке. Что ж, очнуться после четырех часов сна куда легче в девятилетнем возрасте, когда обладаешь упругим маленьким телом и кожей, как персик. Это тебе не тридцать четыре, тем более что нежная кожа и стройное тело никогда не считались твоими главными достоинствами.

— Пытаюсь найти что-нибудь на завтрак.

— Это здорово. Я хочу есть.

— Я тоже, — шепотом ответила Тея.

Сразу видно, что они с Кларой родственники. Тетка и племянница отправились в постель в половине шестого утра, а сейчас только девять. Любой нормальный желудок был бы сбит с толку кошмарной поездкой, прибытием в чужую страну и совершенным изнеможением, но желудки семьи Мартиндейл выносливее! Пусть к Земле стремительно приближается громадный астероид, на аппетит Теи это не повлияет. Эй, уже девять часов! Не удивительно, что я немного голодна. Хорошо бы перед концом света съесть яичницу с беконом или, на худой конец, рогалик. Разумеется, с чашкой крепкого кофе в придачу.

Она даже не похудела из-за Гарри, а это нечестно. Все ее подруги утрачивали аппетит в моменты душевного переживания, но на Тею страдания никогда не оказывали подобного действия. Она просто отправлялась домой и, чтобы успокоиться, в громадном количестве поглощала пищу.

Теперь поесть не удастся. Такое вот невезение!

— Не могу найти ничего съестного, — сказала она Кларе. — Придется отправиться за покупками.

У Клары вытянулось лицо.

— Но здесь нет магазинов. Нужно вернуться в город, который мы проезжали ночью. Потребуется вечность.

— Знаю. — Тея поморщилась при воспоминании об ужасной дороге через горы в предрассветные часы. — Не уверена, что смогу снова выдержать эти виражи, да еще на пустой желудок.

— Что же делать?

— Для начала позвоним твоей матери и выясним, с какого перепугу она забронировала не пляжные апартаменты рядом с магазинами и ресторанами, а жилье у черта на куличках!

— Она же говорила, что вилла будет обособленной, — ухмыльнулась Клара.

— С этим она не ошиблась.

Тея выглянула в окно. Пустынные склоны гор, оливковые рощи, захватывающий вид белых вершин вдалеке. Совсем недурно, но сейчас она пожертвовала бы этим романтическим пейзажем ради другого ландшафта, — скажем, уродливого супермаркета или заурядного ресторанчика на колесах, из тех, что доставляют кофе галлонами и имеют в распоряжении ассортимент калорийных завтраков. Пытаясь сосредоточиться, она погрызла большой палец, но мозгу для соответствующей работы на самом деле требовался кофеин.

— Спросим на соседних виллах, — пробормотала Тея, — не дадут ли нам немного хлеба, пока мы не добрались до магазина.

— Мы же не станем просить еды у ворчуна, которого встретили ночью?

Клара и Тея посмотрели друг на друга, с опаской, вспоминая ночное происшествие.

— По-моему, здесь три виллы, — сказала Тея, пытаясь выглядеть уверенной. — Надеюсь, хозяева третьей окажутся дружелюбнее.

В любом случае они не будут враждебнее, подумала Тея. И это называется отдохнуть в отпуске!

Она не рассчитывала начинать его, выпрашивая кусок хлеба и стакан воды. Почему все это происходит с ней?

Тея в шортах и футболке и Клара в футболке поверх купального костюма отправились на поиски завтрака. Ну, голод голодом, а все же на террасе они задержались и осмотрелись. Наконец им удалось разглядеть все три виллы, включая их собственную, — элегантные каменные строения вокруг общего бассейна, голубая вода которого сверкала в лучах ослепительного греческого солнца.

— Круто, — перевела дыхание Клара. — Я поплаваю после завтрака?

Было очень тихо. Воздух прогрелся и наполнился ароматом трав. Тея с пониманием вздохнула.

— Дивный запах… тимьян, чабрец… Слушай, купим немного баранины и приготовим вечером?

— Давай сначала найдем завтрак, — посоветовала более практичная Клара.

Их вилла находилась между двумя другими, выходя прямо к бассейну, за которым начинались горы. Справа была вилла, на которую они наткнулись по ошибке ночью.

— Начнем с этой, — сказала Тея и повернула налево.

Стояла тишина, когда они взбирались по ступеням на террасу.

— Привет! — крикнула Тея, но ответа не последовало. — Кто-нибудь! Эй!

— Здесь никого нет, — разочарованно прошептала Клара.

— Похоже.

Неохотно они повернулись, чтобы взглянуть на виллу напротив. Через бассейн ее было видно лучше, чем с их террасы. Тея и Клара отчетливо увидели в увитой виноградом беседке сидящего за столом мужчину. Волоча ноги, подошла маленькая девочка и тяжело опустилась в кресло рядом с ним.

— Это он, — прошептала Тея.

— Все еще сердится, — сказала Клара.

Было слишком далеко, чтобы увидеть выражение его лица, но Тея понимала смысл слов племянницы. Она уже познала его грубость и не хотела слышать ее снова. Да, они с Кларой ошиблись ночью дверьми, но зачем было так выходить из себя? Имей она хоть немного чувства собственного достоинства, нашла бы ключи от автомобиля и бросила вызов серпантину вместо того, чтобы попросить у этого человека даже стакан воды. Шел бой между гордостью и желудком. Выиграл последний.

— У него в доме, вероятно, милая жена, — предположила она, обращаясь к Кларе. — Наверняка он чувствует вину за то, как накричал на нас. Не так уж мы и шумели.

— В пять часов утра, — уточнила Клара. — И потом, ты въехала в его автомобиль.

— Просто слегка налетела.

— Может, лучше отправиться в город? — сказала Клара, но Тея, разглядев в беседке на столе чашку и кофейник, схватила ее за руку.

— Смотри, у него есть кофе!

При мысли о напитке у нее закружилась голова. Она должна что-то предпринять, чтобы заполучить чашку кофе прямо сейчас.

— Только пойдем и посмотрим, — сказала она жалобным голосом. — Не станет же он кричать на нас в присутствии своей дочери.

— Пошли, но разговаривать будешь ты, — предупредила Клара.

Когда она подошла к чужим ступеням, нервы ее начали сдавать. Она успела заметить, что лицо у мужчины мрачное. Казалось, он был погружен в какие-то не очень счастливые размышления. Тея нерешительно остановилась.

— Возможно, это не слишком хорошая идея, пробормотала она.

— Иди, — прошептала Клара, слегка подталкивая ее. — Мы все равно уже пришли, а я умираю с голоду!

Тея открыла рот, чтобы возразить, но как раз в этот момент маленькая девочка заметила их и подпрыгнула от любопытства. Она дернула отца за рукав. Тот повернул голову и увидел непрошеных гостей, притаившихся в конце лестницы. Насупленные брови удивленно поднялись, а Тея жадно глотнула воздух: убегать теперь слишком поздно. Распрямив плечи, она шагнула на ступени с притворной самоуверенностью. Клара не слишком охотно последовала за ней.

— Доброе утро! — Тея лучезарно улыбнулась, будто в первый раз встретила этого человека и будто он никогда исступленно не орал на нее.

Он слегка растерялся, увидев ее улыбку.

— Доброе утро, — его голос был сухим, но учтивым.

Уже кое-что, подумала Тея. Во всяком случае, он не вскочил на ноги и не заорал на них так, как несколько часов назад. Это не было самым теплым приветствием в ее жизни, но Тея должна была признать, что она, вероятно, и не заслужила иного.

— Привет, — чуть нервно она улыбнулась девочке и получила в ответ равнодушный, но пристальный взгляд.

Она повернулась к мужчине.

— Мы подумали, что должны извиниться за прошлую ночь… или уже за утро, — отвлекающий запах кофе заставил ее взгляд, вопреки воле, блуждать в поисках кофейника. — Мне очень жаль, что я разбудила вас и… и врезалась в вашу машину.

К ее удивлению, лицо мужчины стало немного мягче.

— Мне кажется, это я должен извиняться, — сказал он. — Боюсь, что грубо обошелся с вами. У меня был тяжелый день, — продолжал он, невольно взглянув на дочь, — ну а вечер оказался еще хуже. Я пребывал в отвратительном настроении задолго до вашего приезда. Несправедливо было отыгрываться на вас.

Менее всего Тея ожидала от него извинений и была несколько сбита с толку.

— Нисколько не виню вас за раздражительность, проговорила она, запинаясь. — Было поздно, а мы так шумели. Наша поездка оказалась ужасной. Самолет опоздал. Как всегда, проблемы с багажом. Мы ждали сумки целую вечность. Когда мы нашли пункт проката автомобилей, от усталости я смахивала на зомби. А ехать пришлось в полной тьме.

— На этих дорогах и днем не сладко, — сказал он.

— Я понятия не имела, что это так далеко, а дороги такие извилистые, — сказала она. — Я больше привыкла к такси. Миля за милей в темноте да еще в страхе улететь с дороги. Вам не кажется, что можно было поставить барьеры безопасности на некоторых поворотах? Думала, мы никогда не доберемся. Как ни странно, добрались. Я испытала такое облегчение, что утратила внимание.

Он поднял на нее глаза.

— Я свернула за угол, — продолжала Тея. — И почувствовала удар. Вашего автомобиля я не видела. И не так уж быстро ехала, — она виновато взглянула на него. К счастью, он выглядел скорее заинтересованным, нежели раздосадованным. Уф! Большие перемены с прошедшей ночи.

— На деле это было легкое столкновение, но для меня оно послужило последней каплей. Мы обе настолько вымотались, что начали смеяться. Это был нервный смех. То ли смех, то ли плач.

— Ах, вот в чем причина смешков, — сказал он сухо. — Мне было интересно, что вас так сильно рассмешило.

— Думаю, это была истерика. Мы не могли остановиться. Это похоже на то, когда вы начинаете вдруг фыркать от смеха и постепенно заводите всех… — Тея умолкла, заметив, что он молча смотрит на нее.

— А когда мы поняли, что заехали не на ту виллу, это рассмешило нас еще больше.

И смешило до тех пор, пока хозяин виллы не спустился по лестнице и не потребовал объяснить, какого дьявола они здесь шумят. Он был разъярен. И ведь имел на это право, подумала Тея. Если бы она проснулась на рассвете, слыша, как кто-то въезжает в ее автомобиль, а потом начинает паясничать и громко смеяться, вламываясь в ее дом, она, вероятно, тоже не слишком бы веселилась.

— Мне в самом деле жаль, — сказала она.

— Пустяки, — сказал он. — Не ваша вина, что я полностью утратил чувство юмора прошлой ночью. Полагаю, нам следует притвориться, что мы никогда друг друга в глаза не видели и познакомиться заново. Что вы об этом думаете?

— Очень любезно с вашей стороны. — Тея с признательностью улыбнулась ему. — Меня зовут Тея Мартиндейл. А это моя племянница Клара.

— Райс Кингсфорд.

Приятные ладони, невольно подумала Тея, когда они пожали друг другу руки. Теплые, решительные, не влажные, пальцы не в бугристых костяшках, пожатие крепкое. Да и сам он требовал более внимательного изучения. Внешность, возможно, несколько суровая — темные брови, резкие черты лица… Но он был явно привлекательнее, чем показалось ей ночью. Не такой красивый, как Гарри, конечно, с ним никто не сравнится, но все же… да, определенно привлекательный. Тея пожалела, что не уложила волосы как следует и не надела нечто более соблазнительное, прежде чем выйти из дома.

Райс указал рукой в сторону маленькой девочки, все еще сидящей за столом и не проявляющей ни малейшего интереса к происходящему.

— Моя дочь Софи.

— Привет, Софи, — сказала Тея, а Клара дружелюбно улыбнулась.

Он слегка сжал губы, когда девочка в ответ только дернула плечом.

— Поздоровайся, Софи, — в его голосе прозвучала угроза.

— …вет, — буркнула девочка.

Его подбородок дрогнул, но он повернулся к Tee и улыбнулся в явной попытке скрыть расстройство.

— Что ж… да… Хотите кофе? Кофейник полон и кофе еще не остыл.

Тея боялась, что он никогда этого не предложит. Отношения между Райсом и его дочерью были явно натянутыми, но у нее слишком сильно текли слюнки от аромата кофе, чтобы вежливо извиниться и оставить их улаживать споры.

— Это было бы прекрасно, — сказала она решительно, пока он не забрал назад свои слова. — Мы как раз зашли попросить у вас немного хлеба или чего-то на завтрак, — продолжала она, в то время как Клара толкнула ее локтем. — Дома у нас ничего нет, а до магазина далеко.

— Конечно, — проговорил Райс. — Софи, почему бы тебе не пойти и не поискать чего-нибудь на завтрак и не принести чашку для Теи?

Мятежно сдвинув брови, Софи целое мгновение выглядела устрашающе, точь-в-точь как ее отец утром.

— Я не знаю, где чашки.

— Поищи в буфете, — сказал он ей, с трудом сдерживаясь. — Там на столе хлеб и джем. Ты могла бы принести их и захвати что-нибудь попить для Клары.

— Я помогу, — предложила Клара, когда Софи открыла рот, чтобы возразить.

Софи, взглянув на неумолимого отца, соизволила слезть со стула и, шаркая ногами, пошла в дом в сопровождении безмятежной и уверенной Клары.

Наступила неловкая пауза.

— Извините, — сказал Райс, раздраженно приглаживая волосы и жестом приглашая Тею присесть. — У нее сейчас тяжелый период.

— Сколько ей лет? — Тея надеялась, что девочка поторопится принести чашку. Аромат кофе выводил ее из себя.

— Около восьми.